Альфа. Карантин - Алексей Губарев

одной стороны расслабуха — тебе никто не будет ворчать в спину, а с другой стороны риск — хищники чаще всего нападают сзади. Правда, вокруг нашего убежища они не шастают. Как и другие живые существа.

Так, размышляя, я стал ждать, когда колонна собирателей построится, и выдвинется в направлении южных развалин. Там когда-то был город, и мы долгое время вытаскивали из подвалов и подземных этажей всякие полезные штуки. Основная их часть ушла к нормалам, у них в большинстве сохранились нейросети, да и новые они иногда устанавливают. Только не мутантам, а здоровым людям.

Говорят, что нам нельзя, не приживается эта полезная технология. Из-за этого мы не можем использовать большинство находок. Почти все приборы, оружие, инструменты и прочие технологичные устройства требуют базы знаний и профессий, без которых попросту не станут работать.

В общем живём потихоньку. Мы нормалам ништяки, они нам крупы, муку, овощи, фрукты и зелень. Натуральный обмен, так Вея Ворчливая говорит. Ясно, что добываемые нами ресурсы стоят в сотни раз дороже, чем оцениваются, но кто ж даст отщепенцам нормальную плату.

Наконец бригада выстроилась в колонну, и медленно двинулась вперёд. Марта двинулась слева, а Лис Хвостатый — у него действительно имелся хвост, ушёл вперёд, показывать дорогу. Хотя ближайшие часов девять это бессмысленно, мы все и так знаем, где находятся южные развалины.

Поудобнее расположив металлический лом на плече, я двинулся следом за колонной, мысленно поблагодарив Марту, что не поставила Вонючку предпоследним. Он сегодня ещё два раза испортит воздух, так что лучше держаться от него подальше.

* * *

Пустошь. Однообразный пейзаж, который тянется бесконечно. Серо-зелёная трава, стебли которой легко могут порезать кожу — мы называем её остролист. Ещё иногда попадается редкий кустарник вяжуха, усыпанный водянистыми белёсыми плодами. Есть ягоды вяжухи можно лишь в крайнем случае, и немного — десятка два в день. Если больше, то потом будешь мучаться страшными болями в животе.

А сверху беспощадно палят обжигающие лучи Архата. Им плевать, кто внизу, они словно бы преследуют одну цель — испарить любую влагу, которую отыщут. К полудню вся поверхность прогревается так, что остролист уже не тянется вверх, а гнется, почти ложась на землю…

И так на десятки, а может и сотни километров на юг, и юго-запад. Правда, иногда на равнине встречаются холмы, плоские вершины которых уже заросли травой, а южные склоны покрыты запёкшейся до блеска коркой. Вея говорит, что это сама почва сплавилась от термических бомб. Мы ей верим, она мудрая.

Игнорируя привычное пекло, километр за километром, ориентируясь по светилу, наш отряд бодро двигался к цели. Будь среди нас нормал, он давно бы уже упал без сил. Однако мы, мутанты, славимся своей невероятной выносливостью. Поэтому первые шесть часов бригада шла без остановок. Лишь один раз замедлились, чтобы сделать по несколько глотков воды.

А затем начался пригород. Точнее то, что от него осталось, из-за чего наша скорость сильно снизилась. Здесь, среди чудом устоявших остатков стен, груд бетонных обломков и торчащей отовсюду арматуры, таилась настоящая опасность. Тут наша шайка превращалась в добычу. Да, зубастую, но всё же съедобную.

— Перегруппировка! — негромко приказала Марта.

— Перегруппировка! Перегруппировка! — зашептали члены бригады, и вскоре наша колонна сформировала квадрат. Таким образом любая тварь перед нападением подумает, а стоит ли нападать на стаю? И скорее всего отступит. Так было в девяноста случаях из ста.

Однако в этот раз мы нарвались на выводок подвальных шакалов, и мутировавшие звери решили, что группа людей-мутантов — лёгкая добыча.

— К бою! — заорал я, первым увидев, как из развалин когда-то большого дома нас атакует стая хищников. Поджидали, твари!

То, что у собирателей нет нейросети и боевых баз знаний, ничего не значит. Да и вряд ли эти базы помогут тут. А вот наработанный годами опыт — да. Так что не прошло и секунды, а из специальных отделов рюкзаков уже выхвачены пластиковые панели, выполняющие роль щитов. У них для этого есть специальные крепления, и в развернутом виде они прикрывают две трети тела.

Когда нормалы увидели наши щиты, они лишь посмеялись. А зря. Ещё ни одной твари не удалось прокусить их. Кром Рогатый боевым лазером вырезал заготовки из конвейерной ленты, обнаруженной нами в большом подвале. Года четыре назад это было, а до этого мы таскали тяжёлые, из металлического сплава.

Так что тварей встретила не испуганная толпа, а стена из чёрных щитов. Шакалы тут же попытались обогнуть преграду, чтобы добраться до вкусного мяса, и понесли первые потери. Одного мутировавшего зверя прикончила топором Марта, ещё двух подстрелил Лис.

— В круг! — рявкнул охотник, опуская арбалет для перезарядки. Я, как идущий позади, тут же начал пятиться, постепенно поворачивая. За мной последовал мой сосед справа — Брюх. Низкорослый мужичок получил такое прозвище из-за огромного живота. Что-то у него было не так с обменом веществ, если верить Вее.

Мы почти успели, лишь два подвальных шакала успели заскочить в зазор между щитами. И тут же набросились на Вонючку, из-за которого и образовалась широкая щель. Не успел пацан, замешкался. Одна тварь попыталась ухватить растяпу за пятку, но зубы соскользнули с прочной обуви. А вот вторая цапнула за запястье, и над руинами раздался крик, полный боли и ужаса.

— Поддержи! — коротко бросил я Брюху, убедившись, что на меня в данный момент никто не нападёт, и тут же развернулся в круг. Короткий замах, удар, и шакал, вцепившийся в Вонючку, взвизгнул, отпуская собирателя. Второй попытался атаковать меня, но куда там. Сам Кром Рогатый часто говорил — не бойся топора, а бойся лома, один удар, четыре перелома.

Я всего лишь отмахнулся от атакующей твари, но конец тяжёлого оружия умудрился задеть голову шакала, и у того разом пропало желание нападать. Он пораскинул мозгами в пределах черепа, и решил прилечь, отдохнуть. Первый мутант тоже потерял интерес к нашей бригаде, и сейчас лежал на боку — кто-то успел рубануть зверя по шее топором. Ух, как быстро всё произошло! Неужели отбились?

И в этот момент позади раздался знакомый звук удара в щит. Кто-то всё же рискнул пойти в атаку? Я резко развернулся на звук, как и другие собиратели, но было уже поздно. Здоровенный, матерый шакал, похоже вожак стаи, сбил с ног Клешню, и уже вцепился в шею Лису Хвостатому. Оба повалились на землю, и покатились кубарем под ноги моим товарищам.

— Держать круг! — крикнула Марта. Сразу после команды она