Очарованный красотой - Патриция Пелликейн

– Я не нахожу никаких повреждений.

– Я же сказала вам, что лишь слегка оступилась, – чуть слышно промолвила Фелисити, не в состоянии унять дрожь в голосе. Хорошо еще, что было темно и он не видел, как она покраснела.

– Болит? – спросил Джаред, легонько поворачивая ее ступню.

– Нет, уже не болит.

– Вас проводить в дом? Я могу даже отнести вас на руках.

– Не стоит, я уверена, что дойду сама.

– Это займет не больше минуты, и с такой легкой ношей я…

Фелисити прервала его:

– Дело в том, капитан Уокер, что я вышла сюда, чтобы побыть немного одной.

Джаред насупился. Нет, эта дамочка совершенно сбила его с толку. Он уже не сомневался в ее намерениях, как вдруг она по неизвестной причине передумала.

Джаред принялся шарить по земле, полагаясь в этой темноте только на осязание.

– Что вы делаете?

– Ищу трубку.

– Здесь? Сейчас?

– Но я ведь здесь ее обронил. Где бы вы хотели, чтобы я разыскивал ее?

Фелисити чуть не сказала: «В Китае», но в последний момент удержалась. Не стоило вселять в этого капитана лишние подозрения.

Тут она вздохнула, поняв, что напрасно так волнуется. Если Брайан или Джошуа пришли раньше обычного, то непременно услышали их беседу и исчезли.

Сама Фелисити даже не заметила своего вздоха, но Джаред не пропустил его мимо ушей и, не спросив разрешения, присел рядом с ней:

– И все-таки что-то у вас случилось. Почему вы такая уставшая?

– Уже поздно.

Джаред с пониманием кивнул. Действительно, здоровье у некоторых женщин намного деликатнее, чем у остальных.

– Вам надо лечь в постель.

– Так я и сделаю. Вы уже нашли свою трубку?

Джаред улыбнулся и похлопал себя по карману.

– Можете покурить, я не возражаю, – сказала Фелисити, – табачный дым напоминает мне об отце.

Джаред полез за кисетом.

– И где же он теперь?

– На Мартинике.

– А почему вы к нему не поехали?

– Я хотела, но отец настоял на том, чтобы я осталась дома. Учитывая, что идет война, он счел это путешествие слишком опасным.

Они немного посидели в молчании, лишь Джаред время от времени попыхивал трубкой. Он из последних сил напрягал мозги, придумывая хоть какую-нибудь тему для разговора.

– Тут очень красиво, правда?

Фелисити кивнула.

– И ночь теплая.

Она опять кивнула.

Вдруг, глядя на нее сквозь дым, капитан рассмеялся:

– Представьте, а я вас видел позади дома. Мне показалось, что вы вышли прямо из стены.

– Как? – неожиданно для самой себя воскликнула Фелисити и почувствовала, что сердце ее бешено забилось. Так вот почему он тут? Неужели он добивался позволения остаться рядом с ней, чтобы выведать ее тайну?

– Я говорю, было такое впечатление, будто бы вы прошли сквозь стену. Должно быть, это из-за дыма. – Джаред снова усмехнулся своей дурацкой фантазии. – А представляете, каково это, уметь проходить сквозь камень?

– Знаете, я, кажется, никогда не думала об этом.

– Неужели в детстве вас ни разу не запирали в комнате?

– Ну, наверное, запирали. – Фелисити сама не понимала, что говорит.

– Ну вот. А ведь в подобных случаях так хочется покинуть свою темницу, да еще чтобы родители ничего не узнали, правда? И как же иначе избавиться от наказания, если не умеешь проходить сквозь стены?

Фелисити перевела дух. Теперь-то она понимала, что проявила излишнюю подозрительность. Она с облегчением рассмеялась, осознав, что у британского капитана нет ключа к ее тайне.

– Но прошло уже столько времени с тех пор, когда я была ребенком.

Джаред пристально посмотрел на нее, а потом сказал:

– Не так уж и много. А можно еще раз?

– Что именно? Стать ребенком?

Он улыбнулся и почти незаметно придвинулся к ней:

– Нет. Рассмеяться.

Фелисити не могла поверить выражению его глаз. Они были совершенно темными и удивительно притягательными. Она встряхнула головой. Нет, только не притягательными! Может, на него и приятно смотреть, но ведь он англичанин. И этот единственный факт перечеркивал все его обаяние, всю симпатию, которая могла бы зародиться в ее душе к этому человеку.

– Нет? Но почему? – удивленно спросил Джаред. Фелисити не сразу поняла, о чем он говорит, но уже в следующий миг осознала, что он принял движение головы за ответ на свой вопрос, а не на ее собственные, не высказанные вслух мысли.

– Вы же не сказали ничего смешного. Над чем же мне смеяться?

– Вы могли бы смеяться уже потому, что вы хорошенькая девушка, а красавицы всегда должны быть веселы.

Фелисити бросила на него предупреждающий взгляд и пересела подальше, к краю скамейки.

– Ну ладно. Но как насчет того, чтобы посмеяться просто счастью земного существования?

– Думаю, это не слишком-то уместно.

– Но почему?

– Потому что как раз в этот момент так много людей страдают и терпят лишения.

Джаред кивнул:

– Вы правы. – С минуту он подумал, а потом сказал: – Но положим, я расскажу вам смешную историю. Тогда вы развеселитесь?

Фелисити усмехнулась – так он был нетерпелив и настырен. Этот взрослый мужчина на глазах превращался в ребенка. Прожив почти три года под одной крышей с британскими военными, она до сих пор и не подозревала, что англичанин может оказаться таким обаятельным собеседником.

– Это мне, пожалуй, по силам, – ответила она.

Джаред улыбнулся и наклонился ближе, словно собираясь рассказывать по секрету. Фелисити никак не могла побороть свое недоверие и потому снова отодвинулась на край скамьи.

– Вы знаете старшего сержанта Симпсона?

Фелисити кивнула.

– Так вот, похоже, что этого уважаемого офицера не слишком-то жалуют. Во всяком случае, его подчиненные.

Фелисити улыбнулась, ожидая продолжения. В этот миг Джаред, кажется, потерял нить своего рассказа, засмотревшись на ее губы, и девушка решила подтолкнуть его вопросом:

– Ну и что же?

Это чуть не погубило Джареда. Ее дыхание ласково коснулось его лица, и с того момента он не мог больше думать ни о чем, кроме одного: ему хотелось прижаться губами к ее губам и вкусить эту сладость. Только после определенных усилий он сумел привести мысли в порядок.

– И что? Ах да! И тогда один или даже двое из тех несчастливцев, кому довелось служить под его началом, решили, что сержанту следует немного подправить цвет лица.

Глаза Фелисити округлились от удивления.

– Да что вы? Мне он и так кажется слишком колоритным. И нос, и щеки у него всегда такие красные…

– Нет, это не тот колер. Они решили, что ему пойдет загар, причем такой, чтобы напоминал негритянский.

Видя, что Джаред уже с трудом сдерживает смех, Фелисити прикусила губу, пытаясь подавить улыбку.