День, который никогда не настанет - Макдоннелл Куив

— Формальности меня не волнуют. В этой стране многое формально незаконно.

Позже до Пола дойдет, что у нее не было какого-либо заметного акцента. Просто она говорила таким мягким, с придыханием, голосом, которого не могло существовать в природе. Вероятно, некая первоклассная команда женщин-ученых специально разработала его, чтобы пользоваться тем фактом, что все мужчины — идиоты.

— Кстати, где ваши коллеги?

— Мистер Макгэрри в настоящий момент отсутствует.

Было странно называть так Банни. Всю жизнь его звали только «Банни», «детективом-сержантом Макгэрри» или множеством других, значительно менее комплиментарных прозвищ. И никогда — «мистером».

— А мисс… Конрой, кажется?

— Я изменил ей по пьяной лавочке, чем разрушил собственную жизнь и нашу с ней связь. Ее планы в отношении агентства пока что под большим вопросом.

В офисе стало тихо после того, как он это сказал. Подспудно Пол понимал, что ему действительно хотелось об этом хоть с кем-нибудь поговорить. Но он понятия не имел, насколько сильно, пока не выпалил это совершенно незнакомому человеку. Очевидно, подсознание еще не закончило его наказывать.

— Понятно, — ответила женщина, не теряя ни секунды. — Что ж, желаю вам удачи. Вероятно, теперь вам стоит спросить меня о деле.

— В чем же его суть?

— Я бы хотела, чтобы вы последили за человеком по имени Джером Хартиган.

Пол рассмеялся.

— Кажется, так же зовут застройщика из «Жаворонковой тройки», представшей перед Верховным судом.

Женщина посмотрела на Пола. Абсолютно без улыбки.

— Да вы шутите!

Женщина открыла сумочку и небрежно бросила на стол пачку денег.

— У меня есть тысяча евро, которая намекнет вам, что это не так.

— Но…

— У него роман на стороне.

— Ясно. — Пол взял наконец себя в руки. — А вы, значит, обиженная женщина?

— Я женщина, которая поступает плохо. У него роман со мной.

Пол открыл было рот, но тут же закрыл.

— Несмотря на текущие судебные разбирательства, Джером по-прежнему очень богатый человек. Я потратила много времени и, скажем так, усилий на то, чтобы быть уверенной, что кое-что из его состояния перепадет мне. Но план стал рушиться. Меня беспокоит, что он предал меня и снова начал спать со своей женой.

В этот раз Пол даже не стал закрывать рот.

Женщина взяла в руки книгу о Филипе Марлоу, лежавшую перед ней на столе.

— Как прекрасно отметил Рэймонд Чандлер, мистер Малкроун, мы живем в мире, где псы пожирают псов. Кстати, о собаках. Кажется, теперь моя очередь спросить: это собачья голова торчит между ваших ног или…

Пол опустил взгляд. Мэгги, по-видимому, стало скучно, и она высунула голову. Пол отодвинулся, и собака бесшумно вылезла из-под стола. Затем запрыгнула на свободное кресло и невозмутимо уставилась на гостью. Женщина посмотрела на нее слегка растерянно, словно впервые осознав, что не полностью контролирует ситуацию.

— Ваша собака кусается?

— Это не моя собака.

— Звучит обнадеживающе.

— Итак?

— Я хочу, чтобы вы последили за Джеромом Хартиганом в течение недели и рассказали мне, встречается ли он со своей женой или любой другой женщиной.

— Потому что у вас с ним любовная интрижка?

— Да, — блондинка одарила Пола невеселой улыбкой. — Можете судить меня сколько угодно, но напомните еще раз: где сейчас мисс Конрой?

— Убедительно…

— Я умная женщина, мистер Малкроун. Возможно, увидев, каковы мои шансы, я решила не тратить лучшие годы жизни на изучение химической инженерии, а использовать немного биологии в своих интересах. Это мужской мир. Я всего лишь играю теми картами, которые мне выпали, — блондинка раскинула руки и указала ими на себя, как бы признавая очевидное. — Я хочу, чтобы вы выяснили, одержала ли моя противница верх.

Она встала и взяла со стола пачку банкнот.

— Одна тысяча евро сейчас и еще четыре, если обнаружите какие-нибудь улики.

— А что, если у него нет другого романа?

— Тогда я заплатила вам тысячу евро за неделю работы. Не так уж и плохо. В любом случае я пойму, что вы старались изо всех сил.

— Вы не очень-то верите в честность людей, не так ли?

— Конечно. Я же с ними встречаюсь. Теперь ответьте: вы беретесь за эту работу или нет?

Пол глубоко вздохнул.

— Да.

— Хорошо. Увидимся через неделю, в восемь вечера, для ознакомления с вашим отчетом. И пожалуйста, пристегните собаку к поводку.

Она бросила на стол деньги и направилась к двери. Затем ухватилась за ручку, легонько пнула и открыла одним плавным движением. Пол потом весь остаток вечера пробовал это повторить, но безуспешно.

— Погодите! — крикнул Пол.

Блондинка оглянулась и посмотрела на него через плечо.

— Вы так и не представились.

Женщина улыбнулась.

— Да. Я не представилась.

Глава вторая

— Я всего лишь хочу сказать, — заявил Фил Неллис, — что мы не можем участвовать в автомобильной погоне.

Пол глубоко вдохнул и стал мысленно считать до пяти. Он старался не раздражаться — в конце концов, это Фил делает для него одолжение. В начале поездки Пол считал до десяти, но такой продолжительный интервал давал Филу возможность сказать что-нибудь еще более раздражающее.

Четыре… пять…

— Не волнуйся, Фил. Как я уже говорил, мы не будем устраивать никаких автомобильных погонь. Мы просто последим за одним человеком. Всего-навсего.

— Видишь ли, я сказал тетушке Линн, что собираюсь прокатиться за город. Ты же знаешь, как она относится к своей машине.

Пол смутно подозревал, что тетушка Линн отпустила бы Фила даже на ограбление магазина с тараном витрины машиной, лишь бы спровадить его из дома на несколько часов. В данный момент они с теткой не очень ладили. Фил Неллис был старейшим другом Пола, хотя, разумеется, это мало о чем говорило. Они вместе жили в детских домах, пока Линн и ее дорогой покойный муж не усыновили Фила. Формально он не был ее племянником, поскольку приходился троюродным братом. Но несмотря на то что «племяннику» Линн уже стукнул тридцатник, он по-прежнему проживал в ее доме. Правильно говорят: ни одно доброе дело не остается безнаказанным…

Пол заметил просвет на парковке.

— Вижу свободное место!

Сбросив скорость до двадцати километров в час, Фил скептически посмотрел на просвет.

— Слишком узко, — ответил он, покачав головой.

Просвет был такого размера, что через него можно было протащить трейлер. Уже двадцать минут они разъезжали по Феникс-парку, пропуская вполне приличные парковочные места. Ехавшая сзади машина по понятным причинам засигналила.

С заднего сиденья донеслось рычание. Обернувшись, Пол увидел, что Мэгги высунула голову в окно и посмотрела в сторону бибикнувшей машины.

— Что задумала эта чертова собака? — спросил Фил.

— Не переживай о ней. Просто найди место для парковки.

— Не понимаю, зачем ты ее с собой потащил.

— Потому, — ответил Пол, — что она мне ясно дала понять, что ощущает, когда ее запирают одну в офисе.

— Ну, если она что-нибудь сделает с этой машиной…

— Расслабься, — сказал Пол. — Ничего она с ней не сделает.

На самом деле он не был уверен абсолютно ни в чем. Весь путь от офиса Мэгги ехала с высунутой в окно мордой, но не в обычной собачьей манере «я-люблю-тебя-жизнь». Вместо этого она пристально смотрела на прохожих, бросая на них такие свинцовые взгляды, какие бывают только у новоприбывшего заключенного тюрьмы строгого режима. Она будто высматривала самого авторитетного с целью подавить его и установить свое господство. Такое поведение привело к тому, что по крайней мере один велосипедист на светофоре чуть не испортил свои лайкровые шорты.

План был достаточно прост. Вчера, как только «клиентка» покинула офис, Пол быстро осознал, что не имеет ни малейшего понятия о том, как вести слежку и, что еще важнее, каким образом вначале найти того, за кем надо следить. К счастью, он сообразил, что его цель, Джером Хартиган, будет весь день находиться в Центральном уголовном суде, поскольку об этом писали все газеты. А значит, все, что нужно сделать Полу, — просто ехать за ним оттуда. Но насколько это выполнимо? На велосипеде — получится вряд ли. Поэтому он попросил Фила побыть его водителем на один день за пятьдесят евро, не задавая никаких вопросов. И дело было не столько в том, что он заботился о секретности, сколько в нежелании проходить через пытку расспросов Фила.