Европейское турне (СИ) - Панфилов Василий "Маленький Диванный Тигр"

— Мастер разговорного жанра, — вслух выдал попаданец после очередного перла итальянца.

— Одиннадцать поколений моей семьи торговлей занимается, — сказано с нешуточной гордостью, — да не абы какой, а посреднической. Без хорошо подвешенного языка и интуиции в таком ремесле делать нечего. Ну и связи, куда без них.

— И что тебе подсказывает интуиция?

— Что тебя надо держаться, — выдал Анджело без обиняков, став серьёзным, — есть в тебе что-то странное. Наверняка уже попадал в различные истории? Встречал таких людей, они как око бури[19]. Всегда какие-то события вокруг происходят. Больше опасностей, но и возможностей. Да и… интересно.

Фокадана пробил озноб, приключений наелся до конца жизни. Мелкие авантюры ещё куда ни шло, они придают жизни вкус. Но око бури?! Увольте.

Попаданец уже подметил за собой странноватую особенность подманивать приключения. Мелкие детали поведения, внешности — несмотря на прошедшие годы, до сих пор выделялся. Как бы ни маскировался, образ благонамеренного обывателя никак не давался.

Может, отсюда все беды? Выделяется из толпы и притягивает людей с авантюрной жилкой? Может быть… А может, это сама Реальность пытается уничтожить чужеродный организм?

Поймав себя на мистике, Алекс мотнул головой, отгоняя такие мысли. Не то чтобы совсем не верил в эзотерику[20], сталкивался со странноватыми явлениями не раз. Одно попаданство чего стоит, поневоле поверишь во всякое. Но пытаться всерьёз думать о таком, да в его положении… опомниться не успеешь, как крыша поедет.

Анджело, видя помрачневшего Алекса, постепенно закруглил разговор, очень аккуратно прервав прогулку так, что не возникло неловкости.

— Не напиться ли мне? — Оставшись один, вслух сказал попаданец, встав на тротуаре в задумчивости, опёршись на трость. Проходящий мимо немолодой мужчина в военном мундире хмыкнул в усы и посчитал уместным дать совет.

— Судя по вашему лицу, молодой человек, напиться вам непременно стоит.

Гаштет[21] выбрал поближе к дому, из числа проверенных. Не то чтобы важно, но если вдруг перепьёт, то хозяин и прислуга знают, где он живёт. На заднем дворе гаштета и повозка стоит как раз для таких случаев. Сколько раз наблюдал, как по домам развозят перепившихся бюргеров…

— Шнапса, — сходу приказал Алекс, зайдя в помещение.

— Шварцвалдский есть, на травах, — услужливо сказал подскочивший официант со специфическим красным лицом профессионального дегустатора.

— Тащи!

Напивался Фокадан целеустремлённо, но поначалу без особого толка. Конечности работали плохо, а голова оставалась ясной — до определённого момента. Опьянел внезапно, и дальнейшее помнил плохо.

Открыв глаза, Алекс увидел голую задницу, которую использовал вместо подушки. Задница определённо женская и достаточно аппетитная — в буквальном смысле, с размазанным по всей поверхности мёдом, с прилипшими кое-где пушинками.

Со стоном отвалившись в сторону, огляделся, пересиливая головную боль. Вульгарная роскошь, картины эротического характера и прочие детали того же рода давали понять, что он в борделе. Дорогом.

С трудом встав, нашёл горшок и использовал по назначению, морщась от резкого аммиачного запаха. Вчера этот горшок явно использовали не раз, мда…

Найдя глазами шнур с колокольчиков, дёрнул, через минуту в дверь осторожно поскреблись.

— Господин?

— Входите, — вяло отозвался попаданец, не обращая внимания на то, что стоит обнажённым. Просочилась немолодая горничная несколько вульгарного вида — явно ранее работала здесь же, но в другой ипостаси. По крайней мере, даже не сделала вид, что смущается, увидев обнажённого мужчину.

— Помыться и опохмелиться. Пива.

Несколько минут спустя, наскоро ополоснувшись в тазике от мёда и прочего, лежал в горячей воде, пахнущей горными травами. Кружка пива залита внутрь — без вкуса, как лекарство. На старые дрожжи, да в горячей воде, снова слегка опьянел.

В голове начали всплывать картинки, заставляющие морщится. Погулял! Даже для выходца из двадцать первого века, насмотревшего в интернете всякого, да ещё и пожившего в общаге. Сильно погулял.

Вряд ли его эксперименты войдут в легенды борделя, но судя по всему, удивить и даже немного смутить девочек удалось. Мда… годовое воздержание в сочетании с нервным срывом, чтоб его. С другой стороны, хорошо хоть интерес к женщинам снова проснулся. Думал уже, что после смерти жены всё, отбегался.

Похмелье начало отступать, и жизнь перестала казаться мрачной. Сходил в бордель? Бывает… Чтобы не допустить срывов в будущем, требуется найти постоянную любовницу.

Как здесь обходятся? Замужних исключить, к черту все эти подходы с куртуазностью и тайным ухаживанием. Девиц из хороших семей туда же — портить им жизнь не хочется, да и жениться могут заставить. Даже не родственники с оружием, законодательство здесь такое.

Найти кого попроще? Пожалуй… холостяки обычно пользуют служанок по совместительству. Или снимают квартирку какой-нибудь модистке или белошвейке. Хм… иногда и вскладчину.

Он может себе позволить снять квартиру, но съезжать от фрау Шпек не хочется. Вроде бы обычный пансион, но есть ощущение санатория, какая-то расслабленность. Для его расстроенной психики фактор немаловажный.

Пожалуй, стоит снять квартирку модистке. Среди горожанок из низших слоёв, желающих такой карьеры полно. Невинность там не цениться, а вот возможность заработать на приданое[22], пусть даже столь непривычным способом, вполне. Решено!

Отмывшись, спросил счёт и скривился… восемьдесят марок! Погулял.

Глава 3

Адольф фон Нарбэ, сделав ход, отошёл в сторонку. Разве что стали чаще попадаться на глаза студенты, обсуждающие развесёлую жизнь братств. Идти навстречу Алекс не спешит, невнятные намёки, это несколько не то, что хочется услышать. Будут конкретные предложения, тогда и подумает. Ну а нет… да и хрен с ними, с братствами.

После кратковременной вспышки интереса остыл к студенческим объединениям. Изначально это было интригой ради интриги, ибо минусов от близости к студенческим организациям, для него как бы не больше, чем плюсов. Бегать за ними точно не станет.

Алекс учился как одержимый, посещая лекции в университете и нанимая учителей частным образом. Обнаружился колоссальный провал в черчении, теперь приходится срочно навёрстывать. Технический немецкий, уроки прикладной химии. В этом времени инженер считается, да и является, этаким мастером на все руки.

Вчера инженер прокладывал железную дорогу, сегодня проектирует пароходы, а завтра укрепления. Узкая специализация у технарей только начиналась. Правда, и объём знаний пока относительно скромный, инженер действительно может быть многостаночником.

Зато и требования другие. Не знать, где посмотреть, а выучить наизусть. Помнить логарифмы, производить в уме сложнейшие вычисления. Среди инженеров считается шиком на глаз определять расстояние и вес, причём с как можно большей точностью.

Для попаданца это оказалось проблематично, возникли проблемы как с заучиванием, так и со счётом в уме. Пришлось вспоминать методики устного счёта и работы с памятью — благо, в детстве по ним занимался некоторое время.

Вспоминать оказалось той ещё проблемой, и изобретением велосипеда. Почти закончив записи, Алекс наткнулся в букинистическом магазине на соответствующие методички, притом качественные, написанные на диво простым и понятным слогом. Не в первый раз вляпывается этак, считая предков априори глупее потомков.

Работа с памятью и сложными вычислениями в уме идёт с переменным успехом, но заниматься по двенадцать часов в сутки просто нереально, как бы этого ни хотелось. Дабы разгрузить мозги, Алекс начал ходить к Майлзу почти ежедневно, часто гулял по Берлину, брал напрокат лошадей для выездов. Решились дела с модисткой, так что зов естества поутих.