Солнечный дождь - Алена Бессонова

Дело в том, что рядом с дачей Ивана Ильича образовался глубочайший овраг. Летом, заскакивая на минутку на свой участок, ужасался Одуванчик росту оврага. Он, как живой, каждую весну рос и рос, осыпая края, подмывая талой водой дно, увеличивая глубину.

– Вот уйду на пенсию, – думал тогда старый клоун. – Укреплю края оврага, чтобы не смог он, окаянный, съесть мою дачку!

Теперь это время пришло. Приехал Иван Ильич на участок и перво-наперво занялся давно задуманным делом. Пригласил бригаду мастеров. Они мощной машиной – молотком вбили в бока ямы длинные железобетонные столбы. Сам хозяин посадил по кромке земляной трещины берёзки, ивы и красивоцветущие кустарники. Они зацепили корнями края оврага, не давая им осыпаться. Весь апрель, звонкий весенний месяц, возился Одуванчик на участке, спасал домик от обрушения. Потом складывал из красного кирпича в любимой комнатке замысловатую печку, чтобы в холодноватые первые весенние дни греть на ней свои больные косточки. Последние деньки апреля Иван Ильич сажал рассаду овощей и цветов, убирал с участка осенние прошлогодние листья, закладывал их в новую компостную яму. В мае высаживал крепенькую рассаду в землю, делал грядки, качал из скважины воду для полива. Трудился не покладая рук. В июне сел на пенёк отдохнуть и охнул – делать было нечего! Заскучал! Детей, а стало быть, и внуков, Иван Ильич за свою жизнь так и не нажил. Всё болтался с цирком по разным городам и весям. Даже жениться не успел. Была на свете родная душа – сестра, да и та за тридевять земель живёт в тридесятом царстве, в общем, далеко. Однажды старый клоун так заскучал, что вынул свой цирковой костюм, надел рыжий парик, нарисовал на лице счастливую улыбку, поставил в саду под деревом большое зеркало и стал смешить себя сам. Поперву было вроде весело, а потом стало так тошно, что Одуванчик решил уничтожить – сжечь и парик, и костюм. Забыть раз и навсегда о прошлой, любимой им жизни. Задержал его шорох за забором, а затем заливистый детский смех. Иван Ильич пригляделся: в широкой щели между досок увидел радостные хитроватые глаза мальчишки, соседского ребятёнка.

– Дяденька, покажи ещё сокус с кроликом, – услышал Одуванчик тоненький голосок. – Чё он у тебя из шляпы вылезать не хочет? Чё упирается?

– Тебя как зовут, малец? – поинтересовался Иван Ильич.

– Меня-то?! Седькой! – ответил голосок и засопел.

– Федькой! – понял старый клоун, какие нелады у мальчонки с буквой «ф» – Иди ко мне, Фёдор, на двор, я тебе цирковое представление покажу.

– Не-а! – откликнулся Федька. – Мне маманька с Сёклой со двора выходить не разрешает, битиём угрожает, если без спросу утеку….

– Фёкла – это кто? – заинтересовался Иван Ильич

– Сёкла – это сестрёнка моя, старшая на целый годок, – отозвался мальчишка. – Ты нас у мамки отпроси, тогда придём…..

Пришлось идти Одуванчику к соседями. За долгие годы владения дачным участком он так и не удосужился с ними познакомиться. Соседями оказались совсем молодые люди. На предложение Ивана Ильича забрать ребят и показать цирковое представление они ответили радостным согласием. Через полчаса привели к Ивану Ильичу ещё двух пацанят с соседних участков. А к вечеру у старого клоуна собралась ребятня со всего дачного посёлка. Федька на правах первого зрителя руководил порядком. Вновь прибывающих зрителей рассаживал, предлагал конфеты с тарелки, следил, чтобы больше одной не брали.

Когда из открытого окна Ивана Ильичёвой дачи раздались звуки фанфар5, всё – затихли. Старый клоун специально записал торжественные цирковые звуки себе на магнитофон, оставил на память. Сейчас эта запись пригодилась! Вслед за музыкой из открытой двери дачи раздался басовитый голос:

– Ого-го-го-го! – на крылечко выкатился толстый клоун с рыжими волосами, в смешном костюме, с нарисованной до ушей улыбкой – Узнали меня?! Я – Одуванчик!

– Ты, Одуванчик?! – взвизгнул из-под куста возмущённый тонюсенький голосок – Это ты, Одуванчик?! Это я Одуванчик!

И тотчас на полянку выскользнул в точности похожий на большого клоуна маленький клоунёнок в таком же рыжем парике, смешном клоунском костюме, с нарисованной до ушей улыбкой:

– Это я Одуванчик! – гордо выставив вперёд ногу, подбоченясь, выкрикнул мальчуган.

– Кто это тут Одуванчики?! – закричала неведомо откуда появившаяся маленькая клоунесса. Девочка была в таком же смешном наряде, только вместо взъерошенных волос из её головы в разные стороны торчали косички с огромными бантами. Маленькие клоунята покатываясь со смеху, принялись тыкать пальчиками в неуклюжего большого клоуна:

– Какой же ты Одуванчик? – смеялись они – Одуванчики мы! А ты большой, огромный Одуван!

– Одуван! Одуван! – радостно закричали зрители

– Какой же ты Одуванчик?! – засмеялось Облако над поляной – Ты – большой Одуван!

– Одуван! Одуван! – дружно возликовали на облаке капёнки.

* * *

– Бабушка, – удивлённо спросила Васюшка. – Откуда у Ивана Ильича взялись маленькие клоунята? Он что их из своего цирка утащил?

– Ничего себе вопросик! – засмеялась бабушка Молодушка. – Кто-то хвастался, что любую викторину отгадает, а здесь такой простой ответ! Ну, подумай, Васюшка, кто были маленькие клоунята?

– Так мы с тобой, бабушка, в викторину играем? – удивилась Василиса. – Тогда нечестно! В наших с тобой викторинах первый вопрос всегда задаю я.

– Несправедливо! – заупрямилась бабушка – Чем я хуже тебя?

– Ты вовсе не хуже, – настаивала Васюшка. – Ты старше и за свою жизнь назадавала столько вопросов, что мне неперезадавать!

– Хорошо, слушаю твой вопрос? – согласилась бабушка

Васюшка взяла в руки разноцветный мячик и приложила его к уху:

– Кто, живёт внутри мяча? – хитренько прищурилась внучка.

– Кто там спит, во сне урча?– Кто там фантиком шуршит?– Кто там лапкой шевелит?– Кто посвистывает там?– Кто поёт там по ночам?

– Ой-ё-ёй! – замахала руками бабушка. – Сразу сдаюсь!

– А-а-а! – развеселилась Васюшка. – Не знаешь?

Я нашла ответ простой:Видно мячик мой живой!

– И на твой вопрос про клоунят я тоже знаю ответ – это соседские ребятишки – Федька и Фёкла, правильно?

– Правильно! – кивнула бабушка Молодушка – Опять ты выиграла!

* * *

А вот маленькие зрители до самого конца представления так и не догадались, откуда появились клоунята. Фёдор с Фёклой держали язык за зубами, ни разу не проговорились. Иван Ильич тоже умел хранить тайны.

Иван Ильич был всё умеющим клоуном, он ловко жонглировал разноцветными мячами, показывал фокусы, катался на бочках, крутил на ногах и руках вёдра и лейки, ходил по натянутому между двух яблонь канату, и многое– многое другое. Но особый восторг зрителей вызывал коронный номер Одуванчика, а теперь уже Одувана – это превращение зонта в огромный букет жёлтых махристых цветов, которые на глазах восхищённых зрителей отцветали, превращаясь в нежные белые шарики. Сколько в это время рождалось из глаз ребятишек капёнок восторга Ииххо, капёнок удовольствия Айкак, капёнок ликования Бисбраво и, конечно, капёнок радости Ииих.

– Ииих! – кричали ребятишки и провожали взглядом поднимающиеся в небо шарики.

– Ииих! – вторили им их родители, которые к тому времени облепляли весь забор дачи Ивана Ильича.

– Ииих…. – тихо говорил старый клоун. – Я то, дуралей, уговаривал себя, что на пенсии хорошо, а на пенсии оказывается от-лич-ч-ч-но!

О, как всё обернулось! Все остались довольны и счастливы.

* * *

– Ну что, Васюшка, нравится тебе конец сказки? – спросила бабушка внучку.

– Не-а! Не нравится, – задумчиво ответила Василиса. – Обгрызенный какой-то конец! Где волшебство? Где чудо? И капёнки в этой сказке причём? Получается, совсем ни при– чём! Чего они в ней сделали? Их, наверное, за лето накопилось на Облаке на целую тяжёлую тучу? Так что, бабуль, давай другой конец изобретай! Смотри, сколько ягодок неощипанных в ведре осталось?! Не ленись, бабушка, допридумывай сказку ещё на четверть ведра крыжовника.

– Давай – давай, бабушка, досочиняй сказку! – пропело над ними Облако.

– Ах, вы, какие! Накинулись! – бабушка подняла глаза и строго глянула на Облако – И ты туда же, досочиняй им сказку! Парит тут, брюшко весёлыми капёнками набило, до земли развесило, разленилось. Само досочиняй!

– И сочиню! – обиженно сказало Облако и слегка всплакнуло.