Деграданс (СИ) - Калугин Алексей Александрович

Назревала интересная дискуссия, но вмешался Ведаков:

«Федя! К главному пора, на планерку».

Герои все поняли правильно и ретировались.

Жискин спросил:

– Сдал материал?

Если бы Ведаков не знал Федю, как облупленного, то решил бы, что он издевается.

Но Федя не издевался. Просто он был так устроен. Пьет мало, любит правду, курит только красный «Мальборо». Прославился интервью со знаменитым американским фантастом. «Почему летаю в Россию через Рим? – удивился Фединому вопросу знаменитый фантаст. – Так дешевле». – «А почему летаете без жены?» – «Так дешевле». – «А почему решили стать писателем?» – «Писателей хоронят за счет государства». То есть, опять выходит дешевле. «Спасибо!» – закончил Федя Жискин знакомым ему английским словом, но как-то так получилось, что вместо обычного фенк ю вырвалось у него фак ю! «Ты, Федя, дурак, – потом объяснил ему Калинин. – С этого следовало начинать, а не заканчивать. Выдал бы старику в глаза: фак ю, отец, чего болтаешься по России? Он бы много интересного наговорил».

– Будешь смотреть?

Жискин вынул из ящика толстую папку.

Он знал интересы Ведакова. Следить за всем, что кажется необычным.

Вот, например, такая заметка. Некий фермер из интеллигентов решил выращивать в Подмосковье свеклу. Взял землю в аренду, выписал «Ботанический журнал». На колесном «Кировце» с полным пониманием ответственности отправился поднимать пары. Земля разваливалась под плугом, со стороны скоростного шоссе несло мерзкую сухую пыль. Нескончаемый поток машин, неумолчный рокот, шум, рев, будто дымный прибой бьется о берега. Часам к двенадцати новоявленный фермер устал, не обращая внимания на рев и вонь, устроил на пеньке нехитрую закусь. Из жидкого оказалась у него только чекушка водки. Первые сто граммов решил закинуть красиво. Отвел локоть в сторону, крякнул, но кто-то требовательно постучал по плечу. – «Да идите вы!» – Местные алкаши чуют алкоголь за версту. Интеллигент спокойно взял свой вес, и только тогда оглянулся. И завопил от ужаса. В глаза ему, опираясь на блестящие, под собственным весом расползающиеся кольца, пристально и холодно смотрел гигантский питон. О природе такого феномена фермер задумываться не стал, расшиб чекушку о пенек и с этой «розочкой» в отчаянье бросился на чудовище. Отступать некуда – позади Москва…

А что, подумал Ведаков, все верно. Так и должно быть. Сегодняшний день красками Фонвизина не напишешь. Жискин тем временем включил телевизор и с большого экрана уставился на Ведакова низколобый небритый мужик. Смотри-ка ты, удивился Ведаков. Вот узколобый и небритый, а сумел подпалить мечеть в Казани. Три часа пылала, как танк. Пусть теперь татары разбираются.

– А что нового по Москве?

– А ты еще не знаешь? – хищно потер руки Жискин.

По экрану побежали кадры с Тверской. Оказывается, ночью завалили памятник Первому мэру столицы. Дымящиеся обломки гранита, перекрученная бронза. «Всем гражданам отойти за ограждения! – матерясь, орали милиционеры. – Всем гражданам отойти за ограждения! Всем сказано! Всем!»

– Калинин, небось, уже на взрыве? – завистливо спросил Ведаков.

– А вот и нет, не поверишь, – хихикнул Жискин. – Найти Сашку нигде не могут.

Кольнуло в сердце:

– Улетел куда-то?

– Да кто бы знал.

И Ксюша не отвечает…

Ведаков отвел потемневшие глаза.

Ну не отвечает и не отвечает… Спит, наверное, вытянула длинные ножки… А Калинин запить мог. Вчера хорошо поддали с Шивцовым. Запил и завалился к какой-нибудь шлюхе… С длинными ножками… У него много шлюх… А Ксюша, конечно, спит… У нее отгулы…

«Майкл Андерсон Нудвин, – пытался Ведаков вникнуть в содержание очередной выловленной Жискиным заметки, – был приговорен к смертной казни на электрическом стуле. В течение года подал пять апелляций. Все были отклонены. За три дня до исполнения приговора был случайно убит разрядом электрического тока. Сидя на металлическом унитазе пытался отладить неисправный телевизор».

Бывает и такое.

А Калинин любит выпить… Ксюша тут не при чем…

«Акбар аль-Хатиб – игрок сборной Саудовской Аравии по бейсболу. Попал под прицел арабских журналистов. Выяснено, что Акбар-аль-Хатиб сам лично принимал участие во многих шариатских казнях. Саудовские власти запретили Акбару аль-Хатибу участвовать в побитии жертв камнями, потому что многие правоверные не раз выражали крайнее недовольство удивительной меткостью бейсболиста, слишком рано заканчивавшего казнь».

Действительно.

Такого только подпусти.

А Калинин цепкий… И здоровьишко у него завидное…

«Арман Майвес – каннибал-гомосексуалист. Называет себя Лютиком. Отбывает бессрочное наказание в тюрьме Синг-Синг. Пишет новую книгу о сложностях и проблемах своего духовного роста. Готов рассмотреть любое выгодное предложение издателей».

Кстати, Ксюша с ее дурацким характером вполне могла попереть к «Фабиану Григорьевичу»…

Мало ли что рано еще…

Рано, не рано…

Красавиц тянет на запах падали…

6

ПЕТУНИН

10.30. Пятница

«Да вы что? С чего вдруг такой напор?»

Голос подполковника Стопольского, командира о/п «Антитеррор», как дальний, но отчетливый гром, выбивался из-за неплотно притворенных дверей кабинета.

– Кто там у него? – поинтересовался Петунин.

– Депутаты, товарищ капитан.

– Чем они так его достали?

– Ну, вы же знаете… – улыбнулась секретарша.

– Памятник мэру? О нем речь?

– Ну да.

– Ясненько…

Капитан приоткрыл дверь:

– Разрешите, товарищ подполковник!

И вошел, не дожидаясь ответа. Цепко огляделся. Оба гостевых кресла заняты. Что-то толстоваты эти гости для верных слуг народа. Но ошибки нет, на лацканах пиджаков поблескивают депутатские значки.

– …у нас гексоген в редакции газеты «Завтра»… – негромко, но яростно шипел подполковник Стопольский. – У нас противотанковая граната в мусорном ящике на Миклухо-Маклая… Растяжка на четвертом кольце… На Расплетина сожженная машина с фармацевтами… – Здорово его разогрели депутаты. Перевел взгляд на Петунина: – Что за черт? Почему фармацевтов-то навесили на нас?

– Вроде гашиш развешивали.

Подполковник хмыкнул. Снова уставился на депутатов:

– У нас поджог супермаркета на Лыкова… В издательстве «ОМУ» подозрительный белый порошок в бандероли…

– Канистра с соляной кислотой на детской площадке, – подсказал Петунин.

– Вот-вот… Еще и канистра…

Такой вот скандальный тон в беседе с государственными людьми мог позволить себе только командир группы «Антитеррор» – ее давний создатель и вдохновитель. Подполковник Стопольский сам подбирал для группы людей, настоящих профессионалов, сам искал нужное оружие, сам его испытывал, и всегда на всех уровнях власти только сам отстаивал самостоятельность о/п, своего особого подразделения. А то получится, неутомимо втолковывал он властям, как с теми несчастными трансплантологами. Помните? После показательных судилищ над их коллегами они теперь боятся собаке откушенный член пришить.

– Но вы поймите и нас, – настаивал лысый дородный депутат, вытирая влажные красные щеки широким носовым платком. – Бомба под Первым мэром – это вовсе не хулиганство. Это похуже. Это пахнет политикой. Это вовсе не выражение некоторой неприязни отдельных лиц, как подают случившееся средства массовой информации. Это террор!

– Надеюсь, вы не об алтайских сепаратистах?

– Вот видите. Тут ниточки могут вести куда угодно. Значит, видели уже этот сайт?

– Не видел, и смотреть не хочу. Для этого у меня есть специальные люди. Некогда мне терять время на эту чепуху. Вот что я вам скажу, господа депутаты. У меня есть внук, парнишка молодой, но уже понимает кое-что. Так вот он тоже создал сайт и даже время от времени вывешивает на нем страшные угрозы в мой адрес, когда я ему денег не даю на новые игры. Что же теперь делать с этим? Какие меры я должен применить против этого юного террориста?