Духовный фактор в деятельности и творческих способностях - К. Макарова

1) реактивное, осуществляемое по типу реакции на изменение среды;

2) целенаправленное, осуществляемое как деятельность. Преобразующее поведение также делиться на два подтипа:

1) творческое, создающее новую среду, иначе – конструктивная активность;

2) разрушение, дезадаптивное поведение, не создающее новую среду, а уничтожающее прежнюю.

Из такой классификации ясно прослеживаются различия между творчеством и деятельностью.

Деятельность, по его мнению, всегда побуждается осознанными мотивами, средствами и целями и заканчивается реализацией этих целей, тогда как творческий акт характеризуется рассогласованностью цели и результата, программа выполнения – спонтанной активностью и самоорганизацией.

Любое созидание нового строится из материального внешнего мира в процессе деятельности человека, поэтому истинные и положительные знания служат для него преемственной основой. Выход за пределы сложившегося опыта неизбежен и в немалой степени обеспечивается воображением. С одной стороны, воображение – это рекомбинация прошлых образов и понятий, с другой – любая догадка и прогнозирование содержат элементы фантазии и воображения. Через фантазию и воображение будущее влияет на настоящее, человек строит предположения и гипотезы новых образов познания. А. В. Брушлинский отмечает: «Влияние настоящего на прошлое – это, в частности, преобразование низшего (прошлого) в составе высшего (настоящего) характерно для всякого развития. Возможно, что чем „больше“ настоящее оказывает обратное влияние на прошлое мышление, тем „более“ творческим является процесс. Вероятно, это может быть одним из критериев творчества (мышления как процесса) <…> В ходе мыслительного процесса будущее – через «механизм» мысленного предвосхищения – влияет на настоящее, на протекающие в данный момент стадии познавательного процесса» [41].

Своеобразие психического развития индивида обусловлено мерой полноты и глубины проникновения во всеобщую, общественную сущность окружающих предметов. Универсальность человеческой деятельности, пронизанной предметными фрагментами культуры, придает этим фрагментам крайнюю неопределенность и тем самым – проблемность для овладевающего культурой индивида. Силой воображения вычленяются те свойства, которые специфичны для данного объекта и адекватны его природе. В воображении наиболее рельефно проявляется его сущностная созидательная, конструктивная направленность, сообщающая импульс творческого становления всему ансамблю психических функций общественного человека [139]. Таким образом, творчество осуществляет выход за пределы существующих возможностей, создает новые возможности для деятельности человека (Г. С. Батищев [22], А. В. Брушлинский [44], Н. Г. Кристостурьян [134], Э. Д. Телегина [259]).

В психологическом анализе любой деятельности важнейшее место принадлежит мотиву и цели. «Мотив и цель образуют своего рода „вектор“ деятельности, определяющий ее направление, а также величину усилий, развиваемых субъектом при ее выполнении. Этот вектор выступает в роли системообразующего фактора, который организует всю систему психических процессов и состояний, формирующихся и развертывающихся в ходе деятельности» [158].

Творческая деятельность может стимулироваться как извне, так и изнутри. Она может давать ответ на поставленную проблему, а может возникнуть по «внутренней потребности высказываться», реализовать ранее накопленный опыт [27].

Мотивация является одним из важных факторов, от которого зависит эффективность поведения. Имея равные способности, но разную мотивацию, можно проявить разные уровни продуктивности в деятельности.

Очень часто процесс выбора цели опосредует влияние мотивации на результаты деятельности, целью мотивации человека часто оказывается не существующий материальный объект, а определенный уровень исполнения или результатов. Когда организм не имеет врожденных схем для осуществления направленной адекватной реакции, мотивация помогает определить конкретное направление с помощью ориентиров внешней среды [194].

М. Г. Ярошевский определяет внутреннюю мотивацию как противоречие внутри познавательного поля между тем, что уже формализовано, и тем, что надлежит формализовать [307].

Основой любой мотивации являются потребности. Потребность – внутренний стимул всякой жизнедеятельности [102]. Изучением структуры потребностей занимались многие известные психологи: А. Маслоу [Maslow, 313; 314], Б. Ф. Ломов [158], П. В. Симонов [243; 244], Ш. Н. Чхартишвили [286], В. Д. Шадриков [287] и другие.

По мнению Б. Ф. Ломова [158], «…потребности относятся к категории интегральных свойств человека, они как бы „пронизывают“ всю систему психического, все уровни психики, ох-ватывая и биологические, и психологические, и социальные его характеристики». А. Маслоу различает семь групп мотиваций.

1. Физиологические потребности (голод, жажда, сон, территория, активность, приток стимулов).

2. Потребность безопасности и сохранения от повреждений.

3. Потребности любви и принадлежности к группе.

4. Потребности в уважении, в доминировании.

5. Познавательные потребности.

6. Эстетические потребности [313].

7. Потребности самореализации личности (успех, самосознание, самооценка, выявление творческих потенций).

Потребности более высокого уровня могут мотивировать поведение лишь при условии удовлетворения потребностей более низкого уровня. Самоактуализация, выражающая сущность человека, не всегда является реальным мотивом.

У большинства людей оказываются неудовлетворенными потребности более низких уровней.

П. В. Симонов [243] классифицировал потребности на биологические, социальные и идеальные.

1. Биологические и производные от них материальные потребности в пище, одежде, жилище, технике и т. д.

2. Социальные потребности, принадлежащие социальной группе и занимающие в этой группе определенное место.

3. Идеальные (духовные, культурные) потребности познания в самом широком смысле: познания окружающего мира и своего места в нем, познания смысла и назначения своего существования на Земле.

Перечисленные группы потребностей, в свою очередь, образуют две разновидности: «потребность нужды» и «потребность роста». Обе разновидности обусловлены диалектикой сохранения и развития, присущей процессу самодвижения, в том числе и человеку. Так называемая потребность творчества относится П. В. Симоновым к разновидности «потребности роста».

В. Д. Шадриков [287] выделяет три категории потребностей: материальные, духовные и социальные. Но наряду с ука-занными, по его мнению, существуют потребности, которые являются как бы синтетическими и включают элементы духовных, материальных и социальных потребностей. К ним он относит потребность в труде.

Близким по механизму к состоянию мотивации является духовное состояние, которое предполагает «активное включение в процесс постижения истины подсознания, установление коммуникативной связи сознания и подсознания и тем самым резкое расширение информационной базы понимания проблемы, эмпирической активизации, переключения эмоции с режима блокирования на режим „энергетической подпитки“ гармонирующей личности, устранения противоречий с окружающей средой…» [292].

Существует мнение Ш. Н. Чхартишвили [286] о том, что все человеческие потребности сводятся к активности, к упражнениям, использованию функциональных систем организма. Он полагал, что, тренируя перцептивную активность органов чувств, можно выработать потребность в притоке сенсорной информации.

В процессе исторического развития человек изменяет свое поведение, вырабатывает его новые формы. «Многие сложности поведения человека проистекают из сложности его окружения, из его поисков удачных решений…», отмечал Г. Саймон [235].

Каждый человек имеет собственную когнитивную направленность и конструирует субъективную реальность самостоятельно в меру собственного понимания. Понимание всегда является мотивированным процессом, в котором осознаются противоречия между сложившимися мыслями, выводами и новыми фактами и положениями. Оно является активным отражением предметов в их связях и отношениях [127].

Вместе с изменением и обогащением предметного содержания потребностей человека происходит изменение и форм их психического отражения, в результате они способны приобретать идеаторный характер и становиться психологически инвариантными. С развитием духовного производства формируется особый вид потребностей – предметно-функциональных (в труде, в художественном творчестве), то есть высших потребностей, способных перевесить даже фундаментальные витальные [148]. В проблеме целеобразования объединены многие аспекты мыслительной деятельности: познавательный, потребностно-мотивационный, эмоциональный. Знание о некотором будущем результате есть цель. Это знание только тогда становится целью субъекта, когда оно приобретает личностный смысл и соответствует мотиву его деятельности. Личностный смысл и, в частности, цель первоначально презентируются сознанию в форме эмоционального переживания.