Попаданка божественного предназначения (СИ) - Наташа Фаолини

Мужик не растерялся, хотя стоял довольно долго, собираясь с мыслями. Все остальные, как всегда, молчали, прислушиваясь к нашему диалогу.

— Меня зовут Калебирс из Галионской ветви правителей Северного Эрнела. Мне четыреста двадцать три года, сын почивших в великом сражении четыреста лет назад Линдорила и Бейнлот Галионских. Мой отец сражался в том восстании, как настоящий представитель, а я его истинный сын.

Голос Калебирса звучал, как сталь, непреклонность в своей гордости за родителей сквозила в каждом слове.

Я подошла к императору, положив руку на широкое плечо, провела по нему ладонью, одновременно проверяя шелковистость кожи подушечками пальцев. Плечо вздрогнуло от моего скромного прикосновения. Мужчина больше не говорил, но я чувствовала, как гулко бьется его сердце, запертое внутри тела, как в темнице.

— Снимай штаны, — проговорила еле слышно, Калебрис напряженно сглотнул, — мне нечем прикрыться, — добавила, решив не тянуть интригу.

Мужчина тут же потянулся к завязкам на своих штанах, незамедлительно снял, и протянул мне, без возмущений и пререканий. И так же невозмутимо вернулся в строй.

А я старалась не смотреть на его наготу, натягивая на озябшие ноги широкие штаны. Хоть они мне и сошли бы за комбинезон по размеру, все равно лучше отжать у кого — то еще одни. Для сооружения чего — то похожего на завязанный топ, надежно закрывающий грудь.

Отправилась с этой мыслью в конец строя, к смуглому красавчику, который за время моего бодрствования стоял скалой практически в конце ряда и дышал через раз, задумавшись о чем — то своем.

Посмотрела на его лицо с высоты своего роста, пришлось задирать голову так, что шея вновь начала ныть. Я ему макушкой едва до грудной клетки доставала.

Как — то совсем неловко стало у него штаны просить.

— Как тебя зовут? — решила начать с малого.

— Вы ко мне обращаетесь? — прогремел в пространстве басистый голос черноволосого воина, будто с ним заговорить я точно не могла.

Чтобы дотронуться к его плечу, пришлось встать на носочки. И тут же почувствовала, как мускулы под моей рукой напряглись. Это была единственная реакция на действия.

— К тебе. Расскажи о себе что — нибудь.

Немного собравшись с мыслями, он поведал:

— Меня зовут Резар Эйдегийский, юная леди. Живу уже более тысячи лет и сколько себя помню, всегда был военачальником, спасая задницы империи от завоеваний. Моя магия предназначена для сеяния всепоглощающего хаоса на поле боя, некогда меня называли Кровавым Берсерком, но те времена давно в прошлом, никто больше не нападает на наши земли, они никому не нужны. Плодовитость Эрнела давно в прошлом, а от завоевания новых земель я отказался, наше проклятие превратит весь мир в пустыню, если мы пойдем на это, — на этой части речи он слегка запнулся, — раньше меня не интересовал вопрос семьи и детей, а теперь никто не интересуется мной.

— Сними повязку.

Я подтянула эластичные штаны императора на себе повыше, ожидая действий рассказчика. Очень мне хотелось посмотреть ему в глаза. В любом случае, воин приглянулся больше всех с самого начала, так что заиметь такой экземпляр себе в гарем — просто отлично. Было бы еще все это по — настоящему…

Резар выверенными движениями развязал сильно затянутый узел повязки на затылке. Мое внимание зразу привлекли мужественные черты лица, что теперь можно была разглядеть с точностью. Оказалось, толстый шрам начинался у кончика левой брови. Явно полученный на поле боя, он только украшал обладателя. Выделяющиеся скулы делали форму подбородка неуловимо притягательной. Орлиный нос украшал статное лицо, а крупные брови являли взгляд стальным, уверенным. Таким гвозди можно забивать. Стоящий передо мной не был так сладко красив, как парни с глянцевых журналов, но мужество, что сквозило в каждом вздохе, можно было использовать вместо фундамента здания. Словно воин с картинок в учебнике по истории, не меньше.

Под ярким зеленым взглядом соблазнительных глаз, я почувствовала себя оборвавшимся листиком, подвластным силе притяжения. Возможно, я была на грани того, чтобы не шлепнуться в обморок.

Тем не менее, несмотря на мою явную невозможность скрыть заинтересованность, на лице мужчины не читалось презрения или какой — то насмешки. Резар с интересом меня рассматривал, словно самый простой парень, а не тысячелетний военачальник. Даже показалось, что в зеленом взгляде, на самом дне, промелькнула восторженность, но мимика мужчины оставалась безучастной, словно за эти четыреста лет проклятия, он практически разучился проявлять эмоции.

— Вы прекрасны, — сделал мужчина комплимент, не отрывая от меня тщательного взгляда, — самая красивая женщина, на моей памяти.

Я оробела. Кожа зачесалась под таким немигающим изучающим взглядом. Сама — то еще в зеркало не смотрела, но приятно очень. Тем более что это говорит такой красивый мужчина — кремень.

— Это хорошо, что я тебе понравилась, — хотелось говорить начистоту, но при этом смущалась хорошенько под локомотивным напором. Он вроде бы ничего и не делал, только смотрел, но что — то в этом было… властное.

— Госпожа Азриэлла, — прозвенел сзади напряженный голос Калебирса, — вы еще можете отказаться от союза с Берсерком, повязку снимали не вы, я говорил, Эйдегийцы очень большие собственники, боюсь, вы не справитесь с его ревность по отношению к гарему, что вскоре появится.

Я напряженно вздохнула. С одной стороны, мне гарем не нужен, и этого красавчика хватило бы вполне. Но если смотреть по — другому, не я эти правила придумала. Тем более, почему я во сне должна отказываться от гарема?

— Калебирс, советы твои лишние! Это против правил! — стараясь сдерживаться, рявкнул Берсерк, — пусть сама выбирает!

Зазвенела напряженная тишина. Все снова молчали. И я тоже, собираясь с неутешительными мыслями.

Спустя несколько минут подняла на военачальника сомневающийся взгляд.

— Я не знаю, как лучше, помоги мне, — сдвинула бровки и закусила губу. Ну да, я заигрывала! А что такого?

Резар едва уловимо улыбнулся. И это показалось безумно милым и обаятельным.

— Можешь не сомневаться во мне, буду стараться подавлять главенствующие собственнические инстинкты. Просто выбери меня сейчас. Сочту огромной честью. Не подведу.

— Хорошо, — я улыбнулась в ответ.

Во всяком случае, я и императора знаю точно так же никак, как и Резара, так что выбирать к кому склоняться со своим доверием не вижу смысла.

Подошла к нему и взяла за руку, не зная, как еще обозначить, что теперь он мой. Мужчина же не стал размениваться на робкие милости и подхватил меня на руки, прижимая к груди.

Растерявшись, ухватилась за его могучие плечи, обвивая одной рукой шею, а второй придерживая