Карма - Оксана Свинцова

— Я тебя не предала — по чьей вине я вчера оказалась русалочкой на мосту, где были подпилены перила? — Напомнила Лизе Эйвери. Я склонила голову и внимательно посмотрела на Лизу, потом на Эйвери, выжимая уже волосы.

— Я что-то пропустила? — поинтересовалась я у них.

— О да… приехав на день позже, чем обещала, ты пропустила очень много, — хихикнула Лиза, поднимаясь на ноги и по моему примеру начала выжимать одежду.

— Она второй день уже в Нептуна играет, — сообщила немного недовольно Эйвери. — сначала на своего отца ведро воды вылила, потом меня искупала, подпилив перила у моста…

— Неправда! Ничего я не пилила! Они уже были такими! — замотала головой протестующе Лиза.

— …а теперь вот ты… — не обратив внимания на реплику, Лизы продолжила Айва. — Но теперь и она сухой из воды не вышла, — с ноткой злорадства заметила она. Лиза надулась и демонстративно от нас отвернулась.

— А насчет красавчика ты меня надула! — заявила Лизавета, надеявшаяся найти объект для очередных подколов. Мы с Айвой понимающе переглянулись, но предпочти промолчать.

— Вообще-то нет… Он был в тени… — ответила я и кинула в ту сторону быстрый взгляд. Сейчас там уже никого не было. Но неприятный осадок остался. Внезапно все тело пронзила боль, и у меня потемнело в глазах. Сердце сдавило, словно огненным обручем. Мир куда-то исчез из-под ног. Такие приступы в последнее время у меня стали неотъемлемой частью жизни. Будто во мне жили два человека и один из них — явно не я — взывал к кому-то, прося помощи. Я ощущала это сквозь тонкую грань двух сознаний. Маме я не говорила об этом — не хотела беспокоить. Но перспектива раздвоения личности меня совсем не радовала. Холодные капли воды, попавшей на лицо, вернули меня в рамки своя. Все снова обрело краски и жизнь. Я жадно хватала ртом воздух, пытаясь унять неприятное ощущение в сердце. Его все еще продолжало покалывать.

— Оксана! — Меня снова обрызгали прохладной водой. Я закрыла глаза, ощущая, как с ресниц падают капли.

— Что? — отозвалась я, приподнимаясь на локтях. Ну вот, я снова оказалась в роли утопленницы — рухнула у самого берега. Лица у Лизы и Эйвери были весьма обеспокоенными.

— Что это было? — с тревогой спросила Лиза, склонившись надо мной.

— А… не обращай внимания… бывает иногда… сердечные приступы, — Я криво улыбнулась и села в воде. Все равно уже вся вымокла из-за некоторых, чего мне терять?

— Ничего себе «не обращай внимания»! — воскликнула Айва. — Такие вещи лечить надо… Ты была у врача?

— Эээ, не надо врача! — я протестующе схватила Эйвери за руку и опрокинула ее в воду. Столб брызг взметнулся вверх. Лиза подозрительно на меня посмотрела и возмущенно крикнула:

— Я не поняла: ты что ли притворилась?! — Я ухмыльнулась, решив скинуть настоящее на выдуманное.

— Именно! А вы поверили? — Я хохотнула и обрызгала Эйвери с Лизой водой.

— Что? Я тебя задушу, — мстительно пообещала мне Айва, потянувшись руками к моему горлу.

— Уйди от меня, Джек-Потрошитель! — Я вскочила на ноги и вышла на берег, повторно отжимаясь от воды. — Зато теперь ты с нами, — подмигнула я. — Добро пожаловать в клуб Русалочек! — Я еле сдерживалась от смеха. Ну по крайней мере все получилось обыграть как шутку. Я испытала от этого сильное облегчение.

— Я тебе за это отомщу… — пообещала Эйвери, выбираясь на берег.

— Буду ждать… — Я показала ей язык и осмотрела себя. — Ладно, поприветствовали друг друга — и хватит. Увидимся после того, как приведем себя все в порядок, — резонно заметила я. Еще чего — болеть на каникулах только не хватало… Как в подтверждении инфекции я чихнула. Эйвери согласно кивнула и перевела взгляд на Лизу, которая сошлась с нами во мнениях. Надо сказать, что они были совершенно противоположны по характеру, как и по внешности. Два разных полюса магнита. И Айва была полюсом + , а Лиза —  . Я занимала между ними промежуточное положение. Эйвери по характеру была спокойной, не любила лишнее внимание, всегда пряталась в тени общества. Людей она к себе почти не подпускала, предпочитая оставаться в гордом одиночестве, но, несмотря на это Эйвери умудрилась обзавестись парнем и довольно-таки узким кругом друзей, которым она доверяла. Непроверенных людей у нее не было. Лиза же была наоборот душой компании, вечно куда-то пропадала, но надолго никогда нас с Эйвери не оставляла. И она чаще других попадала в истории, иногда даже с криминальным уклоном. Но с помощью лучших подруг она всегда выходила сухой из воды; как видно выше, очень любит розыгрыши, а так же частенько находит себе объект для многочисленных словесных опытов и экспериментов. Лиза без этого — не Лиза.

Что касается внешности, то тут тоже можно было найти немало различий. Лиза была в числе тех рыжих бестий, которым не сидится на месте. Челка ей падала на глаза, каясь длинных ресниц. Кудрявые волосы до плеч, худенькая тонкая фигурка, средний рост. С первого взгляда по ошибке ее можно было даже принять за ранимую и хрупкую девушку, но это было далеко не так. Азартный блеск сражаться и побеждать в ее зеленых глазах говорил как раз об обратном. Из украшений носила только сережки, которые были почти невесомыми. Как она сама выражалась, «чтобы не мешали плечам держать голову». В одежде часто предпочитала спортивный стиль. Даже сейчас она была в белой футболке с изображением милого дракона, у которого в лапах была табличка с надписью: «Нас невозможно сбить с пути — нам все равно куда идти» и спортивные длинные черные штаны с белыми полосами по бокам штанин.

Эйвери же в отличие от Лизы была пепельной блондинкой, но не той анекдотной конфеткой, чей образ обычно рисуется при слове «блондинка». Она как раз отличалась умом и сообразительностью, как птица Говорун. Большие карие глаза, правильные черты лица, почти никогда не улыбается — ну с нами с Лизой это редкостное исключение из правил. Может быть, она была немного упитанной, но это не делало Эйвери некрасивой. Она могла скрыть все недостатки своего тела при помощи парочки женственных вещей — таких, как свободного покроя, алая кофта с прозрачным рукавом; ворот скрывал горло, а от ворота и до груди шла шнуровка из черной ленты. Черные бриджи чуть ниже колена, на руках множество браслетов и шрамов от кошачьих когтей. Да, Эйвери была просто неисправимой кошатницей. Вот такие у меня были подруги. Не соскучишься с ними, даже если очень захочешь.

На время мы с ними разошлись. Стоило мне снова оказаться одной, как я снова уловила на себе внимательный взгляд. Но, обернувшись, я никого не увидела, но все же ощущала, что Артем здесь… Как-то непривычно его пристальное внимание к моей персоне… И это… пугало.