Писатели — искатели приключений - Николай Бичехвост

И предложил издательству в Волгограде переиздать имеющийся у меня роман Г. Ферри 1900-го года издания «Лесной бродяга». Так, в 1993 году, впервые в Союзе ССР появился немалым, стотысячным тиражом, этот старинный бестселлер, который мгновенно разошелся. И если вы обнаружите его на своей книжной полке, в яркой обложке, то на первых страницах вас встретит мое предисловие об авторе, а чтение романа подарит вам много прекрасных минут.

Габриэль Ферри, находясь в расцвете творческих сил, подарил миру восемь томов своих прекрасных произведений, доставивших ему заслуженную славу. Среди не переведенных на русский остается такой уникальный роман о России, как «Погоня за казаками», из эпохи борьбы с наполеоновским нашествием.

Старинные литературоведы отмечали, что «В лице Ферри французская литература утратила одного из лучших представителей изящного слога, которым написаны все его произведения, отличающиеся глубоким драматизмом и правдивостью».

Вот и думаю я, а может вдруг кто-то из донских или волгоградских меценатов- книголюбов продолжит благое дело и порадует нас изданием историко-приключенческого бестселлера, «Погоня за казаками», широко известного читающему миру.

Ведь у того, кто прочитал хотя бы одну книгу Габриэля Ферри, имя этого певца приключений и романтики будет звенеть в душе всю оставшуюся жизнь!

Русские мальчишки и Луи Жаколио

И вот опять я в родном селе Новокиевка, затерянном в степных глухих просторах.

Брожу по берегу любимого пруда,(боже, каким большим казался он раньше), и на заросших улочках и в садах стараюсь безуспешно найти следы своего босоногого детства.

Ау, где ты друг мой, школьный забияка и хулиган Николай Голенов, наши самодельные луки и стрелы и книжки затрепанные, любимого Майн Рида, Жюля Верна и Луи Жаколио?! Мы с восторгом с тобой выхватывали на полках сельской библиотеки эти приключенческие издания, и, конечно же, «Берег черного берега и слоновой кости», этого самого Луи Жаколио.

А теперь, присев на плотину пруда, я чуть не вздрогнул, вспомнив, как среди огромных лопухов, мы, пацаны, после ожесточенных схваток на деревянных шпагах, дружно обнявшись, оплакивали детскими слезами гибель героев «Виконта де Бражелона». Вот так я, человек с седыми висками, встретился здесь, с детством своим.

Здесь мы замирали над «Квентином Дорвардом» Вальтера Скотта, «Островом сокровищ» Р. Л. Стивенсона…

Но именно писатель Луи Жаколио сразу запал в память детства моего. А затем жизнь-учеба в городе юности Саратове, геологоразведочном техникуме, в юридическом институте. Она привела меня к редчайшим книгам основателей мирового приключенческого жанра, в том числе Луи Жаколио. Ибо там, на роскошных старинных книжных развалах Саратова-купеческого я окунулся в прекрасный мир «старых романтиков» предреволюционной России. Там я впервые, и с трепетом, взял в руки эти раритетные издания.

И вот сейчас, через три десятка лет службы прокурорской моей, задумываюсь я, а кто же оказал наибольшее влияние на наше детское воображение и формирование характера?

Вернулся в Волгоград — и перечитал залпом все романы Жаколио, и раскрыл папку о нем, которую десятилетиями собирал по крохам. И убедился, что не случайно мы с Николаем и другие мальчишки так увлекались этим писателем и его собратьями по перу.

Кем же он был, этот мэтр неумирающего жанра? Оказывается, сведения о жизни его очень скудны. Но неоспоримо, что Луи Жаколио, сам, отважный путешественник и исследователь, был одним из самых популярнейших авторов молодежи России конца 19-го и начала 20-го века.

Зацепкой к моему литературному расследованию послужило то, что в послесловии к «Берегу Черного дерева и слоновой кости» — этому единственному послевоенному 1958 года изданию, были указаны и другие романы Жаколио.

Но беда в том, что его книги, как «В дебрях Индии» либо «Затерянные в океане» выпускались-то у нас до революции, и их было не сыскать днем с огнем. Однако могли издаваться и другие его книги, и в другое время, и на языке автора, французском?!

Ведь Жаколио родился в городке Шароле и скончался во Франции(1837–1890). Хотя большая часть жизни его прошла вне родины, и он провел долгие годы в Африке, Америке, Индии. Будучи юристом, (а я колхозный пацаненок-книгочей, не мог даже мечтать, что тоже стану юристом), Жаколио занимал судебные должности во французских колониях. Возвратившись, домой, опубликовал множество книг, в которых занимательно описал свои удивительные приключения. Он был необычайно плодотворным писателем.

Теперь я, уже опытный правовед, разыскал генеральный каталог французской библиографии от 1929 года издания, и обнаружил в нем более сорока произведений Жаколио, опубликованных с 1868 по 1894 годы, но во Франции. Вот это была находка!

Но издавались ли хоть часть их в России? Тогда наладил связь я с Российской Академией Наук и ее необъятной библиотекой.

Ответ был ошеломляющий: первое и единственное, полное собрание романов этого автора, в 18–ти книгах, выпустил в Санкт-Петербурге в 1910 году издатель литературы приключений П. П. Сойкин.

Быстренько восстановил я переписку с таким же одержимым книголюбом в Саратове Мишей Ланьковым. Напомню, то было время жесткого партийного диктата. Миша работал в горкоме партии, а я в прокуратуре, и сие могло повлечь последствия. Но благодаря ему, и переплачивая, получил я через Москву это дореволюционное собрание сочинений Жаколио, в ксерокопиях. Старые книголюбы помнят, что по тем временам это было формально запрещенное деяние. Я знал, что в Волгограде таких книг ни у кого не было. Теперь я был «крезом», держателем редкостных романов!

Итак, француз Жаколио в колониях интересовался жизнью, бытом, непознанной религией, обычаями экзотических стран.

И если прочитать все его романы, то перед нами открывается огромный и потрясающей мир. Увы, в старой России была издана, и до сих пор, их лишь самая малая толика. Но лучше не скажешь, чем в рекламе его романов, на 1910 год, в качестве приложения к широко известному в России журналу «Природа и люди».

Я разворачиваю сей комплект: «Мы остановили свой выбор на этом романисте, потому, что он, как никто другой, обладает тайной счастливо сочетать в своих романах глубокое знание природы и людей с захватывающим интересом фабулы, научную правдивость — с изумительным даром увлекать читателя драматическими приключениями своих героев.

Этот волшебник пера умеет так искусно втянуть вас в свое повествование, что вы не в силах оторваться от чтения, словно вы сами были участником всех этих трагических приключений.