Конкуренты (СИ) - Безликая Янита

Это было словно удар под дых, вроде знала, что ударят, но было больно и воздуха не хватало, чтобы глубоко вздохнуть. Я поручила четырём сотрудникам проверить, вся ли остальная информация на месте, и было обнаружено, что сотрудники, которые ушли, захватили с собой все, что могли: отчёты, планы на развитие, идеи новых проектов.

Я держалась из последних сил и, поблагодарив ребят, отпустила их домой, сказала, что позвоню. В офисе находиться было невозможно, поэтому поехала сразу домой. К вечеру СМИ обсуждали и смаковали мой грандиозный провал. А я сидела в углу квартиры и тихонечко плакала, обнимая себя руками.

Всю ночь не могла уснуть, телефон разрывался от постоянных звонков, соц. сети были наполнены грязью и абсурдными обвинениями. Все, кому не лень, хотели укусить, сделать больнее. Поэтому я абстрагировалась от всего.

Всю ночь просидела на подоконнике и любовалась ночным городом. Слишком добрая и доверчивая. Слишком открытая. Я перечисляла все свои недостатки. И с каждой мыслью закрывалась всё больше. Все сильнее. Никого не пущу в душу. Близкая подруга клялась в верности, а оказалась самым страшным и опасным врагом.

Конечно, я могу подать в суд на “Brown Bear “, но сейчас у меня ничего нет. Никаких данных не сохранилось на компьютерах, всё стёрто, словно ничего не было, отчёты пропали. Ребята, которые снимали видео, исчезли без вести, словно им уже заплатили за работу. Есть четверо сотрудников, которые могут вступиться за меня, но у них есть семьи, дети, я не хочу их подставлять.

Потому что все пройдёт по старой схеме: свидетелей запугают, а акулы-адвокаты разорвут меня. Выставят всю ситуацию против меня, и тогда проблем окажется ещё больше.

Захотелось все бросить и убежать. Послать к черту свои мечты, лишь бы почувствовать покой и пережить смерть матери. Но кем я тогда стану? Слабачкой, которая, скуля и зализывая раны, убежит к себе в убежище и будет оплакивать свою жизнь. Могу ли я позволить себе съесть все, что они сделали со мной? Как они сейчас прополоскали меня в грязи и выбросили, словно ненужную тряпку.

Слезы закончились, в душе образовалась пустота. За окном наступил рассвет, который зародил в моей душе маленький огонёк надежды, что я справлюсь со всеми трудностями и воплощу все свои мечты в жизнь, только с небольшим опозданием.

Я очнулась от воспоминаний из-за громких гудков машин, оказывается, дорога была свободной. Мои щеки загорели огнём. Представляю, какими эпитетами меня обозвали водители сзади.

Когда я приехала в офис, мне на встречу сразу же вышел мой помощник Олег. Он был раньше одним из четырёх работников, которые остались со мной. Я не могла этого не учесть и выбрала его своим помощником. За два года работы не пожалела о своём решение ни разу. Я ему доверяю на 60 процентов, не больше. На большее никому нельзя верить.

— Екатерина Владимировна, вы уже слышали последние новости? — взбудоражено произнёс Олег и передал мне мой любимый кофе.

— Да, я прочитала почту, оповести творческую группу, хочу с ними поговорить в первую очередь.

— Хорошо, Екатерина Владимировна, есть ещё какие-нибудь поручения?

— Нет, постарайся, чтобы меня никто не отвлекал, — попросила я, захлопнув дверь в свой кабинет.

Я не была глупой, поэтому давно видела, что Олег смотрит на меня влюблёнными глазами, и меня это сильно беспокоило. Я к мужчинам последние два года холодна и безразлична. Да, и Олег мой работник, а смешивать рабочие и личные отношения я не собираюсь. Нужно всё-таки донести это до самого Олега. Ладно, всему своё время, сейчас мне нужно выйти на этого зарубежного заказчика. Мне нужен этот контракт, как воздух.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Денис

Укусив за шею брюнетку, я резко в неё вошёл, вышел, снова резкий толчок, и её ногти впиваются в мою спину.

— Плохая девочка, — мурлыкнул я и снова укусил её за шею.

Проснувшись, я потёр ладонями лицо.

Вот зараза! Да когда ты перестанешь меня мучить? Два чёртовых года! Это уже не смешно!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Страшный сон, сладкий? — раздался голос Аллы, приторный и противный.

— Что ты делаешь в моей спальне? — холодно спросил я.

Аллочка стояла возле двери в одном шёлковом халатике.

— Денис, прекрати так холодно со мной разговаривать, — жалостливо сказала эта стерва, делая шаг ко мне.

— Подойдёшь к кровати, я вытащу тебя из этого дома за волосы, и мне будет наплевать, кем ты приходишься моему отцу, — усмехнулся я, и Алла вздрогнула.

— Я все это делаю только ради нас, слышишь? — истерично прошептала Алла.

Я посмотрел на неё, как на больную. Свёл меня бог с припадочной.

— Алла, забудь, нас никогда не будет!

— Это мы ещё посмотрим, — фыркнула она и выбежала из моей спальни.

Вот как чувствовал, нельзя было оставаться у отца с ночёвкой. Так нет, не смог ему отказать, его самочувствие сильно ухудшилось, хотя ему только 56 лет.

Постарался унять утренний стояк после эротических снов с одной Заразой, которую я не могу забыть два года. Нет, это надо было засесть так у меня в печёнке. Я сексом занимался за два года всего три раза, и то был не в лучшей форме. Черт, да это был мой самый худший секс, пресный, эти искусственные стоны, да я ничего ещё не сделал, а эта стонет.

Пытаясь заглушить в себе раздражение, я пошел в душ. После пришлось идти завтракать вместе с отцом и этой… Пока я не могу ничего сделать, но пускай не надеется, что уйдёт безнаказанной.

— Денис, ты должен получить этот заказ, — начал отец, отдавая мне свой iPad, Аллочка же в это время поедала меня глазами и сидела на коленях моего отца, её халат был наполовину распахнут, что не мешало мне увидеть, какого цвета у неё сегодня трусы. Тварь!

Я прочитал письмо и посмотрел на отца.

— Ты же понимаешь, что это шанс наконец-то обогнать ту молодую компанию, которая шагает с нами в ногу?

— Папа, “Феникс” давно не молодая компания, они два года на рынке и уже многого достигли. Мы и так набрали множество проектов, только из-за какой-то гонки. Мы ничего не успеваем, что ты предлагаешь? Не спать всем сотрудникам и работать круглосуточно?

— Сын, я понимаю, но ты знаешь, какое плохое у меня здоровье, моё самочувствие с каждым днём все хуже, — печальным голосом начал отец.

— Я понял. У нас будет этот проект.

— Вот это я понимаю, мой сын! Кстати, Аллочка знает одного из сотрудников этой компании, и обладает информацией, которая нам будет полезна, поэтому я хочу, чтобы вы работали вместе, да, котёнок? — нежно спросил отец у этой стервы.

— Да, любимый, — улыбнулась она и поцеловала моего отца, меня чуть не стошнило.

— Если мне понадобится помощь Аллы, я обязательно ей об этом скажу, а сейчас я не хочу видеть её в своём офисе!

— Сын!

— Отец, в этом вопросе я не уступлю!

— Вам нужно найти общий язык, мы будущая семья, я хочу сделать Аллочке предложение.

— Вот когда будет свадьба, тогда мы об этом и поговорим, а сейчас я пойду. У меня теперь больше работы, чем обычно.

— Денис

— Все, отец, я ушел.

Меня колотило от злобы. Хотелось придушить эту змею. Как я жалею, что заключил с ней когда-то сделку.

Пока ехал на работу, вспоминал тот день, когда выбросил её из своего офиса. Наверное, это самое сладкое воспоминание, которое я храню.

После ночи с брюнеткой я съездил домой, переоделся и приехал в офис, в своём кабинете я застал довольную Аллу.

— Алла Сергеевна, что вы делаете в моем кабинете?

— Я хотела сказать, что приготовила для Вас сюрприз, — радостно произнесла она.

— Я Вас слушаю, — меня она сильно раздражала, хотелось побыть одному и подумать о брюнетке, которая засела у меня в мыслях.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я сел за компьютер, и Алла подошла ко мне.

— Вы позволите? — спросила она и наклонилась ко мне, показывая свои прелести.

Пока меня подташнивало от Аллы, она вбила в поиск название компании, в которой работала, а после у меня пропал дар речи.

— Твоих рук дело? — спросил я, скрепя зубами.