Кровавые сборы (ЛП) - Пендлтон Дон

«Он свяжется», — закончил за него Джон Хэннон. «Да, я думал об этом».

Они проехали небольшой пригородный торговый центр, и Болан срезал дорогу через почти пустую парковку, направив свой «спортстер» на ряд телефонов-автоматов рядом с аптекой на углу.

«Придется обойтись этим».

«Все в порядке. Я пришлю кого-нибудь сюда в течение пяти». Он заколебался на полпути к двери, его честное лицо глубоко нахмурилось. И что-то происходило в глубине его глаз.

«Твое железо… разве это не новая «Беретта»?»

Болан почувствовал, как короткие волоски встают дыбом у него на шее. Он кивнул.

Хмурый взгляд Хэннона смягчился, став задумчивым.

«Парень, которого я когда-то знал, клялся пистолетом «Люгер»».

Болан выдавил из себя улыбку.

«У него есть мощность, но переключатель слишком открыт», — сказал он. «Он заедает».

«Думаю, моя дурь была подержанной. Этот парень… ну, мы никогда по-настоящему не встречались».

Последовала еще одна многозначительная пауза, и Болан подождал, пока упадет вторая туфля. Когда Хэннон заговорил снова, его голос был мягче, осторожнее.

«Думаю, мне лучше позвонить», — сказал он. Он вышел из машины, глядя на телефоны, затем повернулся лицом к Палачу.

Болан почувствовал, что расслабляется, когда пожилой мужчина продолжил, теперь уже улыбаясь.

«Если бы у меня было хоть какое-то представление о том, что ты ищешь…»

«Я сам точно не уверен», — честно ответил солдат.

«Ну, если есть что-нибудь…»

«У меня есть твой номер», — сказал ему Болан.

«Ммм». Ничего удивительного. «Что ж, еще раз спасибо».

Он захлопнул дверцу, и Болан увел оттуда «Жар-птицу», Джон Хэннон быстро уменьшался в зеркале заднего вида. У частного детектива в руке была телефонная трубка, и он уже говорил в нее.

И судьба миссии Болана также была в руках Хэннона. Если бы он рассказал полиции о своих подозрениях — о том, что он знал, — Майами мог бы быть списан со счетов. Если бы они ожидали его…

Возможно, вспышка узнавания была неизбежна, но Хэннон все равно был опытным боевым конем. Ничто не проходило мимо него незамеченным, не исследованным острым глазом детектива. Здесь таилась потенциальная опасность, если чувство долга заставило Хэннона сообщить об их близком столкновении.

Но Болан доверял детективу. Естественно. Инстинктивно.

Пока они разговаривали, между ними было гораздо больше, чем просто признание. Да, было понимание, и кое-что еще со стороны детектива.

Одобрение?

Неохотное восхищение?

Болан нахмурился. Если бы Хэннон решил сыграть роль союзника, он мог бы стать выигрышным активом — или обременительной обузой. Однако в данный момент у Палача были другие проблемы на уме.

Его расследование в Майами было реакцией на грохот в метро, намеком на неприятности в опасной близости от точки воспламенения. У него были кусочки головоломки, и была надежда, что Хэннон, который сейчас работает в частном секторе, поможет ему собрать их все воедино. Теперь, вместо этого, он задал новые загадки.

И указатель, да. По крайней мере, столько.

Он указал Болану прямо на Томми Дрейка.

3

Томми Дрейк — урожденный Томас Дракко, был единственным оставшимся в живых сыном чикагского ростовщика. У папы Драко были «связи», но его принадлежность к мафии не гарантировала разведданных — и они не смогли спасти его, когда он встал на сторону проигравшего в восстании местной мафии. Действующий босс устроил папе разнос, и когда его старшие сыновья отправились на поиски мести, они бесследно исчезли.

Все трое.

И юный Томас, более мудрый, чем его братья и сестры, внезапно почувствовал вкус к путешествиям.

Он переехал в Майами, стремясь держаться подальше от Чикаго. Он получил работу мускулистого человека — Томми Дрейка — у местного мафиози Винни Балдероне. Майами был «открытым» городом, полным возможностей для тех, кто мог выполнять приказы. Для тех, кто не боялся раскроить головы и переломать ноги по пути.

Когда Бальдероне пал перед «пушками Болана», Дрейк оцепенело перешел на сторону растущей группировки, возглавляемой Ники Фаско. Потеря родственников научила его гибкости, и Томми искал «усыновления» в семье Фаско, приняв на себя обязанности первого лейтенанта, обучаясь наркобизнесу у мастера. Позже, после того как Ники проиграл все в очередном блице Болана, его протеже отправился по магазинам в поисках спонсора.

И обнаружил дона Филиппо Сакко.

Склонность Томми нанимать начальников не свидетельствовала об отсутствии личных амбиций. Напротив, опыт научил его позволять другим брать на себя ответственность, связанную с лидерством. Он был доволен тем, что находился в чьей-то тени, радуясь выгоде от устрашающей репутации своих номинальных начальников. Они защищали его, пока он зарабатывал им деньги.

Никто не убивал золотого гуся, если был какой-либо выбор, а у Томми Дрейка было полно вариантов. Он имел дело с кем угодно, беспристрастно, до тех пор, пока его безопасность и прибыль были разумно гарантированы.

Наркотики пошли на пользу Томми Дрейку. Он преуспел в торговле ими и стал миллионером, сумев при этом оградить себя от повального хаоса, который превратил Майами в американскую столицу убийств.

Зонтик мафии в какой-то степени приютил его, как и его легендарная готовность выйти победителем первым. По большей части он оставлял в покое мелких независимых операторов, но кокаиновые ковбои, которые слишком охотно вторгались на его территорию, быстро становились известным вымирающим видом.

Наркотики купили Дрейку поместье в испанском стиле в пригороде Холландейла, в нескольких минутах езды от Гольфстрим-парка. Такие люди, как Фрэнк Костелло и Майер Лански, любили наблюдать за бегом своих лошадей в Гольфстриме, и хотя Томми Дрейк испытывал нежность к пони, он не стремился к показной власти. Он оставался в безопасности, оставаясь в тени, позволяя другим попадать в заголовки газет, разжигать огонь.

За исключением того, что тени не укроют Томми Дрейка этой ночью. Его убежище разрушалось, а мастер-дилер еще даже не знал об этом.

Сегодня ночью тени служили прикрытием для врага. Неумолимого. Решительного.

И сегодня вечером в меню был золотой гусь.

Болан один раз объехал квартал и нашел незаметное место для парковки. Его Firebird подходил для этого района, но он не планировал задерживаться достаточно долго, чтобы вызвать любопытство.

Быстрый зонд, верно, со всеми необходимыми мышцами, чтобы извлечь некоторые ответы из своей цели.