Прибежище Водолея - Александр Брызгалин

Никто не проявил к моей персоне интереса. Я без проблем нашел ангар номер тридцать пять и порадовался, что тот стоит на отшибе. Должно быть, хламовник со всяким летающим старьем, подумал я. Как раз то, что нужно.

Судя по физиономии сержанта-охранника, он был разбужен скрежетом открывающейся двери. Увидев мои погоны, сержант вскочил, опрокинул стул и едва не упал сам.

– Вольно! – рявкнул я и помахал фальшивыми бумагами у него перед носом. – Допуск ноль-ноль-три дробь пятьсот! Срочный вызов, категория «альфа».

Сержант поднял стул.

– На… на… надо все про… про… проверить.

Он повернулся к компьютеру.

– Проверяйте. Сколько это займет?

– Де… де… десять минут.

– Даю вам тридцать секунд.

– Не… не… не успею.

– Меньше болтайте, – посоветовал я. – Черт знает, что тут у вас за дисциплина.

Сержант как будто уменьшился в размерах. Я навис над ним скалой, упершись кулаками в стол.

– Ка… ка… катер буксируется и будет ждать вас на… на… на седьмой площадке, – сообщил он наконец. – Вы летите один, полковник Га… Га… Гарриман?

– Да. С грузом.

– Ха… ха… характер груза?

– Материальное обеспечение. Шифр «пять нулей».

– А-а, для этих, зна… зна… значит.

– Для кого – это вас не касается, – отрубил я.

– Так точно. В таком случае, по… по… полковник, у ме… ме… меня все. Счастливого пу… пу… пути.

Пока все складывалось как нельзя лучше.

Я покинул ангар и направился к седьмой стартовой площадке. Времени оставалось еще достаточно, и я не торопился. В конце концов, это были мои последние минуты на старушке Земле. Можно было мысленно проститься с прошлым, вызвать в памяти что-нибудь доброе и позитивное.

Перед моим внутренним взором возникло лицо генерального прокурора, и я непроизвольно ускорил шаг.

Вот и нужная мне дыра. Края опалены, решетчатый лифт с призывно распахнутой дверью. Я спустился вниз. Вокруг катера, как сонные мухи, ползали техники в комбинезонах. Я наорал на них, и они как будто зашевелились активнее. Начальник площадки, майор, сделал попытку дать мне словесный отпор, но его медаль «За три венерианских похода с ночевкой» не шла ни в какое сравнение с моей, и любитель пособачиться, процедив напоследок что-то насчет шляющихся тут полковников, исчез из виду.

Люк был распахнут, я забрался в кабину и расположился в кресле первого пилота. Огляделся, стараясь не поддаться панике. С опаской потрогал штурвал. Наступила наиболее ответственная часть всего предприятия. Если мне удастся вывести эту штуку за пределы атмосферы, то дело можно будет считать сделанным. Там управление катером возьмет на себя автопилот, программа для которого покоилась во внутреннем кармане моего кителя. А пока что придется воспользоваться шпаргалкой, составленной для меня знающими людьми.

Я разложил на коленях листки бумаги и углубился в изучение систем корабля. На все про все у меня было не больше получаса.

Вскоре мне доложили о предстартовой готовности. Я спросил про груз. Мне ответили, что он прибыл и закреплен по всем правилам. К этому времени я был уже почти уверен, что смогу не опрокинуть корабль при взлете.

Оставалось одиннадцать минут. Я задраил люки и поспешил в грузовой отсек. Вскрыл контейнер и помог выбраться жене и детям. Эльза была здорово напугана, зато глаза Майкла горели от возбуждения.

– Папа, так это похищение космического корабля класса «Щепка»? Статья пятьсот первая? Десять лет на Марсе – с ума сойти!

– Все прошло как по маслу, – сообщила Линда, занимая место второго пилота. – Кстати, сколько ты отсыпал бригадиру погрузчиков?

– Вдвое больше, чем он просил, – улыбнулся я. – Грамотный подход к людям – мой конек.

– Папа купил всех с потрохами, – объяснил Майкл наморщившей лоб сестре.

По периметру кабины зажглось великое множество лампочек и индикаторов, в кормовом отсеке мощно и ровно загудело. Общее освещение упало на три четверти, наши лица приобрели зловещий оттенок. Дети притихли.

– Взлетать будем на ручном управлении, – предупредил я. – Так что немного потрясет.

Очень медленно катер стал принимать вертикальное положение.

– Папа, – спросил Майкл несколько напряженно. – А разве ты умеешь пилотировать космические корабли?

– Я прошел экспресс-курс, – сдержанно ответил я.

– Это пока мы сидели в ящике?

– Мама, – нервно спросила Эльза, – мы, что, упадем?

– Ну вот еще, – успокоила ее Линда. – Наш папа всегда знает, что делает, он профессионал. Скучный и предсказуемый. Поэтому бояться нечего.

– Папа не скучный, – встала на мою защиту Эльза. – Он веселый и в этом пиджачке со звездочками похож на клоуна.

Начался обратный отсчет. При слове «ноль» я привел в действие нечто, называвшееся «основной тягой» и вцепился в штурвал, мысленно повторяя нужную последовательность действий. Корпус мелко завибрировал. Горизонт на главном экране качнулся и ушел вниз.

Космический катер решительно устремился в небо, показывая одураченной Земле длинный огненный язык.

Перелет от Земли до Юпитера занял чуть более двух суток и не преподнес никаких неожиданностей. Я полностью освоил принципы ручного пилотирования и перестал беспокоиться насчет предстоящей стыковки с крупным межзвездным лайнером. Управлять космическим кораблем оказалось не так уж и сложно. Мне даже понравилось.

Выйдя на орбиту планеты-гиганта, я послал в пространство шифрованный запрос. Ответ пришел почти сразу же: мне предлагалось изменить курс и двигаться в сторону северного полюса.

После часа томительного ожидания впереди засияла яркая точка. По мере приближения она росла, обретала форму и в конце концов превратилась в великолепный трехпалубный лайнер.

– Билетов у нас, конечно, нет, – уверенно предположил Майкл.

– Они нам не понадобятся, – ответил я, счастливо потягиваясь. – Эта громадина целиком в нашем распоряжении.

– Я ошибся, – Майкл не отрывал взгляда от экрана. – Это не пятьсот первая статья, это статья шестьсот двадцать пятая прим. От двадцати до вышки. Что-то мне неспокойно.

Я хмыкнул и почесал кончик носа.

– Всего-то и осталось, что пристыковаться.

Строго говоря, стыковкой процесс поглощения утлой грузовой лодки гигантским кораблем можно было назвать лишь с большой натяжкой. Я просто влетел на малой скорости в огромный люк, погасил скорость и выключить двигатель. Остальное произошло автоматически. Когда в шлюзовом отсеке установилось нормальное давление, мы собрали вещи и трап-подъемник доставил нас на нижнюю палубу.

– А что, – спросила Эльза, настороженно озираясь, – мы тут совсем одни?

Пустые помещения и коридоры ее пугали.

– Почти, – ответил я. – Есть еще двое в командном отсеке. Но скоро прибудут другие, в том числе дети, так что скучно не будет.

– Эти двое – они твои сообщники? – поинтересовался Майкл.

– Можно сказать и так. Полгода играют тут в полицейских, якобы штатные охранники. Но они такие же полицейские, как я – полковник. Один из них художник, другой – компьютерщик. Сейчас у них полно дел. А вот нам с вами, как мне кажется, пора наконец поесть по-человечески.

– Хочу котлету, – сказал Майкл. – Самую большую.

– А я – мороженое! – в восторге закричала Эльза.

Центральная палуба была ярко освещена, однако она отнюдь не поражала роскошью. Скудость интерьера бросалась в глаза. Как будто отсюда вынесли все, что имело хоть какую-то ценность.

– Странный корабль ты украл, папа, – не замедлил обратить внимание на это обстоятельство Майкл. – Мне кажется, его уже пару раз крали, до тебя. Погляди – почти ничего не осталось.

– Еда осталась, – сказала Эльза. – И еще бассейн.

Мы сидели в главном зале за пустым игральным столом. Мягкие кресла дарили ощущения покоя и умиротворенности. Я раскуривал сигару.

– И что дальше? – продолжал допытываться Майк. – Как далеко мы успеем удрать, прежде чем нас сцапают? И что потом, как мы вернемся домой?

– Майкл, дорогой, – с любовью глядя на сына, сказала Линда, – разве ты забыл, что у нашего папы всегда все под контролем?

– Не забыл, – Майкл пожал плечами. – И еще мне припоминается, что какой-то профессионал от звонка до звонка отбарабанил свой срок на Луне.

– Было дело, – усмехнулся я, пуская дым к псевдопрозрачному потолку.

Выпуклый бок Юпитера медленно поворачивался над нашими головами.

– Скажи, Майкл, – продолжал я. – Тебе очень нравится твоя школа? Тупицы-одноклассники, тупицы- учителя, бессмысленная зубрежка, драки по поводу и без. А в будущем – проблема денег, пособие по безработице, неизбежная попытка ограбить банк, Луна… Я прямо-таки вижу тебя в полосатом скафандре с заступом в руках. Ты сильно расстроишься, если вдруг лишишься всего этого?

– Я обрыдаюсь.

– А ты, – обратился я к дочери, – что ты думаешь о своем любимом детском садике с решетками на окнах?