Секрет Светлячка - Елена Владимировна Гуйда

на своего спасителя, и даже дыхание перевести не смогла. Это однозначно был темный и высокородный. Об этом свидетельствовал не только угольно черный цвет глаз, волос, слишком смуглая кожа, но и причудливые черные вензеля на шее, уходящие вниз под воротник кителя. Боевой отряд… здесь? Так далеко от границы с Мертвыми землями? Это не к добру!

Вокруг уже суетились целители, стража, маги, а я не дышала, глядя в черные глаза на словно созданном талантливым скульптором высокородной лице, лишенном любых эмоций. И понимала, что мне конец. Теперь мне точно придется отвечать по всей строгости закона. Это со стражей разбирался бы директор, да и сами они скорее отмахнулись бы, закрыв дело. А с боевым отрядом буду вынуждена объясняться я лично. И им плевать на намерения, даже самые лучшие. Есть факт нарушения, а за ним последует наказание. А не даже думать не хочется о том, чем мне обернется применение магии крови. Если он это заметил. Потому что я понятия не имела сколько он там стоял и видел ли мои манипуляции со шпилькой. Если видел… если не дай Великая праматерь… он видел. То я обречена.

– Вам придется последовать за мной, – миновав обычные правила, велевшие как минимум представиться и назвать военный чин, поставил меня перед фактом офицер. Но какая собственно разница? У меня мурашки по спине поползли от его чуть хрипловатого низкого голоса.

Смысл спорить? Оставалось обреченно кивнуть, закусив губу, чтобы не разрыдаться прямо здесь. И все так же сжимая в руке шпильку.

– Вы понимаете, что нарушили закон? – холодно поинтересовался мужчина, явно сомневаясь в моих умственных способностях. Как и способность точно определить масштабы моей проблемы.

Я снова кивнула. И совершенно об этом не жалела. Если спасла хотя бы одну человеческую жизнь, то любые риски оправданы.

Глава 2.1

Здание выделенное под участок правоохранительных органов нашего большого, еще пока густонаселенного, но к несчастью слишком удаленного от столицы, городка было преужасным. Старое, потрескавшееся, запущенное и давно не видавшее ремонта строение украшало себя как могло – трещинами, мохом, плесенью, местами даже пылью и паутиной. Глядя на него правоохранительные службы вызвали не страх, а жалость.

Летом здесь откровенно воняло, воздух был тяжелым и влажными, и находиться в этих стенах долго не мог совершенно никто. Подозреваю, что преступность панически боялась попасть в застенки, потому или становилась на путь истинный заблаговременно, или становилась все изворотливей и просто не попадалась в руки стражам.

Вонь и сырость была, вероятно, из-за реки, не отличавшейся читостой, а может потому, что финансирование второго по важности, после мэрии, органа урезалось беспощадно в пользу, кто бы сомневался, первого.

Мне до сегодня не приходилось бывать здесь зимой, стражи предпочитали приходить в “Горный приют” или патрулировать улицы. И теперь я понимала почему.

Здесь было холодно. Настолько ужасно, дико, невыносимо холодно, что я даже не пыталась прикрыть или остановить дробь, отстукиваемую моими молодыми крепкими зубами. На отоплении экономили, трещины в стекле пропускали не только сквозняки, но и мелкие снежинки. В общем, я промерзла до кости.

Усугубляло положение дел отсутствие нормальной теплой обуви. Сидя в допросной, я едва могла думать о чем-то еще, кроме уже болевших от холода конечностях и чашке горячего чая. А слишком израсходованный магический резерв не позволял согреться заклинанием. Согревающие заклинания и без того давались мне с трудом, слишком емкие. Разве что руки и согреть. Да и учитывая ситуацию… в стенах участка применение магии и вовсе могло быть истолковано неправильно.

Наверное, этот холод единственное, что не давало мне уснуть или скатиться в истерику. Потраченная энергия требовала восполнения самым простым путем. Потому я хотела есть, спать и самое главное – согреться. Усталость накатывала попеременно то апатией, то приступом истерики. А следователь, словно испытывал меня на прочность – тянул с допросом. Гад. Вот заболею и слягу. Тогда точно подам в суд на некомпетентность боевых магов.

Если вообще выйду отсюда.  Пока я отчаянно не понимала, как из всего этого выпутываться. Если тот темный маг видел, что я применила магию крови, то тогда со мной обошлись слишком мягко. Если не видел, то не отследит ничего. Совсем. Магию крови невозможно отследить. В отличие от магии Света и Тьмы она завязана на внутреннем человеческом резерве и не оставляет следов вторжения в энергетическое пространство мира. К примеру, мои заклятия основанные на магии Света увидят все и сыщики и боевые, они оставляют дыры в энергетическом куполе. Их считают, вычленят силу и цель, после все занесут в протокол. По крайней мере, так нам объясняли на практике в прошлом году. А вот дырку в моей ауре, которая имеет место быть после заклинания передачи жизненной силы, заметить практически невозможно. Надо знать, где искать. Да и списать можно на банальный испуг, перерасход резерва… да что угодно. Аура штука такая… непостоянная. Но это же боевые маги. Они обучены искать и истреблять таких как я.

Ой мамочки…

Меня снова затрясло с новой силой. Хочу домой. К Роуз. И вот эта дыра в ауре требовала, чтобы я о себе позаботилась, настойчивей всего. Иначе, свалюсь с простудой. Или депрессией. Это я понимала совершенно точно, несмотря на мои очень скудные познания в принципах Магии крови. Мое образование заняло два года, а этого слишком мало для экспериментов, вроде того, что я проделала сегодня.

Дверь в допросную скрипнула, и я вмиг подобралась. Но узнав вошедшего, снова расслабилась, продолжая цокать зубами.

– Паршиво выглядишь, – констатировал молодой страж Сенер Тор, войдя в допросную и поставив передо мной чай со специями, и совершенно беспардонно уселся на край стола.

И я даже не попыталась соблюсти хоть подобие приличий, вцепившись в исходящую паром кружку с резко пахнущим напитком. О! Тепло. Наконец-то, хоть что-то.

Сен лишь хмыкнул, никак не прокомментировав мое поведение. Он был местным, и всегда открыто и очень заразно улыбался. Правда, магического дара боги ему не отмерили, зато он был прекрасным следователем и, главное, хорошим чутким человеком. Видимо, это и притягивало к нему людей.

Мы познакомились год тому, когда я проходила практику у участковых целителей. И как-то незаметно сдружились. Большей частью, моя последующая курсовая по смертельным ранам была написана благодаря предоставленной им информации. Сен взял за привычку дважды в неделю забегать в “Горный приют” попить крока зимой или клюквенный морс летом, рассказывая мне при этом новости, подробности преступлений, от которых посетителей начинало подташнивать,