Проклятие Этари - Анастасия Сычёва

Мое заявление было встречено тишиной и недоверием в глазах. Ну да, я же никогда не рассказывала ребятам о том, что действительно произошло со мной во время войны, а они никогда не настаивали на подробном рассказе. Поскольку мне не хотелось еще сильнее погружаться в эти воспоминания, я торопливо спросила Оттилию:

— А как так получилось, что Нарцисса стала целителем? Ведь вампиршам, особенно высшим, необязательно состоять на королевской службе.

Мой уход от темы не прошел незамеченным, но никто из ребят не стал возражать, и Оттилия вздохнула.

— Семьдесят лет назад род Эртано был очень сильно скомпрометирован перед королевской семьей и лишен множества привилегий. Нарцисса осталась единственной из своей семьи, и ей надо было восстановить свое доброе имя. Вот она и стала целительницей, причем по-настоящему выдающейся, поскольку ее репутация заглушает грехи ее семьи.

— Что же они такое натворили? — удивился Кейн.

Оттилии явно не хотелось развивать эту тему, но мы продолжали выжидательно смотреть на нее, и наконец она сдалась:

— Ну ладно. Вы же помните, что творилось в мире после окончания Кровавой войны? — мы кивнули. — В Вереантере тогда было совсем тяжело. Наш предыдущий правитель, Магнус, перед своей смертью был…совсем плох. Безумен. Но ни один вампир не может противостоять архивампиру, и в своем безумии Магнус мог творить все, что хотел. А у рода Эртано тогда было трое представителей — Нарцисса и два ее брата. И так получилось, что старший из них, носитель титула, чем-то прогневил короля. Не знаю, чем, но прогневил так сильно, что Магнус просто испепелил его без возможности воскресить…

— Ох, — вырвалось у меня.

Учитывая, что высших вампиров не так много, потеря каждого является для Вереантера значительной — ведь все высшие очень сильные маги. А убить высшего так, что потом даже архивампир не сможет воскресить его из мертвых… Похоже, Магнус и впрямь был совершенно безумен.

— Вскоре после того случая Магнус погиб, и королем стал Адриан, — продолжила Оттилия. — И примерно тогда же в Бэллимор вернулся второй брат Нарциссы. Раньше он приехать не мог, поскольку заканчивал обучение в Атенрае, и поэтому весь свой гнев и жажду мести он перенес с Магнуса на Адриана. Отец рассказывал мне, что тот высший был очень привязан к погибшему брату… И поэтому он организовал заговор против Адриана.

— Это невозможно, — вмешался Эр. — На архивампирах держится все государство, без него вы все намного ослабнете, и сами вампиры это понимают. Может, брат Нарциссы и спятил, но где он нашел сторонников? Прочие вампиры просто бы не пошли за ним.

— Верно, — согласилась Оттилия. — И поэтому тот высший возглавил заговор, в котором принимали участие не вампиры, а темные эльфы, — Эр невнятно кашлянул. — Те охотно пошли за ним, поскольку после Кровавой войны эльфы здорово не любят вампиров.

— Вопрос снимаю, — пробормотал Эр.

— На этом, собственно, все, — пожала плечами вампирша. — Заговор раскрыли, тех эльфов Адриан убил, причем так, что Селендрия ничего не смогла предъявить Вереантеру, как ни пыталась. А вампиру каким-то невероятным образом удалось скрыться. Уже несколько десятков лет о нем ни слуху ни духу. Так что Нарцисса осталась в одиночестве и принялась восстанавливать разрушенную семейную репутацию.

После этой мрачной истории мы недолго сидели в гостиной и вскоре разошлись по спальням. Не знаю, как остальные, а я все продолжала думать об услышанном. И не могу отрицать — теперь помимо неприязни я стала испытывать к Нарциссе уважение. И она его определенно заслуживала — не так легко остаться в совершенном одиночестве, но не сдаться, а продолжать бороться, чтобы добиться признания других.

Если не считать этой встречи, три недели, проведенные у фон Некеров, прошли замечательно. Конечно, стоило соблюдать определенную осторожность, чтобы не выдать себя лорду Александру, но с этой задачей я справлялась без проблем. Да и ребята не подвели — по крайней мере, на людях они всегда называли меня только Эржебетой и не заводили никаких провокационных разговоров, которые могли бы навредить мне. Так что я была очень благодарна Оттилии за это приглашение. Я позволила себе расслабиться и просто наслаждаться жизнью. Любые мысли, которые тревожили меня, я старалась отгонять подальше — и о темном архимаге, который будет продолжать пытаться осуществить свой замысел, и неприятные воспоминания о войне, аресте и побеге, и о последнем разговоре с Грейсоном, и мысли об Адриане Вереантерском.

Последние, кстати, возникали гораздо чаще, чем мне того хотелось бы. Дело было не в том, что я боялась его или ненавидела, или переживала, что мы можем снова встретиться. Просто почему-то воспоминания о Триме и об обратном пути в Госфорд регулярно всплывали в памяти, как бы я ни пыталась от них избавиться.

Поскольку Адэр лежал гораздо дальше от границы с Вереантером, чем Госфорд, нам с Кейном предстояло покинуть герцогство раньше остальных. Вещей у нас было не так много, и сборы заняли мало времени. Наш последний ужин прошел как маленькое прощальное пиршество. Правда, оно не затянулось надолго, поскольку отъезд был запланирован на раннее утро.

Ложась спать, я ощутила легкое волнение. В Адэр я хотела попасть не только для того, чтобы учиться, но еще потому, что надеялась попасть в тамошнюю библиотеку и узнать что-нибудь об Арлионе Этари и о своих родственниках со стороны матери, если это возможно. Должны же быть в Академии магии какие-то данные об одном из самых известных в мире магов!

Словно в подтверждение моему желанию, ночью мне приснился очередной сон из разряда «вещих». Это было неожиданно, поскольку эти сны мне снились в двух случаях: во-первых, если мне грозила опасность — тогда я видела казнь двух эльфов; во-вторых, когда мне надо было узнать какое-нибудь заклинание — тогда я видела, как кто-то из моих красноглазых родственников использовал его. Сегодняшний же сон не относился ни к одной из этих категорий.

Меня перенесло в просторный коридор, украшенный скульптурами — явно в каком-то дворце. По нему с надменным видом шел Арлион Этари, которого я узнала с первого взгляда — это холеное, но в общем-то красивое лицо с резкими чертами я никогда не забуду. Одет он был парадно, из чего я сделала вывод, что он либо возвращался, либо только собирался на какое-то светское мероприятие. Тем временем дверь в конце коридора открылась, и навстречу эльфу шагнула стройная молодая женщина. Темные глянцевые волосы были уложены в сложную прическу, украшенную бриллиантовой диадемой; сама дама была одета в пышное бальное платье. В руках она держала кружевной веер, которым чуть устало обмахивалась. При виде мага длинные ресницы радостно дрогнули: