Пират - Нэнси Блок

— И одну для самого дьявола.

Юнга как ошпаренный вылетел из каюты. Уинн громко расхохотался. Внезапно до него донеслось неясное бормотание, и он посмотрел на женщину. Кажется, она приходит в себя. Не желая, чтобы его застали за разглядыванием, он принялся промокать полотенцем совершенно недопустимые для дамы штаны, обтягивавшие ее стройные ноги, а потом и остальную одежду. Когда он вытирал спутанные волосы незнакомки, ее веки с длинными ресницами дрогнули и поднялись. На него смотрели глаза цвета штормового моря. Невероятно, эти глаза расширились на мгновение, и промелькнувшее в них изумление сменилось гневом, прежде чем они превратились в узкие щелочки.

— Ты зашел слишком далеко, любимый. — Последнее слово в ее устах прозвучало как оскорбление. — А эта дурацкая повязка на глазу не поможет тебе скрыть свое истинное лицо.

При упоминании о повязке руки Уинна непроизвольно сжались. Он почувствовал, что кровь отлила от щек. Очевидно, эта мерзавка ничего не заметила, так как продолжила:

— Даже если ты прошел эту чертову реинкарнацию и переселился в знаменитого Черного Джека Александера, тебе все равно не удастся уговорить меня жить с тобой. Уж лучше я отправлюсь в ад.

«Реинкарнация? Проклятье, что она имеет в виду?»

Грохот заставил Уинна оторвать взгляд от сердитого лица незнакомки и посмотреть на дверь. Грейвс уже успел собрать осколки миски и сейчас вытирал суп, вылившийся на поднос.

— Простите, сэр. — Его лицо приобрело пепельно-серый оттенок. — Может, если она отправляется в ад, ее папа воспользуется ее миской?

Уинн широко улыбнулся ему.

— В этом нет надобности, мой мальчик. Ее, э-э, папа не придет. — Женщина задохнулась от негодования и попыталась что-то возразить. Юнга побледнел еще сильнее. — Может, ты принесешь еще одну миску и присоединишься к нам? — предложил он Грейвсу: собственно это и предполагалось с самого начала. Он совсем не хотел запугать беднягу до смерти.

Грейвс энергично замотал головой.

— Нет, спасибо. Сэр?

— Да?

— У мистера Лича все в порядке. Он сказал, чтобы вы занимались своими делами, он готов стоять у штурвала до скончания века.

— Вот как? Уже успел занять мое место, бездельник.

Губы Уинна тронула легкая усмешка. Лич проявлял ангельское терпение, ожидая того момента, когда сможет принять на себя командование. Но у Уинна, который знал, что это его последнее плавание, необходимость передать бразды правления в другие руки вызывала раздражение.

Он опять посмотрел на женщину. Глаза ее снова закрылись. Он немного передвинул ее, чтобы ей было удобнее на его коленях, и поморщился: из-за дождя начали ныть плечи. Возможно, действительно настало время передать командование на судне. Он услышал покашливание Грейвса и поднял голову.

— Вы хотели что-то сказать, мистер Грейвс?

— Дело в том, ну, в общем, никто не может занять ваше место, капитан.

— Так ли это? — негромко поинтересовался Уинн. Грейвс кивнул. — Спасибо, Адам. — Заметив, что щеки мальчика залила краска, он добавил: — Вернешься сюда с докладом от мистера Лича, а пока ты свободен. Кстати, Адам. — Мальчик остановился у двери. — Наверное, ты сгораешь от желания пойти к коку и вместе с ним расправиться с этим супом… а потом закусить моим любимым желе.

— Есть, сэр. Благодарю, сэр. — Юнга улыбнулся, четким движением отдал честь и вышел.

Мысли Уинна вновь вернулись к незнакомке. Он обратил внимание на то, что она как-то странно затихла.

— А теперь скажи мне, любимая, — проговорил он, встретив ее обеспокоенный взгляд. — Как ты узнала, что я Черный Джек Александер?

Зоя на секунду прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Единственным ее желанием было, чтобы этот кошмар прекратился так же внезапно как недавний приступ тошноты. В голове у нее царил полный хаос, она чувствовала, что ей необходимо все тщательно обдумать, что же с ней произошло?

Все ее тело болело. Последнее, что она помнила, было то, как она споткнулась обо что-то в тоннеле и упала в яму. Сразу после того, как туда рухнул Джонатан… А может, он просто ударил ее по голове и куда-то унес?

Но где же она находится?

Зоя вытянула руки и застонала. Такое ощущение, будто по ней проехал грузовик. Нет, скорее каток.

Веки казалось, налились свинцом. От одежды пахло морем. Создавалось впечатление, что ее окутывает влажный прохладный туман, на губах чувствовался солоноватый привкус. Скрип мачт и хлопанье парусов, доносившиеся до нее, то и дело перекрывались ревом волн. Совершенно ясно, что она находится на корабле, причем, если судить по силе качки, корабль плывет по глубоким водам.

От этой мысли она резко открыла глаза и огляделась. Стены каюты были отделаны панелями из дорогих пород дерева. В открытую дверь был виден кабинет, за окнами которого свирепствовал шторм. Каюта была обставлена скромно, но вся мебель отличалась элегантностью, создавая при этом чисто мужскую атмосферу. Рядом с открытой дверью стоял огромный письменный стол красного дерева, а на нем лежали карты, компас и секстант.

Что Джонатан делает в капитанской каюте? И какого черта он нацепил на себя эти тряпки, делающие его таким сексуальным?

Голова Зои покоилась на груди, которая всегда была широкой, но сейчас почему-то оказалась еще и мускулистой, и она разглядывала мужа из-под полуприкрытых век. За последние несколько лет тело Джонатана стало дряблым, он выглядел неухоженным и опустившимся. Но ведь она не видела его раздетым целых полгода. Может быть, он восстановил прежнюю физическую форму, постоянно перекапывая свое поместье? Но неужели человек может так сильно измениться?

Внезапно ощутив на себе его внимательный взгляд, Зоя зашевелилась и тут же пожалела об этом: жесткие волосы на его груди укололи ей щеку и защекотали нос. Она чихнула, при этом так сильно, что дернулась всем телом. И две мысли словно молнии пронзили ее мозг.

Ей нравится, когда волосы Джона отливают серебром.

И нечто твердое, вдавившееся ей в бедро, вовсе не пряжка от ремня.

Зоя попыталась выбраться из его рук, но добилась лишь того, что давление на бедро усилилось. Она замерла, не представляя, что предпринять дальше, но зная, что нужно всеми силами противостоять чарам Джона.

Она не поддастся тем ощущениям, которые вызывает в ней его близость. Она не позволит этому томному взгляду, этим упругим чувственным губам управлять собой. «Боже, спаси меня», — взмолилась она. Этот мужчина не потерял для нее своей притягательности. Ее тянет к нему даже сильнее, чем прежде. Зоя вздрогнула, когда в его глазах промелькнул огонек и на щеке появилась складка, очень напоминавшая ямочку. Все обстоит гораздо хуже, чем она считала. Никогда в жизни Джонатан не смотрел на нее так, как сейчас.