Баллада о неудачниках (СИ) - Стешенко Юлия

— Вы оставили в лесу караульного?

— За каким, простите… Нет, миледи, не оставил. Это просто заеденная лошадь. Солдаты оттащили ее в кусты. Зачем дохлой кобыле караул?

— Отлично. Это вы очень правильно сообразили, — она одобрительно покивала, подтверждая свое ценное мнение. Конечно, я сделал самое равнодушное лицо, какое только мог изобразить. Даже не стал спрашивать, что же такого умного я придумал, хотя и было интересно.

Колченогая леди подошла, встала рядом и тоже оперлась о телегу. Теперь я мог выбирать — или поворачивать голову, чтобы видеть ее пыльные лохмы, или продолжать пялиться в небо. Я выбрал небо.

— Я так понимаю, что вы уже составили определенное мнение об этом хищнике. Не поделитесь? – осторожно подступилась к разговору дамочка.

— Я солдат, а не некромант, миледи. Вам виднее.

— Перестаньте. Я не покушаюсь на ваши полномочия. И мне действительно нужно услышать ваше мнение.

— Боюсь, у меня его нет, миледи.

Вот же репей а не женщина. Я покосился на мужчин, стоящих в сторонке. Нет среди них ее мужа — теперь я уверен. Его вообще нет в живых. Он помер, его сжила со свету настырная супруга. Мужик ушел в мир иной, не выдержав характера своей ненаглядной.

— Милорд, мне больше не к кому обратиться с этим вопросом. Никто не разбирается в ситуации лучше вас. Шериф не видел своими глазами места убийств, а стражники вряд ли смогли сделать такие же глубокие выводы, что и вы.

Леди де Бов таращилась на меня снизу вверх круглыми глазами.

На самом деле, в этом был резон. Действительно, спрашивать-то больше не у кого. И у меня правда были кое-какие мысли по этому поводу. Только очень уж глупые. С шерифом такие идеи я бы точно не стал обсуждать.

— Я понимаю, что выводы могли показаться вам странными. Но в мире много странных вещей, милорд. Иногда реальность отличается от наших представлений о ней. Как вы считаете, что может убивать подобным образом?

Она выделила это вот «вы» — ну, чтобы я до конца осознал, как важно для нее мое невероятно ценное мнение. Хотя черт его знает, может, и правда важно. Может, я на самом деле прав, и это вовсе не бред.

Леди ждала, прикусив нижнюю губу. И я решился.

— Я думаю… Если бы такое животное могло существовать… Я бы предположил, что нападения совершаются с воздуха. Это объясняет и отсутствие следов хищника, и характер ранений — они в верхней части корпуса. Словно сокол падает на дичь — если, конечно, допустить существование сокола таких размеров, чтобы он мог унести коня.

Я замолчал, ожидая реакции. Не нужно было говорить. Какой еще сокол? Дурацкая идея.

Ведьма еще пожевала губу, накручивая на палец пыльный локон, задумчиво кивнула.

— Думаю, можно допустить. Просто-таки запросто. Вы не проводите меня к месту трагедии, милорд?

— Зачем? Вы хотите увидеть лошадь?

— Ответы на некоторые вопросы можно найти лишь там. Если вы не можете сопровождать меня лично, дайте поручение кому-то из стражи.

Да, конечно. Чтобы тебя там же и сожрали — а потом Паттишалл меня сожрал. Живьем, без соли и уксуса.

— Подождите, миледи, мне нужно доложить шерифу.

Паттишалл все еще сидел в зале, прихлебывая вино с самым задумчивым видом. Вот везет же человеку. Ростом с вершок, дохлый — соплей перешибить можно, а важности, как у короля.

— Что еще? Вы потеряли тела, Денфорд?

— Нет, милорд. Леди их осмотрела, как и хотела. Теперь она желает поехать в лес.

— И что же? Вы ведь помните дорогу. Проводите ее. Дамам полезно гулять на свежем воздухе.

— Милорд… Вы действительно думаете, что это разумно?

— Не имеет значения, что думаю я, Денфорд. Важно, что думает принц Джон.

— Вы верите, что леди де Бов могущественный маг?

— Я вообще не верю в магию, Денфорд. Но при этом я встречал человека, который одним лишь возложением рук останавливал кровотечение из раны. Конечно, такие фокусы трудно назвать великими чудесами. Современным чародеям далеко до Соломона Аль Хазреда. Но и я не Самсон. Библейское величие осталось в прошлом, Денфорд. Если эта девица щелчком пальцев испепелит чудовище — что ж, я буду изумлен, но изумлен приятно. Это избавит меня от многих проблем. Если нет… Это ее трудности, не мои. Пускай сама объясняет принцу Джону, почему не смогла справиться с поручением. Его высочество весьма вспыльчив. Впрочем, думаю, женщине будет легче вымолить прощение. Ей доступны способы, к которым мужчины не могут обратиться.

Я попытался представить себе эту сову-хромоножку, соблазняющую монарха, и фыркнул. Зря.

— Вы еще тут, Денфорд? Выполняйте же! Везите эту ведьму в лес, там ей самое место.

Спутником леди де Бов оказалась весьма приятным. Она хорошо держалась в седле и молчала. Не знаю, кто как, но я лично большего от женщины и не жду. Так что мы в тишине тащились по высохшей уже дороге, а зависшее в зените солнце жарило, как кузнечный горн. Стянув шлем, я взъерошил потные волосы.

— Не советую.

— Думаете, если меня совсем развезет от жары, будет лучше?

— Думаю, что вы были правы — хищник действительно атаковал сверху. А так уж случилось, что у большинства людей сверху — голова. Дайте сюда этот котелок, — де Бов выдернула у меня шлем, потрясла в воздухе с сосредоточенным лицом и вернула. — Не благодарите.

Подкладка была сухой. Абсолютно. Я молча напялил шлем обратно на голову, изо всех сил делая вид, что ничего такого уж неожиданного не произошло. И да, в шлеме изображать равнодушие намного легче.

Впервые в жизни вижу настоящую ведьму. И это ведьма-прачка. Везучий я все-таки парень! Надеюсь, если в лесу мы все же наткнемся на чудовище, леди де Бов сумеет высушить его до смерти.

Лошадь обнаружилась там же, где мы ее и оставили — под кустом. Зверье уже успело над ней поработать, но ситуацию это не слишком изменило. Ведьма исследовала падаль, особое внимание уделив следам зубов, и пожелала видеть прогалину, на которой мы нашли трупы. Переться в лес, собирая штанами репьи, мне совсем не хотелось — но просьба дамы, мать ее. Рыцарь не может игнорировать просьбу дамы — особенно если она подтверждена приказом сюзерена. И мы потащились в лес.

Леди де Бов шла медленно, осторожно выбирая, куда поставить ногу. Я плелся рядом, любезно отводя ветки, и думал, что уже давно пора обедать. А кое-кто даже толком и не позавтракал.

— Вот тут мы их и нашли. Купец лежал здесь, — я ткнул пальцем во втоптанную траву. — Телохранители — вон там.

— Да, спасибо. Отойдите, пожалуйста, в сторону — от вас фонит.

Я как дурак вернулся к деревьям. Леди де Бов раскинула руки, забормотала что-то ритмичное и пошла по поляне, иногда замирая на месте. Глаза у нее были закрыты. Все же действительно ведьма. Ни разу о траву не зацепилась и носом землю не пропахала. Магия, да и только.

Ведьма долго топталась по прогалине. Поначалу это было любопытно, потом надоело. Духи мертвых не появлялись, демоны тоже. Я привалился к дереву, сорвал лист и прикусил черенок. Во рту стало терпко и горько. Вверху, прямо надо мной верещала птица — видимо, обещала все смертные кары тому, кто посягнет на ее гнездо. Товарки с других деревьев поддерживали ее дружным визгливым хором.

Не знаю, почему я ничего не заметил. С ведьмой все ясно. Ведьма по горло была занята своим колдовством. Со стражников тоже спрос маленький: остолопы — они остолопы и есть. Но я? Как я мог проворонить? Я посмотрел вверх, только когда на землю упала тень и ветер хлестнул траву. И увидал эту дрянь. Здоровенная, как овин, тварь, завернув над прогалиной круг, поперла вниз. Я заорал — кажется, заорал. Матом. Кажется, матом. И рванул через поляну к ведьме. Толканул в спину, отбрасывая в сторону, размахнулся и шарахнул мечом по чешуйчатому рылу. Клинок завибрировал, кисть онемела, а тварь, оскорбленно взревев, взмыла вверх, заходя на второй круг. Несколько арбалетных болтов ударило в чешую и, кувыркаясь, отлетело в сторону.

— Под деревья! Все под деревья!