Обмани меня нежно - Наталья Андреева

Вечер удался. Официанты в белых перчатках разносили шампанское, нежно пели скрипки, томительно – виолончель. Какая высокая нота! Ура! Что ж, все замечательно! Все так утонченно! Гости, кажется, довольны. Наступил момент... Она сделала маневр по направлению к одному из стендов. Драгоценности теперь лежали на бархатных подушечках, дожидаясь своего покупателя. Одно движение руки и...

Что такое? Она оторопела. Колье только что было здесь! Она поклясться может, что когда в первый раз, примериваясь, курсировала по выставочному залу, небесного цвета сапфиры в окружении бриллиантов мирно спали в черном бархате! И вот их нет! Какое коварство! Она так готовилась, доставала приглашение, каталог, заказала шикарную копию, а его просто-напросто взяли и умыкнули!

И тут она похолодела. Сейчас охрана поднимет тревогу. Кто знает? А вдруг элитных гостей попросят вывернуть карманы? Как минимум открыть сумочки. Ее рука, сжимающая усыпанный стразами клатч, похолодела. Она оглянулась, не видит ли кто, и незаметным, до автоматизма отработанным жестом вынула оттуда колье.

– О, боже! – раздался вдруг отчаянный крик. – Колье! Оно пропало! Охрана!

Главный распорядитель, надутый господин в белоснежной манишке, разом утратил всю свою респектабельность. Руки у него тряслись, лицо было красным, мокрая от пота прядь волос прилипла ко лбу.

– Вы об этом? – она, очаровательно улыбаясь, сняла с шеи сапфировое колье. – Я просто взяла его примерить. Я сделала что-то не так?

– Все в порядке, мадам.

Его лицо постепенно принимало нормальный цвет.

– Простите меня!

– Не за что извиняться, мадам. Быть может, вы хотите его приобрести?

«Хотела, – со злостью подумала она. – Приобрести, да. Но кто-то «приобрел» его вместо меня. Нет, каков мерзавец! Или мерзавка?»

– Я подумаю. А пока положу колье на место.

Она опустила украшение в уютное гнездышко из черного бархата. Как будто тут и было.

«Надо уносить ноги. А ведь оно все еще здесь. Кто?»

Инцидент с колье публика оставила без внимания. Тут все что-то примеряют. Это же выставка-продажа. И случайных людей на ней нет, только по приглашениям, поэтому организаторы абсолютно спокойны.

«Неужели кто-то из гостей? – напряженно думала она, исподтишка разглядывая публику: мужчин в дорогих костюмах и дам в вечерних туалетах. «Выходит, не одна я здесь злодейка? Есть еще один ловкач. Или ловкачка. Кто?

Дама в алом глубоко декольтированном платье, с огромными рубинами в ушах и на пальцах холеных рук? Господин в костюме от Версаче? Хорошенькая девушка, которая все время хохочет, вскидывая голову, так что бриллиантовые каскады в ее ушах раскачиваются и рассыпают искры?».

Она терялась в догадках. Обиднее всего было то, что она вору помогла. Прикрыла кражу искусно сделанной копией. Какие убытки! Только попадись ты мне, зараза!

Один из музыкантов, поклонившись гостям, не спеша зачехлил свой инструмент. Она скользнула по нему безразличным взглядом. Типичный скрипач. Интеллигентное лицо, очки, длинные тонкие пальцы.

И вдруг она поймала на себе его насмешливый взгляд. Очки были с затемненными стеклами, но она этот взгляд почувствовала всей кожей.

Скрипка направилась к выходу.

«Он». Она была полна решимости заставить его поделиться.

– Одну минутку мадам, – остановил ее элегантный седой мужчина.

– Что такое?

– Как вы находите, Ирочке идет это колье?

Она с досадой посмотрела на Ирочку. И почему именно у нее отец, или кто он ей там, спрашивает совета?

– Вы его примеряли. Ирочке показалось, что вам больше подойдут изумруды. А вот ей к лицу именно сапфиры. Вы не находите?

Скрипка уходила.

– Да, хорошо, – пересилив себя, сказала она и с улыбкой посмотрела на Ирочку, примеряющую колье. – Ей и в самом деле идет.

– Значит, берем? – подмигнул Ирочке седой господин.

– Ну, я не знаю... Мне больше нравится жемчуг...

– Берем! И жемчуг тоже! Спасибо вам, мадам, за консультацию.

– Не за что.

Она, наконец, освободилась и кинулась в погоню за скрипкой. В футляре лежало ее колье. Она была в этом уверена. Поздно. Его уже и след простыл. Она рассеянно глянула в программку, где прочитала: «Струнный квартет». Перевела взгляд на музыкантов в центре зала и машинально их сосчитала. Четверо. Квартет и есть. Почему никто не обратил внимания на то, что какое-то время играл квинтет? Что был еще и пятый? А он и не играл. Он просто стоял у них за спиной, рядом со стендом, где было выставлено на продажу колье. А, может, и играл, но делал это так тонко, что никто не заметил фальши. Даже сами музыканты его не сдали.

Какой ловкач! Ты такой же скрипач, как я балерина! Она просто кипела от злости. Потом вдруг неожиданно улыбнулась: это ограбление войдет в историю как одно из самых нелепых. Копию сделал один, а украл другой, причем эти двое не сговаривались. Если, конечно, когда-нибудь выяснится, что камни в колье подделка. Сейчас Ирочке вручат сертификат, подтверждающий подлинность купленного ею ювелирного украшения.

День впустую. Где ты, Скрипач? Усы, очки, зализанные волосы, интеллигентное лицо, длинные тонкие пальцы – это все антураж. На самом деле ты не такой. Хотя длинные пальцы и интеллигентность трудно сыграть. Аристократизм у тебя в крови. В тебе, Скрипач, чувствуется порода. Жаль только, что мы никогда друг друга не узнаем, если вдруг встретимся где-нибудь случайно. На каком-нибудь модном курорте, в дорогом ресторане или в салоне самолета, уносящего нас к теплым морям.

Прощай, Скрипач!

Год спустя...

– Я рад, что мы, наконец, объединили свои усилия.

Хозяин огромного кабинета говорил это через силу. Привлечь к расследованию сотрудников ФСБ значит унизить лично его и его коллег. Не справляетесь, мол, а еще профессионалы! Настоящие профессионалы у нас, знаете, где работают? Так вот смотрите и учитесь!

Они, видимо, почувствовали его раздражение, потому что старший по званию из троицы фээсбэшников, влившейся в группу по расследованию громких краж антиквариата, примирительно сказал:

– Вы напрасно обижаетесь. Можно без чинов? Как коллега коллеге? – Он кивнул. – Так вот, хозяину стукнули. Был звоночек. Страховщики отказываются работать с антикварными салонами. На днях одна крупная страховая компания выплатила огромную сумму устроителям салона: пять миллионов евро. Украли картину Шагала. А ее застраховали именно на такую сумму. Это сильно испугало остальных. А с месяц назад депутат Госдумы поднял скандал. Обнаружил, что любимое сапфировое колье его дочери – фальшивка.

– Надо еще выяснить, откуда у депутата деньги на сапфировое колье, – мрачно сказал хозяин кабинета.

– Это не наше дело. На то есть комитет по борьбе с коррупцией. Кстати, колье он купил год назад.

– Что ж только сейчас хватился?

– Это опять-таки нас не касается. Наше дело обеспечить безопасность тех, кто думает о народе. А народ должен приобщаться к большому искусству. Ходить на выставки, – сотрудник ФСБ невольно поморщился, – в галереи. Куда там еще, а? Федя?

– В театры, – подсказал квадратный Федя.

– И туда тоже. В общем, отвлекаться. Тьфу! Развлекаться. Друг Хозяина, имя которого, я думаю, называть не стоит, хочет сделать людям приятно, да и себе не больно, поэтому решил устроить в Питере постоянно действующую выставку. Всякие там Шагалы... Федя, кто еще?

– Левитан! – вытянувшись в струнку, рявкнул Федя.

– Постой... Так он же давно помер!

– Они все померли. Кто раньше, кто позже, – вздохнул хозяин кабинета, все еще пребывая в мрачном настроении. Похоронном.

– А как же он тогда будет вести салон? То есть галерею? Тьфу ты, выставку! В записи, что ли?

– То диктор. Юрий Левитан. А то Исаак Левитан, – тихо сказал до сих пор молчавший третий. В отличие от Феди он был худ, застенчив, с мягкими чертами лица и какой-то виноватой улыбкой. Непонятно, как он вообще затесался в ряды фээсбэшников. Все с той же виноватой улыбкой третий пояснил: – Исаак Левитан – художник-передвижник. Ему особенно удавались пейзажи. «Золотая осень», к примеру. Очень известная картина.

– Не люблю я это искусство, – поморщился его начальник. – Вот ты, Громов, и бери на себя работу с экспертами. Раз так хорошо разбираешься в живописи.

– Есть!

– В общем, был звонок. Выставку отказываются страховать, а без этого ее открыть никак нельзя. И, в конце концов, они правы. Проще поймать вора...

– Воров, – поправил хозяин кабинета. – Мои люди хорошо поработали. Похоже, все кражи – дело рук преступной группы в составе двух человек, мужчины и женщины. Один отвлекает внимание, другая совершает кражу. Заменяет раритет подделкой. Они все время меняют внешность, прекрасно разбираются в психологии людей, используют нестандартные ситуации.

– Бонни и Клайд? Сладкая парочка бандитов?

– Вроде того.

– Так почему же их до сих пор не задержали, раз все про них известно?