Больше жизни, Хлоя Браун! - Хибберт Талия

Но он смешал бы миллион оттенков коричневого, чтобы написать ее, а потом добавил бы каплю ультрамарина – для квадратной оправы ее очков. Густые каштановые волосы, собранные на макушке? Их Рэд распустил бы. Иногда он таращился в пустоту и думал, как они обрамляли бы ее лицо. Но в большинстве случаев он думал, что ему не следует о ней думать. Вообще. Никогда.

Хлоя сказала ему – каждое слово четкое и взвешенное, словно выстрел:

– Мне ужасно жаль, Рэдфорд.

Судя по голосу, сожалела она так же, как оса после того, как кого-нибудь ужалит. Как всегда, с ее губ слетало одно, а глаза говорили совсем другое: в них пылала жажда убийства. Вообще-то, Рэд считался человеком доброжелательным, но он знал, что в данный момент в его взгляде читается ровно то же самое.

– Ничего страшного, – соврал он. – Это я виноват.

Хлоя пожала одним плечом – Рэд по опыту знал, что на языке богатых людей это значит «да мне пофиг». А потом ушла, не сказав больше ни слова, потому что их словесные баталии на самом деле никогда не были насыщены словами, не считая нескольких первых пассивно-агрессивных уколов.

Он смотрел, как Хлоя уходит, а пышная юбка трепещет вокруг ее лодыжек. Сестры последовали за ней, и Рэд помахал им, когда они, оглянувшись, кинули на него обеспокоенные взгляды. Послушал, как шаги стихают вдалеке, а потом взял себя в руки, пошел в квартиру к миссис Конрад и съел ее отвратительную запеканку.

Но он больше не думал о Хлое Браун. Ни разу. Вообще ни минуты.

Кто-то может сказать, что составлять список вещей, которые хочешь изменить в своей жизни, после того как побывала на волосок от смерти, это нелепо, – но таким людям, решила Хлоя, попросту недостает воображения и любви к планированию. Она довольно вздохнула и поудобнее устроилась в куче диванных подушек.

Был вечер субботы, и Хлоя наслаждалась одиночеством. Боль в спине мучила ее сегодня так же сильно, как и вчера, ноги онемели и ныли, но даже эти проблемы не могли нарушить ее покой. Когда она взялась за ручку, намереваясь составить план своей новой жизни, первым пунктом стал переезд в отдельное жилье. Эту задачу она выполнила, что принесло – если закрыть глаза на раздражающих комендантов – одни сплошные плюсы.

Через небольшую щель между шторами в гостиной пробивались лучи вечернего сентябрьского солнца. Его теплое оранжевое свечение окутывало громадный многоквартирный дом с западной стороны, от чего втиснутый посреди зданий дворик с его сочными осенними землисто-огненными оттенками выглядел тенистым и умиротворенным. В равной мере мир в душе Хлои поддерживала и ее квартира: прохладная и тихая – только нежное жужжание ноутбука да размеренное постукивание пальцев по клавиатуре.

Счастье, независимость, подлинное одиночество. Слаще кислорода. Хлоя упивалась всем этим. Одно слово – блаженство.

И тут, вдребезги разбивая все это спокойствие, ожил телефон.

– Ох, да твою же растак.

Хлоя выделила ровно три секунды на недовольство, а потом взяла телефон и посмотрела на экран.Ив.Ее младшая сестра. А значит, она не сможет просто сбросить звонок и сунуть мобильник в ящик стола.

Проклятие.

Хлоя нажала «ответить».

– Я работаю.

– Ну уж нет, так не годится, – жизнерадостно отозвалась Ив. – Здорово, что я позвонила, да?

Хлоя обожала раздражаться – сварливость была одним из ее любимых хобби, – но так же обожала и свою глупенькую младшую сестренку. Сдерживая улыбку, она спросила:

– Чего тебе, Иви, малышка?

– О, я так рада, что ты спросила.

Блин.Хлое был знаком этот тон, и он никогда еще не предвещал ничего хорошего.

– Знаешь, каждый раз, когда я отвечаю на твои звонки, я очень быстро начинаю об этом жалеть.

Она включила громкую связь и положила телефон на подлокотник, снова вернувшись к ноутбуку на коленях.

– Что за глупости. Ты меня обожаешь. Я кататонически обожательная.

– Ты имеешь в виду «категорически», милая?

– Нет, – ответила Ив. – А теперь слушай внимательно. Сейчас я дам тебе ряд инструкций. Не думай, не спорь, просто выполняй.

Ну точно: добра не жди.

– Через час в баре Хокли начинается ночь караоке – нет, Хлоя, прекрати стонать. Не думать, не спорить, просто выполнять, забыла? Я хочу, чтобы ты встала, накрасила губы…

– Слишком поздно, – с иронией перебила ее Хлоя. – Я уже в пижаме. Сегодня я никуда не пойду.

– В полдевятого? – Энтузиазм Ив поугас, уступив место неуверенному беспокойству: – У тебя же не приступ, нет?

Услышав этот вопрос, Хлоя смягчилась:

– Нет, солнышко.

Большинство людей с трудом принимали тот факт, что Хлоя больна. Фибромиалгия и хронические боли не имели видимых проявлений, так что их часто не воспринимали всерьез. Ив была здорова, и она никогда не могла бы ощутить Хлоино пробирающее до самых костей утомление, ее мучительные головные боли или резкие неприятные ощущения в суставах, лихорадку и спутанность сознания, бесчисленные побочные эффекты бесчисленных лекарств.

Но Ив и не нужно было самой прочувствовать все это, чтобы проявить сочувствие. Ей не нужно было видеть слезы или боль сестры, чтобы поверить, что ей иногда приходится несладко. Как и Дани, если уж на то пошло. Они понимали.

– Ты уверена? – с подозрением спросила Ив. – Потому что ты вчера была ужасно груба с Рэдом, а это обычно значит…

– Ерунда, – резко оборвала ее Хлоя, густо покраснев.

Рэдфорд Морган: мистер Конгениальность, всеми обожаемый комендант, человек, которому нравилисьвсе, кроме нее. Хотя, опять же, она редко кому нравилась. Хлоя старательно загнала все мысли о нем обратно в черный ящик.

– Я в норме. Честно. – Сегодня это была даже не ложь.

Но при необходимости Хлоя соврала бы. Иногда беспокойство родственников само по себе вымораживало хуже любого из ее симптомов.

– Хорошо. В таком случае ты точно можешь пойти со мной в караоке. Сегодняшняя тема – дуэты, а так называемая лучшая подруга меня кинула. Поэтому мне срочно требуется замена в лице старшей сестры.

– К сожалению, в моем расписании нет свободного места.

Несколькими движениями пальцев Хлоя уменьшила одно окно, увеличила другое и просмотрела вопросы от клиента по разделу отзывов. Она не совсем помнила, должны ли…

–Расписание?– Ив застонала. – Мне казалось, ты завязала с расписаниями. Я думала, у тебя новый подход к жизни!

– Новый, – спокойно ответила Хлоя. – А еще у меня работа.

Ага.Она нашла нужную информацию и попыталась ее запомнить, надеясь, что туман в голове не размоет все данные в течение следующих тридцати секунд. Сегодня она не увлекалась таблетками, так что кратковременной памяти, по идее, более-менее можно было доверять.

По идее.

– Суббота же, – цокнула языком Ив. – Ты работаешьна себя. Издома.

– И именно поэтому должна быть дисциплинированной. Позвони Дани.

– Дани поет, как обезьяна-ревун.

– Зато она уверенно чувствует себя на сцене, – резонно заметила Хлоя.

– Отсутствие голоса уверенностью не компенсируешь. Она же не Мадонна, боже ты мой. Не думаю, что ты осознаешь всю серьезность ситуации, Хло: это не просто ночь караоке. Это конкурс.

– Да ты что.

– И угадай, какой будет приз?

– Понятия не имею, – пробормотала Хлоя.

– Ну давай. Угадай!

– Говори уже. Меня прям распирает от любопытства.

– Приз, – драматично объявила Ив, – это… билеты на рождественский тур Мэрайи Кэри!

– Билеты на… – Ох, да бога ради! – Тебе необязательно ихвыигрывать, Ив. Попроси Джиджи – она все организует.

– Смысл не в том, чтобы добыть билеты. Смысл в том, чтобы повеселиться! Ну,веселье, припоминаешь, – то, чего у тебя никогда не бывает?

– Это может шокировать тебя, милая, но большинство людей не находят караоке веселым.

– Ну ладно. – Судя по угрюмому тону, Ив сдалась. Но, как всегда, быстро воспрянула духом: – Кстати, о веселье… как там продвигается твой список?

Хлоя вздохнула и уронила голову на диванные подушки. Никакого спасения от этих младших сестер. А вообще – не надо было рассказывать ни той ни другой про список, который она написала, побывав на волоске от смерти и преисполнившись решимости. Они вечно смеются над ее тщательным планированием всего на свете.