Цифровой журнал «Компьютерра» № 127 - Коллектив Авторов

1-го сентября. Четверг.

Всё утро лило. В 12 1/2 ч. Эмир Бухарский прибыл и завтракал со свитой в столовой. В 2 часа простились с ним. Погода исправилась. Поехали в первый лес по шоссе на Оршу. Гуляли и искали грибы. Как всегда Аликс пила у меня чай. Занимался спокойно до 8 ч. Обедали в поезде с Мишей, Дмитрием и Игорем. Провели вечер вдвоём.

6-го сентября. Вторник.

Немного потеплело. Доклад был недлинный. Принял ген. Некрасова. После завтрака — Григоровича и Русина.

В 2.45 отправились вверх по Днепру к берегу с кустами. Покатался с Граббе и Дмитрием Шереметевым в двойке и погулял. В 6 час. поехали в кинематограф. Вечером занимался.

7-го сентября. Среда.

Потеплело ещё, но день простоял серый. За завтраком играла музыка на дворе. Поехали по Бобруйскому шоссе к памятнику-часовне. Алексей остался в лесу, а я погулял по большой дороге. После чая принял Мамантова. Читал до 11 ч.

8-го сентября. Четверг.

Шёл дождь до 3 час. Поехали по Бобруйскому шоссе на то же место. Погулял по лесу, пока Алексей занимался выкапыванием разных железных предметов около шоссе. Погода поправилась, вышло солнце.

Февраль семнадцатого. Последние дни империи.

19-го февраля. Воскресенье

В 10½ поехали к обедне с Татьяной, Анастасия тоже простужена. Завтракал и обедал Вилькицкий (деж.). Гулял один. До чая принял Балашова — члена Гос. Думы. В 6 час. был кинематограф — видели конец «Таинственной руки». Вечером у Аликс собрались: Лили Ден, Н. П., Мясоедов-Иванов, Родионов и Кублицкий.

23-го февраля. Четверг

Проснулся в Смоленске в 9½ час. Было холодно, ясно и ветрено. Читал всё свободное время французскую книгу о завоевании Галлии Юлием Цезарем. Приехал в Могилёв в 3 ч. Был встречен ген. Алексеевым и штабом. Провёл час времени с ним. Пусто показалось в доме без Алексея. Обедал со всеми иностранцами и нашими. Вечером писал и пил общий чай.

Накануне вооружённого восстания:

26-го февраля. Воскресенье

В 10 час. пошёл к обедне. Доклад кончился вовремя. Завтракало много народа и все наличные иностранцы. Написал Аликс и поехал по Бобруйскому шоссе к часовне, где погулял. Погода была ясная и морозная. После чая читал и принял сен. Трегубова до обеда. Вечером поиграл в домино.

Всё. Больше не могу. Это не дневник, это история болезни. Вернее, сама болезнь. Воля ваша: проводите экспертизы, верьте на слово, но опыт, здравый смысл и профессиональные навыки говорят мне, что император Николай Второй был олигофреном. Попросту – умственно отсталым. Его психика застыла на уровне гимназиста третьего – четвёртого класса. Гонять ворон, кататься на велосипеде или смотреть «Таинственную руку» ему, взрослому мужчине, куда интереснее, нежели заниматься государственными делами.

Да и не мог он заниматься государственными делами. Ну, примет доклад, ну, почитает документы, но ситуацией в стране он не владеет и распоряжений толковых отдать не может. Олигофрена можно определить как личность, неспособную к самостоятельной социальной адаптации. Как пишут специалисты, «адаптивное поведение всегда нарушено, но в защищённых социальных условиях, где обеспечивается поддержка, эти нарушения у больных с лёгкой степенью умственной отсталости могут совсем не иметь явного характера».

В спокойное, мирное время он мог быть царём-представителем: ездить на смотры, принимать послов, посещать оперу и ходить на охоту с кузеном Вилли. Это приемлемо для конституционной монархии, но не для самодержавия. Во время кризисов Николай становился обузой, ненужным звеном, тормозящим всё и вся.

Разумеется, ставить в личную вину Николаю Второму то, что он был умственно отсталым, нельзя. Это не вина его, а беда. Виновато самодержавие — строй, при котором ключевую должность годами занимает явно не пригодный к ней человек.

Что самодержавие пошло ко дну с таким капитаном, неудивительно. Удивительно, как долго оно держалось на плаву. Видно, запас прочности империи после смерти Александра Миротворца был велик. Остаётся лишь гадать, как развивались бы события, если бы Александр Александрович прожил не сорок девять лет, а хотя бы шестьдесят, лучше – семьдесят.

Но увы, медицина оказалась бессильной.

К оглавлению

Дмитрий Шабанов: Ориентация по внутренней карте

Дмитрий Шабанов

Опубликовано 28 июня 2012 года

В предыдущей колонке я убеждал читателей, что ключевые этапы становления человека можно рассматривать через призму эволюции создаваемых психикой моделей действительности. Я упомянул, что становление таких моделей помогало управлять движением. Я хочу обсудить такие модели подробнее и обращусь для этого к языку социальных насекомых.

Язык пчёл стал предметом интенсивного изучения со времён Нобелевского лауреата Карла фон Фриша, его последователя Мартина Линдауэра и многих других блестящих исследователей. Одним из открытий этой научной школы было описание виляющего танца пчёл.

Пчела-разведчица, обнаружив в отдалении от улья источник корма, выполняет в темноте улья на вертикально расположенных сотах специфический танец. Она бегает по восьмёрке. Частота виляющих указаний брюшка является мерой расстояния до корма, а угол наклона центральной части восьмёрки относительно вертикали соответствует углу требуемого направления полёта относительно проекции направления на солнце на земную поверхность.

Непонятно? Вот картинка (взято отсюда с изменениями), которая это прояснит.

Когда пчела-разведчица танцует на горизонтальной поверхности (например, на прилётной доске), центральная часть описываемой ею фигуры показывает направление полёта к цели. Если танец выполняется на поверхности сот, отклонение центральной части выписываемой фигуры от вертикали показывает угол между направлением полёта и направлением в сторону солнца.

Фриш утверждал, что пчела-разведчица точно информирует о необходимом направлении полёта других рабочих пчёл. Целая серия более поздних экспериментов показала, что большая часть из «слушательниц» ориентируется не на геометрические указания, а просто на запах корма. Впрочем, кажется, что порядка 10 процентов наблюдательниц танца летит именно туда, куда надо. Можно считать, что это свидетельствует о неэффективности пчелиного языка. Впрочем, как преподаватель со стажем, могу заверить читателей: 10 процентов слушателей, действительно понявших сложные объяснения, – неплохой результат для педагога-человека.

Споры вокруг пчелиных танцев продолжаются, но, кажется, никто не оспаривает сам факт их наличия. Фигуры, которые выписывает во время танца пчела-разведчица, отражают то представление о цели, которое имеется в её надглоточном ганглии (который, по словам Фриша, «меньше просяного зёрнышка»). Кажется, всё-таки некоторые из наблюдателей (и пчёл-соседок по улью, и исследователей-биологов) расшифровывают эти танцы верно.

Почему пчёлы используют в качестве ориентира именно положение солнца? Фасеточный глаз насекомых способен воспринимать плоскость поляризации света, и пчела легко вычисляет положение дневного светила, даже когда оно скрыто за плотными облаками. Но у ориентации по солнцу есть и один существенный недостаток: его диск всё время движется по небу. Иногда пчёлам приходится летать за взятком на значительное расстояние. За время такого полёта солнце изрядно смещается по небу. Что же делать? Пересчитывать направления и углы! Очевидно, что это возможно лишь при наличии внутренних часов.

Обеспечение столь совершенного механизма ориентации — непростая задача. Она требует эффективной обработки данных, связанных с ходом времени и положением в пространстве. Пчёлы – древняя группа, и их механизм ориентации – результат эволюции в течение десятков миллионов лет. Его возникновение оправдано тем, что использование такого механизма контроля полёта намного повышает эффективность питания.

Анализируя поведение пчёл, мы можем кое-что узнать о том, как они работают с моделью пространства. Расскажу об эксперименте, в котором используется нелюбовь пчёл к перелетанию через высокие препятствия. Пчёл заставляли лететь к цели, находившейся за высоким домом. Возможные маршруты показаны на рисунке.

Цель, к которой летят пчёлы, находится за препятствием. Как вы думаете, какой из маршрутов, обозначенных цифрами 1, 2, 3 и 4, они выбирают?

Первый вывод, который можно сделать по результатам этого эксперимента, заключается в том, что пчёлы-разведчицы не сообщают, с какой стороны надо огибать препятствие. Долетев до стены дома, сборщицы нектара поворачивают как придётся – направо или налево. Долетают до края дома и...