Возвращение эпохи драконов - Юлия Диденко-Абраменко

Через некоторое время дверь открылась. Первым вышел старый мужчина в длинной фиолетовой накидке с посохом, наверху которого сидел генерельский сокол, в дикой природе счет перешел на единицы. В живую увидеть эту птицу удавалось не многим. Старик — Холун, являлся старейшиной совета. За ним проследовали остальные члены совета и наследники. Принц сразу направился к Аттарту.

— Идем отсюда быстрей, а то я за себя не ручаюсь. Как все прошло? — Апинсол быстро зашагал к выходу.

— О, мой принц, как вы можете спрашивать? Или вы сомневаетесь в своем слуге?

— Могу, могу. — Принц нервно развернулся и указал пальцем на дверь зала. — Я был уверен в победе, а теперь что? Вместо коронации будет еще совет с голосованием.

— Вы раздражены или испуганы?

— Я опасаюсь свою сестру. Она — хищница, все сделает, чтобы добиться своего. Ну, ничего, мы тоже кое-что можем, — и, перейдя на шепот, добавил: — Ты нашел Нарицателя?

— Конечно, повелитель, — сказал Аттарт, придерживая рукой входную дверь, чтобы принц мог выйти. — Направо, сир, за углом ждет карета.

Двое мужчин быстро прошли по тротуару и свернули за угол, где, действительно, ждала карета, запряженная четверкой лошадей. Как только милорд и принц сели в нее, лошади резко тронулись, набирая ход по широким улицам Шандорса.

— Я и не думал, что ты так быстро найдешь нужного человека. Аттарт, ты молодец, — Апинсол улыбнулся. — Отец меня учил, что нужно всегда иметь запасной вариант.

— Мои люди везде, от меня ничего нельзя скрыть: ни правду, ни ложь. Вы сами прекрасно знаете один действенный метод, развязывающий язык любому, будь то простой холоп или Нарицатель.

— Насколько я понял, это бывший Нарицатель. Его отлучили за предательство?

— Мой принц, бывших не бывает. Он всегда, что бы ни сделал, будет служить высшей власти правителя и его подданным. Пусть даже и живет с женщиной, душа Нарицателя всегда остается в Хранилище. Это часть его награды или больше похоже на проклятия Веры. — Милорд выглянул в окно и произнес: — Вот мы и приехали.

Карета остановилась перед маленьким старым домом на окраине города. Ограды вокруг жилища не было, возле него лишь росли давно отцветшие цветы однолистника. Семена этого растения уже созрели и могли при любом дуновении ветра упасть на землю, чтобы дать новое поколение удивительно красивых лечебных цветков. Их можно использовать при различных заговорах и для приготовления зелья молодости. Но так как всякое зельеварение и колдовство были запрещены на территории города, кроме здания Совета, цветки никто не трогал. Вылезший из кареты Аттарт сорвал верхнею часть растения и, посмотрев на упавшее семечко, усмехнулся. Он помнил времена, когда за один листок такого растения заплатили бы большие деньги. И если бы Нарицатель жил несколько десятков лет назад, то мог бы сколотить состояние с этой маленькой плантации у дома. Но, к сожалению или счастью, те времена прошли. Теперь за однолистник можно получить лишь удары плетью и тюремное заключение. «А деньги Нарицателю не помешали бы», — подумал милорд, глядя на старый, уже осевший дом.

Вместо черепицы крышу покрывала солома, окна были маленькими и узкими, а в некоторых местах в стенах виднелись трещины. Один из стражников толкнул дверь ногой, милорд и принц прошли внутрь дома. Апинсол сразу скривился, сделав несколько шагов подальше от стен, он брезговал к чему-то прикасаться. Внутреннее убранство дома находилось в таком же состоянии, как и внешнее. Аттарт напротив спокойно сделал несколько шагов, взял стул, постучал им об пол и, поставив перед собой, сел. Перед ним за столом находился грязный и немощный старик, лицо которого скрывал капюшон. Нарицатель что-то бормотал себе под нос, водя пальцами по пыльному столу и рисуя непонятные знаки и иероглифы.

— Привет, Гор — Нарицатель. Как поживаешь? — спросил милорд.

— Он не Нарицатель, — закричала женщина, неожиданно появившаяся из другой комнаты, и замахала руками. — Уходите, а то беду накличете.

— Выведите ее, — приказал Аттарт. — У нас серьезный разговор, да, Гор — Нарицатель?

— Значит, ты все-таки решил прийти? — захрипел старик, поднимая глаза на принца.

Апинсол чуть не задохнулся от застывшего в горле комка воздуха, когда увидел глаза старика. Что-то неестественное было в этих старых, пропитанных сыростью и нищетой, серо-голубых глазницах. Старик пронизывал взглядом насквозь, заставляя содрогаться все тело. Хотелось развернуться и убежать, только бы не находиться рядом, не смотреть в эти бездонные очи. Глаза Нарицателя, так же, как и он сам, были давно мертвы. Нет, не физически, а духовно. Мурашки пробежали по телу принца, и он отвел взгляд.

— Я расскажу все, что знаю… — начал старик.

— Разумное решение, — перебил его милорд.

— Но… — продолжил Нарицатель. — Вы должны знать, что если найдете то, о чем спрашиваете, то этот предмет может привести к великому хаосу. Только истинный человек Силы способен сдерживать ту мощную власть, которая сокрыта в этой вещи.

— Хватит пугать. Рассказывай.

— Хорошо, — старик вздохнул. — Я знаю не так много. Служителем Хранилища находился недолго, и меня посвятили не во многие тайны нашей истории. Но то, что узнал, оказалось достаточно, чтобы навсегда забыть о спокойной и мирной жизни с любимой женщиной. Я понял: то, что преподают в школах, — ложь. Все, что мы знаем, — ложь…

— Старик, давай без лирики, — крикнул принц.

— Кому, как не вам, принц, известен вкус власти. Что вам еще нужно?

— Не твое дело, говори. — Апинсолу хотелось побыстрее выбраться из этого старого, пропитанного сыростью и гнилью места.

— Хорошо, мой принц. Я скажу… На третий год моего пребывания в Хранилище мне доверили перебирать старые свитки сражений. Они перемешались, и я должен был их рассортировать. Такого количества рукописей, никогда не видел. В момент работы, я наткнулся на описание сражения на Дивном поле. Это и сражением нельзя назвать, как описывал свиток, истребление врагов. В одно мгновение все войско противника превратилось в туман, густой белый туман. Притом, что в лагере не находилось ни одного волшебника.

— Кто же способен на такое? — спросил милорд.

— Я говорил вам о могущественной силе, но дело в том, что в свитке не рассказывалось об источнике. Только влияние, которое он оказал на врагов.

— Что, вообще никакого намека?

— Я пытался узнать у Старцев, но мне сказали, что ради безопасности людей нужные свитки спрятали.

— Значит, они есть, — восторженно произнес Аттарт. — Уже хорошо. Сможешь пересказать, что написано в свитке?