Нашла коса на камень - Грэм Грин

После легкого завтрака, запитого темным пивом в бутылках, о котором мистер Фенник с приятной улыбкой заметил, что «оно по качеству почти не уступает нашему академическому», ректор колледжа св. Амвросия и лорд Драйвер постарались путем тонких намеков выпроводить молодежь на прогулку.

— Нам нужно поговорить о делах, — сказал мистер Фенник, а лорд Драйвер добавил:

— Ты ведь уже год как не был в кино, Фредерик. — Таким образом, молодежь была изгнана на разбомбленную и всячески запущенную Оксфорд-стрит, а старики позвонили официанту и бодро принялись за виски.

— Что это они затевают? — спросила Элизабет.

Молодой Драйвер был недурен собой; ей понравилась и его угрюмость, и шрам на щеке; а в глазах у него читалась, пожалуй, даже чересчур острая сообразительность и упрямая воля. Он снял шляпу и почесал себе затылок, и Элизабет опять отметила, что голова у него острижена почти наголо. Нет, он нисколько не походил на военного. И костюм на нем, как и у отца, новехонький, и явно куплен в магазине готового платья. Что ему, нечего было надеть, что ли, когда он приехал в отпуск?

— По-моему, — сказала она, — они хотят нас поженить.

Его глаза весело блеснули.

— Что ж, я не против, — сказал он.

— Но вам ведь на это нужно разрешение вашего командира?

— Командира? — удивленно повторил он и замялся, как напроказивший школьник, которому учиняют допрос, а он не успел заранее придумать ответы. Элизабет внимательно следила за ним, припоминая все, что с самого начала показалось ей странным.

— Так вы, значит, целый год не были в кино, — протянула она.

— Да, знаете ли... служба.

— А выездные бригады разве к вам не приезжают?

— Ну, это я не считаю.

— Скучно же там у вас — все равно что в тюрьме сидеть.

Он смущенно ухмыльнулся. Во время этого разговора он все убыстрял шаги, и теперь со стороны могло показаться, что она гонится за ним. Они вбежали в ворота Гайд-парка.

— Ну, — сказала она, — давайте начистоту. Никакой ваш отец не лорд Драйвер.

— Да нет, он правда Лорд Драйвер.

— Не больше, чем мой дядя ректор колледжа.

— Что? — Он вдруг засмеялся — и это был приятный смех, не внушающий, быть может, доверия, но такой, что хотелось засмеяться в ответ и согласиться, что в этом сумасшедшем мире ничто не имеет значения. — Я только что вышел из Борстала, — сказал он. — А вы?

— Нет, я пока еще не сидела за решеткой.

— Знаете, — сказал он, — я уже и сам что-то заметил... Вы, может, подумаете, я вру, но вся эта церемония... что-то мне чудно показалось. Ну, а папаша, тот, конечно, всему поверил.

— А дядюшка вам поверил... А я вот не совсем.

— Так. Значит, свадьбе теперь не бывать. Знаете, это даже жалко.

— Что ж, я пока еще никому другому не обещала.

— А!.. Ну давайте обсудим.

И они обсудили это со всех сторон, сидя в парке под бледным осенним солнцем. Кругом сновали жулики покрупнее масштабом: министерские чиновники с изящными портфелями спешили мимо; разные инспектора проносились в блестящих машинах; рослые мужчины с красными штабными нашивками на воротниках и большими, лишенными всякого выражения лицами, словно взятыми напрокат с рекламных щитов, деловито шествовали по Парк-лейн из «Дорчестер-Хаус»[6]. Если той же меркой мерить этих двух — юнца, у которого в прошлом был Борстал, и девчонку, у которой в прошлом ничего не было, кроме томительной скуки за прилавком мануфактурного магазина и за стенами пригородного «особняка» на две квартиры, — то пришлось бы признать их очень мелкими жуликами и измышленное ими жульничество почти безвредным.

— У папаши наверняка припрятано несколько сотен, — говорил Фред. — И ручаюсь, он раскошелится, если будет думать, что заполучил в невестки племянницу ректора.

— Думаю, что и у дяди найдется фунтов пятьсот. И он ничего не пожалеет, лишь бы породниться с лордом Драйвером.

— Мы этот колледж не бросим. Если иметь небольшой капитал, можно развернуть дело как следует. А сейчас это еще так — мелочь.

Они влюбились друг в друга без всякой видимой причины, тут же в парке, пока сидели на простой скамейке, чтобы не платить двух пенсов за складные кресла, и строили планы, как обжулить двух старых жуликов. Они знали наперед, что им это удастся. Потом пошли обратно, и, едва переступив порог, Элизабет заявила:

— Мы с Фредом хотим пожениться. — Ей даже стало чуточку жалко этих старых дураков, когда она увидела, как разом осветились их лица — еще бы, так легко все устроилось! — и как потом они, предостерегающе подмигнув друг другу, снова приняли серьезный вид.

— Это в высшей степени неожиданно, — процедил лорд Драйвер, а ректор сказал:

— Да уж, нынешняя молодежь времени не теряет!

Весь вечер старики улаживали финансовый вопрос, а счастливая юная пара сидела в уголке и забавлялась, наблюдая их сложные ходы, сильная своим знанием, что мир всегда открыт для молодых.

Примечания

1

Аспидистра — растение из рода многолетних бесстеблевых трав семейства лилейных; выращивается в комнатных условиях и оранжерейных, имеет и дикорастущие виды.

2

Борстал — исправительное учреждение для преступников от 16 до 21 года. Свое название получило от первого такого заведения, открытого в Борстале, графство Кент, в 1902 г.

3

Les aristocrates a la lanterne! (Аристократов на фонарь!) — строка из французской революционной песни.

4

Боллиол — один из старейших колледжей в Оксфорде.

5

Суинберн Алджернон Чарлз (1837—1909) — английский поэт.

6

«Дорчестер-Хаус» — фешенебельная лондонская гостиница, в годы войны была занята военными учреждениями.