Мы слишком разные - Диана Грей

К огромному счастью, я смогла уехать в Лондон. Встретила лучшую подругу, и она смогла вывести меня из такого состояния. Поэтому, ссориться с ней я не хотела, а вот устроить небольшой скандальчик, чтобы дальше она думала, прежде чем что-то делать — это, пожалуйста.

— Откуда я могла знать, что твой козел, это мой козел? — возмущённо воскликнула. — Кто называет своего парня «козлом»?

— Никакой он мне не парень, — жестко ответила. — И да. Это делаю я.

— Ладно. Поняла, — подняла ладони вверх примирительно. — В следующий раз, когда напьюсь, телефон не возьму. Даже если ты будешь очень сильно упрашивать.

— И будешь заряжать свой.

— Именно. Так что он ответил?

— Ничего интересного, — равнодушно отчеканила. — Написал: «Кто это?».

— В смысле? — от удивления подняла брови подруга. — Он не имеет твоего номера телефона?

— Наверное, — пожала плечами. — Да и его номер мне был не нужен. Родители настояли.

— Для чего?

— Вдруг понадобиться какая-то помощь.

— Скорее, чтобы просто подышать в трубку, — начала смеяться Моника.

— Ха-ха-ха. Очень смешно, — обидчиво передразнила ее.

— Не дуйся. Я же в шутку.

В каждый шутке есть доля правды. Это именно тот случай. Моника права. Даже в самой безвыходной ситуации, я бы никогда ему не позвонила.

— Знаешь, даже немного обидно, — вдруг выпалила подруга, а я перевела на экран недоуменный взгляд.

— Отчего тебе обидно?

— Я так старалась. Писала несколько минут. Выплескивала свою обиду и злость.

— Джейсон не звонил? — улыбнулась краешком губ.

— Нет, конечно, — ухмыльнулась девушка. — Он же гордый самец. Я себе лучше найду.

— Не сомневаюсь.

Услышала тихий стук и повернула голову. Голова Тети Риты просунулась в маленькую дверную щель.

— Никуля, — ласково проговорила женщина. — Ужин через час.

— Спасибо, — поблагодарила женщину, поворачиваясь к ноутбуку обратно. — Ладно, мне пора идти собираться. Созвонимся позже.

— Удачи, — сжала кулачок в знак поддержки и отключилась.

Да… Удача мне явно понадобиться.

* * *

Ровно через час, я вышла из своей комнаты.

Мама не терпела опозданий, а я не хотела её злить.

Сегодня всё должно пройти гладко, так как я не имела права на ошибку. Я лелеяла внутри себя надежду на то, что если буду вести себя так, как того желают родители, то они откажутся от своей настойчивости в отношении того, чтобы я встречалась с парнем, на которого они указали.

Я основательно подготовилась. Надела элегантное чёрное платье и лодочки. Волосы завила в локоны, и нанесла на лицо минимум макияжа. Только блеск для губ и тушь. Мама должна оценить. Пусть всё это не по мне, но я готова пойти на уступки.

Пусть только всё случится по задуманному мною плану.

На середине лестницы, я услышала знакомый голос. Сердце сделало кульбит.

— Маргарита, потрудитесь объяснить, почему на бокалах видны разводы? — узрела открывшуюся мне сцену с лестницы.

Женщина средних лет возвышалась над Маргаритой Павловной, грозно сдвинув брови. Прямые светлые волосы, как у меня, были обрезаны под каре. Зелёно-карие глаза излучали негодование, а губы были плотно поджаты.

Она держала в руке бокал, махая им перед лицом не чужого мне человека.

— Я несколько раз их протирала, — проблеяла женщина. — Но..

Сжала побелевшими пальцами перила лестницы, чувствуя, как внутри меня нарастает негодование.

— К сожалению, я не вижу этого, — произнесла с ощутимой злостью. — Исправьте это. Не заставляйте усомниться меня в вашей компетентности.

— Да, конечно, — быстро закивала женщина, и, взяв бокал, направилась к выходу из гостиной.

Я застыла статуей на лестнице, наблюдая за ее уходом. Хотелось убежать обратно наверх, но это плохая идея. Да и не в моём характере прятаться.

— Вероника, — услышала своё имя и встрепенулась. — Давно здесь стоишь?

— Не очень, — натянула улыбку на лицо, продолжая свой путь.

— С приездом, дочка.

— Спасибо.

Никаких объятий и поцелуев. Ничего. А мы не выделись целый год. Может сделать первый шаг?

Шагнула было уже вперёд, но она отвернулась от меня, идя по направлению к обеденному столу.

Сердце больно кольнуло иглой.

— Садись. Отец скоро подойдёт.

Кинула взгляд на поверхность, и увидела много приготовленных блюд. Моника бы захлебнулась слюной, увидев всё это. Её поддержка сейчас точно не помешала бы.

— Работа? — спросила, садясь напротив матери, зная ответ на заданный мною вопрос.

— Да.

В комнате повисло тягостное молчание. Столько времени прошло, вроде бы и должны были появиться темы для разговоров, но в тоже время….

Я не знала о чем говорить или с чего начать разговор.

— Хорошо выглядишь, — решила сделать комплимент, но потерпела удачу. Так как была удостоена едва заметного кивка.

От волнения начала теребить под столом салфетку.

В голове настойчиво возникла мысль о том, что надо было и дальше отсиживаться в Лондоне. Вряд ли «что-то» или «кто-то» может спасти этот ужин.

— Марина Георгиевна, — внезапно возникла в комнате тетя Рита, держа в руках поднос с бокалами.

Женщина вновь придирчиво их осмотрела, но не найдя никаких пятен, удовлетворенно кивнула.

— Можете подавать горячее, — коротко приказала, а я вдруг почувствовала острое желание помочь.

— Может, нужна моя помощь? — неожиданно выпалила для самой себя, чем навлекла на себя беду.

После моих слов, в комнате образовалась гнетущая тишина. Слышно было только негромкие удары часов. Тик-так. Тик-так. Тик-так.

Ладошки внезапно похолодели, а спина покрылась потом. Тысячу раз за минуту пожалела о сказанных мною словах, но ничего изменить уже нельзя. Слово не воробей: вылетит — не поймаешь.

— Нет… спасибо, — женщина метнула косой взгляд на маму и поспешила скрыться с глаз долой.

В этом я отлично её понимаю. Жаль только, что я так не смогу сделать.

— Надеюсь, в Лондоне ты занималась учёбой, — нарушила тишину матушка, а я недоуменно глянула на неё.

Она никак не отреагировала. Поджала губы и уткнулась взглядом в тарелку. Думаю, она сдерживает себя изо всех сил, чтобы не сказать какую-нибудь гадость.

— Не понимаю, в чем проблема? — решила не закрывать тему, а понять и разобраться во всем.

Не думала, что воссоединение семьи начнётся со скандала. Я могла, как обычно, промолчать и не заострять на матушкиных словах внимание, но надоело…

Раньше для меня это было отличным способом избежать дальнейших ссор. Теперь всё по-другому. Мне не нужно одобрение родителей, чтобы чувствовать себя лучше.

— Я тебя не так воспитывала.

— Ты меня вообще не воспитывала.

Мы схлестнусь взглядами.

Столько лет я держала всё в себе, что просто устала. Мне так хотелось всё выплеснуть. Всё то, что лежало грузом на моих плечах двадцать лет. Только одно но..

Никакого результата это не принесёт.

— Хватит, — послышалось резко от дверей.

Повернула голову и увидела отца.

Он изменился за этот год. Осунулся, глаза стали