Белые розы Аризоны - Патриция Нолл

Возможно, он так ведет себя, потому что подчиняется пожеланиям миссис Карр общаться с людьми. Может, удастся воспользоваться этой слабостью? Но прежде всего надо выбраться отсюда.

— Ну как, придумали что-нибудь? — прервал Сет ее размышления.

— По-моему, да. А вы?

Жанна нервно улыбнулась.

— Абсолютно ничего. Так что вы придумали?

— Прежде чем я скажу, дайте слово, что возьмете меня на работу.

— Дать слово?!

— Пожалуйста, прошу вас, не отказывайте мне, — поспешно проговорила она умоляющим тоном, кладя руку ему на плечо, но, ощутив, как он вздрогнул, быстро ее отдернула.

Сет смотрел на нее с негодованием.

— Сначала вы засадили меня в эту каталажку! А сейчас пытаетесь навязать мне свою волю?

Жанна была неприятно поражена. Выходит, она ведет себя не лучше своего отца, нанесшего ей такую обиду. Она покраснела.

— Да нет… что вы… — промямлила она, но неожиданно твердым тоном добавила: — Я просто даю вам возможность изменить свое решение.

— Как великодушно с вашей стороны!

Жанна затаила дыхание. Внутренний голос подсказывал ей, что, подумав, Сет Броуди пойдет на уступки. Только не следует его торопить.

— Сию секунду я не могу вам ничего обещать, но мы поговорим, как только выйдем отсюда.

Лиха беда начало! Ей только этого и надо было.

— Идет, — согласилась Жанна.

— Да, так что вы придумали?

— Есть одна мысль, но вам придется выйти вместе со мной.

— Это не подлежит никакому сомнению, — насмешливо заметил он, поднимая их скованные руки.

— Тогда пошли.

Когда они приблизились к той стороне ниши, что была ближе к главному входу, Сет, нахмурившись, остановился.

— Что вы задумали? Мне не нравится выражение вашего лица.

— Мы знакомы меньше часа. Откуда вам знать, какое выражение бывает у меня обычно?

— Уж наверное, не такое, как у зазывал на сельских ярмарках.

— Вы недалеки от истины. — Она запустила руку в свою объемистую сумку и извлекла оттуда щетку для волос, губную помаду и зеркальце, которое тут же вручила Сету — без его помощи ей было не обойтись. Маленький блестящий квадратик выглядел очень комично в большой загорелой руке, но Сет мужественно держал его перед ней, пока Жанна причесывалась и мазала губы ярко-красной помадой.

Все это время Сет исподтишка оглядывал входящую публику — нет ли среди покупателей знакомых, которые станут свидетелями его позора.

Когда она закончила, он вздохнул с облегчением.

— Что вы намерены предпринять?

— Единственно возможное в наших условиях — стану кокетничать, как Клодетт Колбер в фильме «Однажды ночью».

— То есть будете заигрывать с ни в чем не повинными незнакомыми людьми, чтобы они нас выкупили?

— Именно так. Можете предложить что-нибудь иное?

— Нет. Валяйте! Сдается мне, что я увижу умудренную опытом женщину за работой. Не созвать ли нам здешних служащих — пусть соберут плату за неплохое зрелище.

Не найдя подходящего ответа, Жанна лишь сморщила нос. Много он понимает! Будь она умудрена опытом, разве связалась бы с Майклом? И уж наверняка дала бы понять отцу, что и без его помощи устроит свою жизнь. Опыта у нее, разумеется, никакого — внешность обманчива, — но от матери она, видимо, унаследовала артистический талант и сейчас им воспользуется.

Завидев входившую в магазин компанию веселых подростков, Жанна перегнулась через перила площадки и, призывно улыбаясь, закричала:

— Привет, мальчики! Сегодня на вашу долю выпало счастье!

Сет за ее спиной недовольно хмыкнул.

Глава вторая

Веселые мальчики, пошарив в карманах, с шутками и прибаутками внесли требуемый выкуп, не переставая острить и смеяться по этому поводу. У Сета тем не менее был такой вид, словно он готов провалиться сквозь землю. А тут подоспели оба «полицейских» с очередными жертвами и, без конца извиняясь и благодаря за поддержку, отомкнули наручники, сковывавшие Жанну с Сетом. Спустя двадцать минут они уже стояли на парковке около грузовичка Сета, предусмотрительно отогнанного сюда одним из «полицейских».

Сейчас все приключение уже казалось Жанне забавным. Облака тем временем затянули небо, преградив путь яростным лучам солнца, жара чуть спала, да и после пребывания в кондиционированном торговом зале Жанна чувствовала себя намного лучше. Наконец-то она смогла оглядеться.

Городок располагался в окруженной горами долине, образованной рекой Джила. Сразу за шоссе простиралось зеленое поле, скорее всего хлопковое. По дороге сюда Сью успела ей сообщить, что в этих местах хлопок — главная культура. Прекрасный пейзаж, подумала Жанна, особенно когда тебе не угрожает солнечный удар.

Сет отпер дверь кабины грузовика, выдернул оттуда ее чемодан и забросил в кузов. А ведь мог швырнуть на землю! Обрадованная сверх всякой меры, Жанна с трудом удержалась от ликующего возгласа. Она откашлялась, откинула волосы, падавшие ей на лицо. Несмотря на плотную завесу облаков, она снова обливалась потом в своих шелках.

— Вы сказали, что мы поговорим позднее. — Сердце у нее стучало, как молот о наковальню, но ей было невтерпеж. — Я вызволила нас из этой мышеловки. Так вы берете меня на работу?

— Покоя от вас нет, — пробормотал он, сдернув шляпу с головы и проведя рукой по волосам.

— Сейчас, по-моему, счет один — ноль в мою пользу. Если бы я растерялась, мы бы так и сидели там взаперти.

— Куда попали исключительно по вашей вине, — напомнил он весьма неделикатно. Но, заметив обиду на ее лице, спросил со вздохом: — Что вы умеете делать?

Да ничего, но не станет же она ему это рассказывать! Лучше ответить вопросом на вопрос:

— А что умеет делать Сью?

— Ну, — пожал он плечами, — за ее спиной годы домашней работы. Эмми стала договариваться со Сью, потому что когда-то была знакома с ее матерью. И после телефонного разговора с ней была уверена, что та справится со всеми нашими делами.

«В отличие от тебя, рыжей избалованной девчонки из Калифорнии, которая кстати и некстати встревает в разговоры, навлекая на себя неприятности, и отчаянно флиртует с незнакомыми молокососами». Жанне казалось, что она читает его мысли.

— Так вы мне не ответили — что же вы умеете делать? Прежде всего, сможете ли вы стряпать?

— Смотря что… — Жанна никогда не стряпала в полном смысле этого слова, но прекрасно пекла. Кондитер ее матери, единственный из всех их слуг, кое-чему ее научил. Но разве так уж трудно научиться готовить еду?

Уборкой дома Жанна, естественно, никогда не занималась, но ведь и это не Бог весть какая наука! Будучи столько лет невольной свидетельницей работы горничных в семье, она по ловкости наверняка не уступит ни одной из них.