Фалак - Тахир Малик

- Почему ты сопровождаешь дервиша?

- Мы односельчане, повелитель. К тому же мы вместе учились.

- Ну и выучились. - Улугбек с хитрой усмешкой оглядел окружающих. Один занимается подстрекательством к бунту, а другой обманывает легковерных...

Большие и малые чалмы важно закивали.

- Но, может быть, это чья-то выдумка, что ты умеешь превращать медь в золото? - продолжал султан.

- Нет, покровитель наук... Я действительно могу превращать медь в золото...

- Велики ли те богатства, что ты собрал, обманывая людей?

- Я никогда не использовал свое искусство для обогащения. Если бы ваши слова об обмане были правдой, то мои сокровища превосходили бы казну повелителя вселенной... Но всякий раз, когда я приступал к работе, мой дед, наставивший меня в великом искусстве, читал следующие строки:

Беспечно не пил никогда я чистого вина,

Пока мне чаша бед была не подана.

И хлеб в солонку не макал, пока не насытился

Я сердцем собственным своим, сожженным дочерна.

На губах Улугбека промелькнула добрая улыбка. Поглаживая бороду, он обратился к одному из окружавших его сановников:

- Ваша проницательность, почтенный, достойна похвалы. Мы не ошиблись в этом юноше.

Улугбек дотронулся до плеча Шамсибека и представил молодого человека присутствующим. Обернувшись к сипаху, который стоял в ожидании приказаний, султан сказал:

- Камариддин, ты захватил моего гостя - поручаю его твоим заботам. Своди Шамсибека в баню, дай новую одежду. И после того как он отдохнет, приводи его на вечернюю беседу.

Сипах и его подопечный поклонились и, не смея повернуться к султану спиной, долго шли пятясь.

На этот раз Камариддин повел Шамсибека не к Чилустуну, а в глубину сада. Миновав большой цветник, они вышли к овальной площадке, посреди которой бил фонтан. Косые лучи заходящего солнца, дробясь в струях воды, рассыпались жемчужными брызгами над кустами роз. В стороне от фонтана на устланной коврами суфе сидел Улугбек. Он был погружен в чтение огромного фолианта.

Шамсибек остановился поодаль, не желая мешать султану. Но Камариддин шепнул:

- Шахрияр сам распорядился привести тебя. Иди.

Молодой человек приблизился к суфе и преклонил колени.

Улугбек поднял голову. Теперь он был одет в простой желтый халат и походил скорее на учителя медресе, чем на самодержца.

Шамсибек поцеловал край его халата. Султан молча указал юноше место возле себя и жестом отпустил Камариддина.

- Сегодня ночью Миррих [Марс] начнет приближаться к Земле, - сказал Улугбек. - Я и мои астрономы готовимся к этой встрече. Но, пока звезды не усеяли небо, у меня есть время для более близкого знакомства с тобой.

- Моя жизнь принадлежит вам, повелитель.

- Когда мне донесли о тебе, то сказали, между прочим, что ты заблудший безбожник... Чем вызваны эти слова?

Шамсибек молчал некоторое время. Потом, несмело глядя на султана, сказал:

- Я прочел "Проделки пророков" и "Хитрость лжепророков" и объяснил смысл этих книг некоторым друзьям.

- Ты осквернил святые имена пророков?

- Я по-своему истолковал мысли учителя, и только.

- Ты сказал: учителя... Прошло четыре сотни лет с тех пор, как Абу-Бакир Мухаммед ар-Разий переселился в селенья праведных. Абу-Райхан Беруни изрек о нем немало драгоценных слов... Да, это достойный наставник.

Шамсибек бросил невольный взгляд на книгу, лежавшую перед султаном. Улугбек заметил его любопытство и, улыбнувшись, сказал:

- Это "Канон Масуди" Абу-Райхана. А вот здесь, - он указал на невысокий восьмигранный столик, заваленный книгами и пергаментными свитками, - здесь ты видишь "Аль-Мажистый" Батлимуса... ["Альмагест" Птолемея]

- Ар-Разий - ученый, достойный сразиться на поприще знаний с Батлимусом, Афлатутоном и Аклидусом! [Птолемей, Платон, Евклид] повинуясь наплыву чувств, воскликнул Шамсибек.

- Ты сказал правду! - похвалил Улугбек, не обратив внимания на то, что молодой человек перебил его. - Похвально, что ты назвал ар-Разия своим учителем. Сам великий Ибн-Сина склонялся перед этим славным именем... Но мало, к сожалению, осталось тех, кто идет по стопам мудрого...

- Зато немало тех, кто ревностно служит астрономии...

Султан пристально посмотрел на юношу. Решив, что произнес нечто неуместное, Шамсибек поднялся со своего места и попросил прощения за дерзость. Улугбек жестом приказал ему сесть.

- По-твоему астрономия ниже математики, химии или медицины? - спросил султан и, видя, что Шамсибек вновь порывается встать, добавил:

- Так вот, звезды и планеты не рассыпаны по небосводу просто так. В их расположении есть какой-то порядок. Какие-то силы действуют между ними, эти силы - Любовь и Вражда... Изменения в положении звезд могут сказать нам, какая из сил в настоящее время господствует в мире... Вражда несет разрушение, раздоры между людьми. Любовь приносит мир человечеству.

Помолчав, он продолжал:

- Думаешь ли ты, что медицина способна удлинить человеческую жизнь?

- Нет, повелитель...

- Так ты считаешь, что учение Ибн-Сины ошибочно?

- Напротив! Учение мудрейшего из врачей - единственный путь к долголетию. Только... только никто не станет содействовать воплощению его мыслей на деле. И потом - надо победить телесное старение. А мы даже не знаем, с какой стороны приступить к этому.

- Значит, все-таки мысли ученого - красивый воздушный замок?

- Если говорить о возможности их осуществления сегодня же, то правда глаголет устами покровителя мудрых... Я думаю, что долголетия можно достичь, лишь получив ключ к душе человека. Если мы сможем лечить душу, то тело будет жить вечно...

- Но ключ этот в руке всевышнего! - подняв брови, заметил Улугбек.

- Быть может, аллаху угодно будет вручить его нам - да предстательствует за нас в том сам пророк Мухаммед...

- Достойные слова! - одобрил султан. - Твои силы открываются в твоих мыслях... Скажи теперь, каким образом ты превращал медь в золото?

- Я досконально изучил книгу "Тайное тайных", написанную учителем ар-Разием. Но главное раскрыл мне мой дед...

Он на мгновение умолк. Улугбек ободряюще кивнул, и юноша продолжал:

- Для того чтобы получить настоящее золото, необходима кровь человека.

- Кровь? - нахмурился султан.

- Да. Золото, из которого изготовлено посланное вам кольцо, я обработал сухой кровью.

- Где ты взял кровь?

- Это была моя кровь.

- Что же, всякий раз, когда ты делаешь золото, ты используешь собственную кровь?

- Я не так уж часто делаю золото. Учитель писал, что всякий, обращающий знания для наживы, будет наказан в будущей жизни...

В следующий миг послышался голос супи [низший служитель мечети], сзывавшего на вечернюю молитву. Улугбек провел по лицу ладонями и поднялся с места. Молодой человек последовал примеру султана.