Рыжик для буйного - Елена Смелина

жалуют. И не факт, что нас же еще виноватыми и не сделают. Знаем, плавали. Бежать? Маму я одну не оставлю. На амбала смотрю.

— Что вам нужно? — спрашиваю.

Он скалится. У меня холодок по спине от его звериной улыбки.

— Познакомиться, может, даже подружиться. Мы ведь только к общению приступили, а вы раз и сразу бежать. Невежливо это, Катенька. Меня, кстати, Рустамом зовут.

Настя с мужем препирается, а я в глаза амбалу смотрю. Взгляд у него тяжелый, горящий. Хищнический. Гипнотизирует, а сам ко мне подбирается.

У меня коленки трясутся, но я держусь. Нельзя такому страх показывать. Разорвет.

— Раз мы уже все выяснили, попрошу вас покинуть мой дом, — говорю медленно, а у самой голос чуть не срывается.

— Не так быстро, рыжик! Ты угнала у меня машину, не закончила с уборкой и нанесла непоправимый урон мужскому достоинству. Я желаю получить компенсацию, — заявляет Рустам и таким взглядом меня окидывает, словно уже в кровать кладет. — Кстати, о машине. Почему вы пришли пешком?

Ну вот он и конец.

— Мы попали в аварию. Ремонт я оплачу.

Лучше сразу признаться. Все равно узнает. Перед смертью не надышишься.

— В аварию? Оплатишь, значит?! Ты удивительно смелая девушка, Рыжик, — цедит амбал, приближаясь ко мне вплотную.

Стоит так близко, что я едва дышать могу. Нависает. Давит. Подчинить пытается.

— Оставь девушку, Рустам, я оплачу ремонт, — обещает муж Насти.

Но выдохнуть я не успеваю.

— Ты разбирайся со своей женщиной, брат. Катенька моя, — заявляет.

Ненавижу. В глаза ему смотрю. Пусть знает, я не сдамся, хоть ломай меня.

— Никогда! — выдавливаю.

Злится. Ноздри раздуваются. На шее кадык дергается. Еще ближе ко мне подается и вдруг усмехается.

— Это мы еще посмотрим! — говорит уверенно. — Покажи мне лучше, где машину бросила.

Я теряюсь от такого поворота. Мнусь на месте. Не хочу с ним наедине оставаться. А он к двери меня аккуратно подталкивает. Лапищам воли не дает. Сдерживается. Надолго ли?

Сама дверь открываю. Первой выхожу. Шага сделать не успеваю, как амбал меня хватает и грубо за спину себе запихивает. Перед глазами возникает ружье и знакомый голос требует:

— Отпусти девушку, жулье!

Глава 6

Моргнуть не успеваю, как амбал на соседа набрасывается. Руки выворачивает, лицом в землю кладет.

Убьет гад. Не пожалеет старика. Кричу так, что у самой уши закладывает.

Из дома Настя выбегает, на Рустама набрасывается. Кулаками по спине бьет. Только куда ей с таким громилой справиться. Ей на помощь муж приходит, приятеля своего урезонивает.

Михаил Семенович пыхтит, тяжело с земли поднимается. На нас с мамой виновато поглядывает.

Хороший он человек. На помощь прибежал. И Настю вон подобрал, в доме у себя приютил. С дочкой ее как с родной внучкой возится.

На амбала с осуждением смотрю. Монстр.

Взгляд мой ловит. Хмурится.

— Поехали, — кидает отрывисто.

Я за ним бреду. В машину сажусь. Ремень безопасности пристегнуть пытаюсь, а у самой руки подрагивают, не слушаются.

Он на меня смотрит. Наклоняется. Я невольно отшатываюсь.

— Помогу, — говорит и ремень застегивает.

Пространства в машине мало, я к окну жмусь. От амбала подальше держаться пытаюсь, чтобы не задеть, не дотронуться ненароком.

На шоссе выезжаем. Я направление показываю. На лапищи его жуткие поглядываю.

Руль держит крепко, уверенно. Спина огромная. Мышцы под рубашкой перекатываются. Вспоминаю наколку волка на его плече и сжимаюсь вся.

— Ну и как? — спрашивает.

— Что как? — выдавливаю.

— Нравлюсь? Ты меня разглядываешь, — усмехается он.

— Нет, — отвечаю честно, а внутри дрожит все. — не нравитесь.

— Стерпится — слюбится. Так в народе говорят?

От его самоуверенности у меня гнев внутри поднимается. Не соображаю совсем и выпаливаю:

— А еще говорят: насильно мил не будешь.

— Так я не насильно, а по обоюдному согласию.

Он смеется, а я кривлюсь и отворачиваюсь.

К перелеску выезжаем быстро. В темноте я немного путаюсь, не сразу могу дорогу найти.

— Ты зачем в такую глушь полезла? —спрашивает.

— От погони надеялась уйти. Вы ведь нас не преследовали, заранее, где искать, знали? — уточняю, хоть теперь мне это и так понятно.

— Хозяйка вас с потрохами сдала. Еще когда в комплексе в первый раз встретились.

Это многое объясняет. И заказ этот странный, и поведение хозяйки, и даже почему нам сбежать позволили. Значит, им Настя была нужна, а я просто под руку попалась.

Останавливаемся у машины, выходим. Среди деревьев стоит, с дороги не видно. Так что раздеть не успели. Хорошо, за ремонт платить меньше.

Ключи амбалу передаю, а сама в сторонке жмусь. Он машину внимательно осматривает. Двигатель проверяет. По телефону звонит. Что-то объясняет. А я тихонько в сторону леса пячусь.

Если прямо сейчас улизнуть, искать меня не будут. Бегунов ремонт пообещал оплатить, он приятеля не обманет. Я Виктору со временем все верну.

Пересижу в кустах. В такой темноте не отыщет, а утром в Саратов.

Все дальше отхожу. Ноги аккуратно переставляю, ветками хрустнуть боюсь. Амбал на меня не смотрит. Машиной занят.

— У нас с тобой минимум полчаса есть. Так что думай, как прощение просить будешь, — проговаривает и ко мне оборачивается.

Его слова как стартовый сигнал срабатывают. Разворачиваюсь и бегу в темноту что есть силы. Не оборачиваюсь.

Амбал за мной припускается. Топочет на весь лес. Ветки под ним хрустят, ломаются. Слышу звук падения и отборный мат. Немного выдыхаю. Повезло.

Быстрее бегу, пока не очухался. И вдруг меня кто-то за волосы хватает и голову с силой назад тянет. Я жалобно всхлипываю и дергаюсь.

Глава 7

— Не шевелись, — слышу издалека. В глаза свет падает, ослепляет. — С таким темпераментом, Рыжик, мужик тебе нужен с железными яйцами.

Опять дергаюсь. Ткань трещит. Ветки в кожу впиваются.

Кошусь назад. За сучок зацепилась. Пока выпутываюсь, амбал поспевает. Волосы освободить помогает.

За локоть меня крепко берет, не вырваться, и назад к