Дочь Драконов, Сын Безликих - Анастасия Деренко

Не теряя времени, она развернулась и припустила обратно, надеясь успеть выбежать на светлую и оживленную улицу. Насколько пару минут назад она не хотела встречаться с местными жителями, настолько она стремилась сейчас именно к этому. Что-то ей подсказывало, что при скоплении народа эта компания поумерит пыл и не станет её преследовать.

Однако она бежала, но впереди никак не желал показываться желанный переулок, выводящий в освещенную часть города. За спиной совсем близко слышался топот ног и, продолжающийся литься на её голову, поток ругани. Подол платья делала своё дело, по возможности замедляя бег. Пару раз она спотыкалась и поскальзывалась на мусоре, выкидываемом в этом квартале прямо на улицы.

«Доигралась! Добегалась! Всё, дорогая, отлетались мы с тобой» — мелькнула предательская и слегка паническая мысль в голове.

Может всё-таки использовать магию?

Очередной темный переулок, очередной поворот за угол и… очередная грудь, в которую она вновь уткнулась носом.

— Попалась! — рявкнули сзади, и грубо дернули назад за капюшон. — Ну, девка, ты за всё заплатишь. Еще никто не оскорблял Манра и не оставался при этом живым.

Она зажмурилась. Что ж, значит магия…

— Это всё очень мило. И я бы сказал, даже романтично, — послышался внезапно чужой голос, не принадлежащий никому из пьяниц, — но вы бы не могли отойти с моего пути и уже там продолжить?

Все участники столь занятного действа дружно обернулись к говорящему. Им оказался тот самый мужчина, в которого так неудачно девушка вписалась на повороте, и о котором в пылу расправы как-то совсем забыли. Синеглазая прищурилась, пытаясь рассмотреть его, но он как будто нарочито стоял в тени, отбрасываемой домом и единственное, что могла она заметить, это черный плащ, плотно запахнутый на груди, высокие сапоги, в которые заправлены штаны, да надетый на голову капюшон, из под которого, почти до пояса, по плечам струились алые пряди волос. Однако намного больше говорила аура и веющая от него сила. Этого не могли заметить напавшие на неё, но она сразу поняла, что перед ними не простой человек, а весьма сильный маг.

Девушка возликовала. Он спасет её. Поможет! Да и цвет волос наводил на определенные мысли. Много ли в Картаре людей с ярко-алой шевелюрой? Может и много. А с серебряными пряжками в виде драконов?

— Помогите, — прошептала она, так как рука одного из бандитов крепко впилась ей в горло.

— Заткнись, — рыкнул Манр и встряхнул её. А затем мрачно взглянул на незнакомца. — А ты давай, топай отсюда. Нас не касаются твои дела, а тебя — наши.

— Вполне справедливо, — кивнул тот. — Мне действительно нет никакого дела до вас и ваших развлечений. Только с девчонкой можно столковаться и без применения силы. Вы бы попробовали. Она ж не дура, надеюсь, не впервые ведь. Заплатите побольше, — с этими словами он стал обходить их, явно намереваясь уйти.

Уйти? Бросить её? Но, но как же так?

— Постойте же! — воскликнула она и рванула вперед. Не ожидавший этого громила на секунду отпустил её. Она сделала пару шагов вперед и лучи взошедшей луны заиграли серебром на её волосах.

Незнакомец на ходу полуобернулся, а затем резко остановился. Девушка была готова поклясться, что в глубине капюшона её сейчас пристально рассматривают.

— Ах, ты шлюшка! — Манр вновь рывком подтянул её к себе, заламывая при этом руку за спину. Не удержавшись, она вскрикнула. Небеса, неужели у людей столь низкий болевой порог.

Однако следом за её криком, послышался отчаянный вопль её мучителя. Сквозь пелену слез, невольно выступивших на глазах, она увидела рядом незнакомца, держащего пьяницу за неестественно вывернутую руку.

— Я, кажется, передумал, — задумчиво растягивая слова, сказал он. — Ваши дела меня заинтересовали.

С этими словами он отпустил Манра, и рука того корявой плетью повисла вдоль туловища. Увидев подбирающиеся к нему сзади три тени, она захотела крикнуть, предупредить, но в тоже мгновение драконица и нападавшие потеряли его из виду. Только он стоял здесь, а в следующую секунду его нет. Новый крик боли оповестил всех о вероятном местоположении красноволосого. С приобретенным человеческим зрением она не могла уследить за движениями своего спасителя. Он двигался молниеносно и легко. При этом незнакомец еще ни разу не воспользовался той странной железкой, которую так любят носить мужчины-люди у себя на поясе. Его оружием были руки и ловкость.

Число нападавший стремительно уменьшалось. Где-то совсем рядом закряхтел, поднимаясь, её обидчик и она услышала скрежет доставаемого из ножен кинжала. Ах, так! Она подскочила к нему и замахнулась…

…Девушка охнула и с силой затрясла рукой. Когда в отражении Источника человеки молотили друг друга кулаками — это не казалось так больно. А на деле же…

Она пару раз сжала и разжала кисть руки, и заметила на содранных костяшках кровь. Это её ошеломило. Кровь! У неё была кровь! За все двести лет своей жизни она никогда не видела её. Это было невозможно — пробить её серебристую броню было очень нелегко.

— Хороший удар, — заметили сзади и, оставив ладонь в покое, драконица обернулась к говорившему. Они стояли на залитом лунным светом пяточке, но девушка по-прежнему не могла рассмотреть лицо незнакомца. — Возможно, я зря вмешался, — продолжал он, — и испортил ваш выход.

Говорил он всё с той же ленцой, будто рассуждал не о драке в темном переулке, а о погоде назавтра.

— В самый раз, — пожала она плечами, пытаясь успокоить бешенный стук сердца. О небеса, как же она испугалась! Когда она вновь вернет себе свой облик, то никогда не станет забывать об этом. Не станет забывать, какой она может быть слабой, и какой ей подарен бесценный дар быть сильной. — Спа… спасибо.

— Что вы делаете здесь в такое время? — требовательно спросил он, и о его спокойствие остались только воспоминания. — Почему не остались в той таверне, куда я вас отнес?

— Так это всё-таки были вы? — обрадовалась она. — Это хорошо, потому что я искала вас…

— Как вас зовут? — резко перебил он.

Она запнулась и посмотрела в темноту капюшона. Зовут? Об этом драконица не подумала. Называть своё полное имя было не только глупо (никто бы его и выговорить не сумел), но и опасно — добровольно сказанное имя дает власть тому, кому его поведали.

— Шай-энри.

— Шай-энри, — повторил он, будто пробуя его на вкус. А у неё пробежали мурашки по спине. Да кто же он всё-таки? — Так вот, Шай-энри, возвращайтесь обратно в «Белый аист», в свою мягкую и теплую постельку, к приятным снам и беспечной жизни. Эту трущобы не для таких, как вы.