Боги от науки - Catherine de Froid

— Держи. Дай–ка глянуть…

— А что это?

— Правила — вот.

— Ну ни фига ж себе!

— О, ты и заработок себе обеспечил! Горжусь своим учеником.

— Да ладно тебе, Степ, если твой прадед был евреем, это ничего не значит.

— Двоюродный прадед.

Незаметно стемнело, и комары обнаглели вконец.

— Мозг плавится! — сказал Женя, выпадая в реальность.

— Чистить зубы — и спать! — подхватил Степа. — Твои мозги нам еще пригодятся.

Глава 7

Костя открыл глаза и принялся доказывать себе, что все пережитое было реально. Во–первых, «хатка бобра» над головой. Она прозрачная, и ее никак нельзя ни с чем спутать. Во–вторых, сны обычно выглядят по–другому, менее связно (хотя вчера и было много туманного и непонятного). В-третьих, первый день в лагере сном точно не был, а еще тогда говорилось про нарушение законов физики. В-четвертых — всегда можно проверить. Костя вызвал созданный вчера сайт, попутно полюбовался, как качественно работают системы его раскрутки и сколько денег накапало, пару раз «прошелся» по уровням, вызвал часы и принялся будить ближайшего к нему Женю, который своим богатырским телом чуть не вытолкнул его из хатки вон.

— Подъем! — почему–то шепотом на ухо.

— А? Что?

— День добрый, лежебока.

— Ну, держись.

Костя материализовал (по молекуле из атмосферы) воды на Женину физиономию, Женя призвал из ближайшего интернет–магазина зонтик (розовый и с ушками), и началась беззвучная «битва колдунов». Поскольку «колдовские штучки» времени не отнимают вообще, иссякли оба быстро.

— Ладно, — миролюбиво предложил Женя, — давай Степу будить. Помнится, он щекотки боится… — протянул он мечтательно.

В процессе побудки Степа ухитрился своротить «хатку», но потом проснулся, извинился перед всеми и взялся добровольно готовить завтрак классическим способом. Когда Костя с Женей увлеченно жевали кашу, он обратился к ним с речью:

— Вы думали, я спал? Нет, я размышлял. И вот, после двух лет вседозволенности я наконец–то разработал Кодекс… хм… для людей с суперспособностями. Не желаете подписать?

— Изобрази оный в материальном виде, — предложил Женя, — тогда поговорим.

— Извольте-с. — Степа сделал эффектный пасс, и нечто в трех экземплярах, написанное окологотическим шрифтом, увидело свет.

— Актер! — засмеялся Женя.

— Сам на фантазию туг, вот и завидуешь, — парировал Степа.

— Что да, то да.

— А еще у тебя в мозг кулер не встроили.

— А ты соображаешь медленно.

— А ты мной создан.

— А ты создатель–халтурщик.

Костя меж тем читал «Кодекс…», позволяя себе комментарии:

— «Не пренебрегать реальным временем и реальными последствиями своих деяний». Резонно. «Не жить исключительно чужой жизнью, пренебрегая при этом своей». Это я уже нарушил. «Не забывать навыки существования без читов». Если «навыки», то «утрачивать». «Если нанес ущерб чужому имуществу или самому человеку, лучше отмотать время назад». Ты погорячился, мы уже накосячили с полвагона. «Не отсрочивать сверх меры ответственные события, и уж тем более не проматывать их вовсе: не факт, что ваш сменщик будет компетентен». Согласен на все сто сорок шесть. «Использовать свои способности, чтобы периодически творить добро». Попытаемся. Ну что, подписывать?

— Кровью! — усмехнулся Степа, а Женя задумался:

— А и вправду, надо же что–то сделать, чтобы не нарушать особенно.

— Нарисуй меню и поставь галочку типа «Лишить суперспособностей, если нарушу».

— Мы же почти все уже нарушали! — возмутился Костя. — А кое–что и продолжим, наверно. Пункты–то разные есть.

— Ладно, — тяжко вздохнул Степа. — Сделаю вид, что я вам доверяю. А теперь меня не отвлекать, вдохновение прилило.

Вдохновение у Степы было настолько грандиозно (если он не мухлевал, наткнувшись на какую–нибудь интересную игру), что Косте с Женей пришлось самим убирать «хатку бобра» и собирать вещи, когда им сообщили, что через час их заберут.

— Что–то вы, ребята, подозрительно довольные, — смеялся инструктор, работая веслами. — Остальные еще за полдня начинают орать, что голодные, скучно и комары.

— Мы просто вежливые, — в тон ему ответил Женя. — Но, если вам угодно…

И все трое в унисон заорали:

— Холодно! Голодно! Скучно! Долой инструкторскую тиранию! Вся власть — робинзонам!

— Идите в баню, господа, я вам не верю.

Друзья благополучно добрели до палатки, собрались и пошли в баню.

Глава 8

Робинзонада, если ее выдержать, таит в себе столько всякого, что сначала хочется бежать во все лопатки, а потом, в самом–самом конце смены, понимаешь, что придется возвращаться и снова проходить этот кошмар, потому что в голове остается только хорошее.

В случае наших героев, до конца смены было еще далеко, только–только приближался байдарочный поход. В связи с этим робинзонов усиленно тренировали по поводу гребли на байдарках. Косте грести нравилось, однако куда больше его впечатлила гигантская веревочная трасса, на которую их разок сводили.

Кто там не был, поясняю. Сам лагерь стоит на озере, а также там имеется что–то вроде протоки, на другом берегу которой находится большая часть «точек» для робинзонады, а также пресловутая трасса. Добираться туда можно двумя путями: на чем–то вроде парома, который передвигает самый сильный в компании, перебирая руками по тросу, к которому оно все привязано, или по веревочному «мостику» с двумя перилами и (насчет этого сомневаюсь) страховочной веревкой, чтобы цепляться карабином. Сама веревочная трасса расположена метрах в десяти над землей и состоит из кучи всяких прелестей, в их числе огромная ячеистая сеть, бревно и печально известная всем практиковавшим занятия туризмом «бабочка». Завершается это дело пятнадцатиметровой веревкой, по которой надо спускаться. Чтобы спуститься, надо, понятно, прыгнуть. Снять вас на этом этапе уже некому, толкнуть — места нет. Самый впечатлительный торчал там пятнадцать минут, а позади него матерился другой, вынужденный стоять на приступочке сантиметров в пять. Ладно, это уже ностальгия. Если есть возможность — съездите. Я же вернусь к повествованию.

Костя, как увидел «сооружение», спасовал и решил было отсидеться, но был взят на «слабо» и полез одним из первых. Потом он долго уговаривал «сползать» еще и Степу, который все открещивался и предлагал Косте слазать еще раз самому. В итоге вмешался инструктор и предложил лезть обоим. Шли весело, с руганью и материализацией дополнительных удобств для Степы. Костя бы и третий раз полез, да стеснялся настаивать.