Наказание браком доктора - попаданки - Кристина Юрьевна Юраш

- Вы о чем, госпожа? – спросила девушка тихим приветливым голоском, в котором сквозила усталость.

- Срок какой? – теплым голосом поинтересовалась я, глядя на перешитые пуговки передника. «О, что-то тесен мой наряд, что прежде был широк. И вянет, вянет нежный цвет моих румяных щек!» - вспомнилось мне.

- Я не понимаю, о чем вы, - изумленно ответила девушка. Вопрос заставил ее занервничать. Ее глаза забегали, а рука с подсвечником задрожала.Я не понимала, чего она так испугалась?

- О том, что вы ждете ребенка, - терпеливо произнесла я, видя лишь то, что выхватывал подсвечник из мрака.

- О, госпожа! – ужаснулась девушка, едва не выронив подсвечник. – Я не… Вы ошиблись!

- Ну как я могла ошибиться, - фыркнула я, глядя на животик, который был почти не заметен. И вот это меня весьма удивляло! Она что? Его чем-то утягивает? - Тошнит по утрам? Когда в последний раз были критические дни? Сколько длились? Болезненные ощущения были? Когда последний раз были с мужчиной?

- Госпожа! Я ни с кем не была! – вспыхнула румянцем служанка. Она сбавила шаг, а тени прыгали по стенам от того, что ее рука трясется. – С чего вы взяли?

Мы проходили мимо окна, а я на всякий случай заглянула в него. Не вспыхнула ли ослепительным светом яркая звезда? Не несут ли волхвы подарки?

Но нет. Ни звезды, ни волхвов.

- Тебе уже скоро рожать, - произнесла я, глядя в испуганные глаза девушки. – Хорошо, давай по-другому? Ты половой жизнью живешь?

- О, нет! Хозяин добр к нам, и никто из слуг не спит на полу! Я сплю на кровати, - гордо ответила девица приглушенным голосом.

- Погоди... Это хозяин? – внезапно осенила меня догадка. Я прислушалась к ответу, замирая на месте и глядя на живот служанки. Так, мне тут, значит, лекцию, как должна себя вести приличная девушка, а сам кошмартовский кот изменяет невесте?

- Вы о чем? Я не знаю, о чем вы говорите! – нервничала девица. – Вот ваши покои! Если вам что-нибудь понадобится, то зовите…

Девушка указала на приоткрытую дверь, а сама юркнула в темноту.

Глава 5.

Зайдя в комнату, словно там обитал десяток фамильных привидений, я осмотрелась. Вспыхнули желтые свечи, освещая кровать, на которой, должно быть, рожали мою прапрабабушку, низкий кривоногий столик «для красоты», камин в половину моего роста, ширму, трюмо, софу и будуар.

- Пятизвездочный, - согласилась я, шурша платьем внутрь. Пятизвездочный номер и пятизвездочный «внутри» встретились. И остались крайне довольны друг другом.

Я увидела графин с водой и красивые кубкм. И тут же метнулась к ним. Мне казалось, что в моем рту верблюды тянутся унылым караваном по жаркой сковородке пустыни. Как на картине в кабинете у главврача.

- Ой, мамочки, - стонала я, держась за камин и поглядывая в стакан. – Как же хорошо!

Графин кончился, а я почувствовала себя булькающим аквариумом.

Я поставила графин с остатками воды на столик, а сама подошла к зеркалу, всматриваясь в свое новое лицо. Длинные волосы были почти до пояса.

- Красавица, - решила я, заваливаясь на софу. Состояние было такое, что впору мышам мягкие тапки выдавать. В окне падал бесконечно - серый снег.

- Меня похитило зло и запретило ходить на работу. После такого хочется расцеловать зло в обе щеки, - пробухтела в расшитую подушку, одной рукой наливая себе еще воды.

Мышь?

Я прислушалась, понимая, что в замке мыши! Нет, а почему герцог их не ловит? Не порядок!

С этой мыслью я уснула.

Проснувшись от дикой жажды, я облизалась на графин и поклялась из крепкого пить только чай.

Сдувая с лица пряди, я села и стала искать глазами воду. Но воды не было. Графин был отвратительно пуст.

Я стала искать звоночек, но не нашла. Схожу – ка я за водой!

Моя рука сгребла тяжелый подсвечник со стола, который тут же вспыхнул. Открыв дверь, я стала спускаться по лестнице. Стоило мне спуститься вниз и пройти два запутанных коридора, как я услышала негромкий голос: «Может, доктора позовем! Милли, ты как?».

Глава 6.

«Мне показалось, что в коридоре промелькнула мантикора!», - послышался дрожащий голос. – «Я так испугалась! А теперь мне плохо… Ой….».

«Милли! Давай я сбегаю за доктором Миддлтоном!», - второй голос показался очень встревоженным.

«О! Нет! Только не он! Я несла хозяйке ужин, а потом увидела… мантикору! Она была возле комнаты хозяйки!», - простонал голос Милли. – «Я уронила поднос, бросилась бежать и….».

«Тише, Милли… Ты пока полежи, а я скажу хозяину…», - донесся голос и шуршание платья.

Сгорая от любопытства, я решила пойти на голоса. Они привели меня к приоткрытой двери. Осторожно отворив дверцу, я увидела служанку, которая склонилась над другой.

Я вошла в комнату, где на полу лежала та самая девушки, держась за живот.

- Ничего, сейчас пройдет, - цедил слабый голос той самой блондиночки – провожатой. Она цеплялась рукой за рыжую подругу в точно таком же платье и стонала, как героиня фильма для взрослых.

- Госпожа! - ахнула вторая служанка, тут же опуская голову. Я всучила ей подсвечник в руки, а сама бросилась к несчастной.

- Помогите перетащить ее в кровать! – рявкнула я, видя, как бедняжка кусает губы от боли.

- Нас только двое! Остальных слуг распустил его сиятельство, - лепетала девица с подсвечником.

- Давай-давай, моя хорошая, – поплевала я на руки и осторожно пытаясь поднять роженицу и дотащить ее до кровати. По пути я подвернула ногу, но боли почти не заметила. Уложив роженицу на кровать, я обернулась:

- Готовьте…

И тут я осеклась. А что здесь есть вообще?

- Что с ней? – спросила вторая служанка.

- Живот болит, - сквозь зубы процедила несчастная. – Я наверное, переела…

- Комплиментов, - согласилась я, пытаясь снять с нее одежду. – Рожает она. Несите воду, чистые полотенца, мыло, ножницы, спирт и … щипцы!

Я услышала звук, закрывающейся двери. Нога ныла нестерпимо, а я залезла на кровать, пытаясь раздеть красавицу. С ее лба текли бисеринки пота, а искусанные в кровь губы пересохли.

Я сняла с нее фартук, попыталась снять платье, но там был корсет и еще рубашка!

- Как капусту! – выдохнула я, утирая пот