Money БЖИГ - Верджилия Вайт

здравый ум. Какая жалость, что с выпитым алкоголем он растворялся без следа. Что за напасть, жизнь напоминала боевую атаку с разных флангов, тут тебе стрелой в спину попали, а там уже готовился штурмовой отряд.

— Клянусь, продам его жигули и даже глазом не моргну, — собиралась, параллельно высказываясь коту, чтобы немного остыть. — Как он вообще смог проехать даже пару метров, там же заднего колеса нет!

— Бжиг, — Борзини вылизывал пузо, и пытался поддержать беседу, заставляя меня удивляться пополнению его словарного запаса.

— Ты прав, — присела на край кровати, разводя руками. — Бжиг — учеба нет, бжиг — работы нет, бжиг — отца повязали, надеюсь, на этом всё.

До временного изолятора добиралась уже изрядно успокоившись, в голове прочитав отцу все возможные нотации, которые, впрочем, он никогда не слушал, только изредка покачивал головой, будто я заношу над ней топор.

Встретили меня радушно, узнавая с первых шагов.

— Ада Владимировна, рады вас снова видеть, в отличие от вашего родственника, — дежурный поправил фуражку, и скривил узкие губы в ухмылке.

Везение весьма относительное ощущение, если взглянуть на общую ситуацию в целом. Однако, факт её присутствовал, и это ни могло не радовать. Меня спасал старший лейтенант, по совместительству, приятель со школы, старше меня на два года.

— Сопротивлялся? — спросила с ходу, не желая ходить вокруг да около.

Дежурный кивнул.

— Сильно?

Снова кивок.

— Побили его?

Стас посмотрел прямо в глаза, решая говорить правду или нет, в конечном итоге, он выдохнул и произнес:

— Пару раз по хребту дали, чтобы угомонился. — Нахмурился. — Вот давай только без этого жалобного взгляда. Он Коли в солнышко заехал, тот продышаться не мог, а Пашке по коленки зарядил, хромает до сих пор. Я из кожи вон вылез, лишь бы дело твоего отца дальше не пошло.

Виновато скосила глаза, представляя как старый собирал свои кости за решеткой, да и сердце все же болело за родного человека, особенно в периоды его упадка. Отец пытался выкарабкаться, но пересчитывая весь ремонт и сгоревшее оборудование, сопоставляя с накоплениями, впадал в глубокую депрессию. Ему требовалась неделя, а то и две, чтобы прийти в себя и продолжать пахать. Тут сразу и себя виноватой чувствуешь, пусть ещё не встала как следует на ноги, но помочь отцу хотелось. Вот и приходилось разгребать за ним то, что он был не в состоянии.

— Увидеться можно?

— Не сегодня, — Стас забрал из рук передачку, — он до конца не протрезвел, буйный пока. Пусть посидит — подумает, а там видно будет.

— Спасибо.

— С тебя свидание. — Подмигнул мне старший лейтенант.

Вот и ещё один бжиг.

Глава 5

Штраф стоянка находилась на окраине города, гиблое место рядом с кладбищем, однако для живых оно было гиблым и по другой причине. Деньги в казну колотились тут с невероятной силой, и каждый день простоя увеличивал долг на кругленькую сумму, отчего машинально пересчитываешь все имеющиеся деньги в семье и накопления. Вот и я, не была исключением. Узнав стоимость за день простоя, кожа побелела и стала напоминать соседей этой местности, оставалось только крышкой закрыть. Ещё два дня и выгоднее было оставить машину прямо на стоянке, или на пожизненное хранение, жаль только так сделать не получилось. Пришлось с горестью отдать заработанные вчера деньги.

Казалось бы, вот и всё, можно было отчаливать домой. Только вот машина больше не заводилась, да и колесо за одну ночь не появилось чудесным образом.

— И что мне теперь делать? — присела на капот, перебирая в руках ключи.

— Эвакуатор вызывать, ну, или оставлять на ночь. — Дедулька прошелся рукой по увесистому пузу, доставая из кармана пачку сигарет.

Прикинула в голове, сколько это могло стоить. Хотелось немного оставить денег, поэтому лишние траты были для меня сродни приговору.

— Хотя, — протянул мужчина, помяв пальцами фильтр сигареты, — можно откатить её до магазина, там стоянка бесплатная.

Встала на ноги и взглянула вдаль — катить придется долго. Магазин маячил красным еле различимым квадратиком у дороги. Однако, выбора не оставалось, если мой кошелек не умеет дублировать купюры. Мужчина, конечно же, помогать мне не собирался, а беспокоить кого-то по пустякам не хотелось, справлюсь сама. Сняла машину с ручника и открыла дверь.

— Михалыч, спорим на косарь, что я смогу заставить девку жигули до магазина толкать, — доносилось из маленькой каптерки.

Лязгнула зубами и гордо вскинула подбородок.

Катить рухлядь было тяжело, мышцы рук и ног забивались, отдаваясь то болью, то онемением, пока в конечном счете я не перестала их чувствовать. Приходилось делать перерыв, трястись как тряпичная кукла на веревочках, чтобы разогнать кровь, а со стоянки тем временем слышался смех уже двух мужчин, которые живо обсуждали каждое моё движение. До магазина я все же машину докатила, даже умудрилась поставить её в самом углу стоянки, после чего залезла в салон и раскинулась, нужно было перевести дыхание. Ладонь совершенно отказывалась мне подчиняться, отчего казалось, что бутылка воды тряслась словно живое существо, в конечном итоге, выплескивая содержимое на футболку и штаны.

Меня распирало от злобы, она нарастала как надувной мяч, готовый лопнуть в любой момент. Сложно было угомонить в себе это состояние, его нужно было выплеснуть и как можно скорей — с размаху ударила по рулю машины, вкладывая в удар все накопившиеся негативные эмоции. Баранка оказалась жесткой под мягкой кожей, а дальше резкая боль, которая на секунду меня парализовала.

— Твою мать, — вырвалось, — кто учил меня бить ладошкой.

Травмпункт был последним местом, куда бы я хотела попасть этим же днём. Мизинец опух и напоминал сосиску, с явным дефектом, в виде скоса на левую сторону. Слезы в глазах продолжали сдерживаться, не давая себе этой поблажки, я лишь мычала и старалась не смотреть на изувеченную конечность. Вот тебе и мечты делать фигурки из глины, да что за неудача!

Грязная, усталая, с подавленным настроением мне удалось отправиться домой. Палец болел, а ощущения, когда его вправляли меня никак, не покидали, хруст стоял в ушах, и периодически меня передергивало, заставляя соседа по месту в автобусе, пересесть на другое.

— Чертов день, чертов мизинец, чертова машина, — перечисляла, пока поднималась по лестнице. — Чертов.

— Привет, — Заир, усевшись на ступеньках перед моей дверью, снял солнцезащитные очки.

— Надеюсь, ты решил выдать мне премию за мою актерскую игру?

Рядом с ним была спортивная сумка, явно не с деньгами. Он нервно посматривал на часы, потом на мой внешний вид. Ни то, ни другое его явно не устраивало. Сам же он выглядел свежо и ухоженно.

— Ты почти