В гостях у Лешего (СИ) - Артье Елена

Всю дорогу девушка молчала, обдумывая слова Глории. В чём-то, конечно, подруга права: видимых причин отказываться от этого брака у Катарины не было. Со всех сторон он был выгодным, да только куда деть свою неприязнь? Хотя бы немного симпатии не помешало бы. Не исключено, что она была предвзята и Филипп просто не отвечал её вкусам. Та же Глория находила его симпатичным…

По прошествии нескольких недель после неприятного разговора с родителями Катарина понимала, что рано или поздно ей придётся попрощаться со своей свободой. Не может же она всю жизнь ждать своего принца? Может быть ей так и не придётся познать истинную страстную любовь, о которой пишут в книгах. И что тогда?!

Да и что там скрывать — гормоны в её крови бушевали не на шутку и не один раз она сетовала на свою принципиальность. Ладно, время подумать ещё есть и возможно ей действительно придётся смириться с выбором семьи.

На следующий день, сидя в кресле самолёта, летящего в Россию, Катарина чувствовала, как расслабляются плечи после пережитого напряжения. Наконец-то свобода! Свобода и путешествие! Лёгкостью и предвкушением наполнялись мысли, а сердце неровно постукивало, отсчитывая время, приближающее её к конечной цели. Которая скорее была началом в нечто необычное и увлекательное.

Если бы ещё эту заманчивую картину не портили воспоминания о Филиппе, было бы просто великолепно, но…

"Оставь мои мысли хотя бы на предстоящую поездку…" — обратилась мысленно девушка к своему ненавистному жениху. — "Я приеду и решу, что с тобой делать."

Впервые Катарина настолько остро чувствовала, что именно эта поездка расставит всё по своим местам, поделит её жизнь на до и после…

*Палеограф — специалист по древним рукописям и письменам.

Глава 3. Старшая сестра плохого не посоветует

— Добро пожаловать в Россию! — улыбнулся мужчина на паспортном контроле, отдавая документ потрясающе красивой и ухоженной австрийке. Не по инструкции, но не ответить на игривый взгляд и широкую улыбку он просто был не в силах. Проводив взглядом белокурую гриву волос, округлые ягодицы и длинные ноги в облегающих джинсах мужчина, тяжело вздохнув, вернулся к своей монотонной работе.

Катарина тем временем вовсю крутила головой по сторонам, пытаясь выхватить в толпе встречающих рыжеволосую шевелюру. Ага, вон и она, в сопровождении высокого брюнета, держащего на руках её сладкого мальчика. Такого же солнечного и яркого, как и его мама.

— Кати, дорогая! — кинулась к ней Амелия, как только сестра к ней приблизилась. — Как же я соскучилась!

— Привет, детка! — улыбнулся ей Егор, с трудом удерживая в руках вырывающегося сына, стремящегося оказаться в объятиях любимой тётушки.

— О, Макс, как ты вырос! — восхитились Катарина, с удовольствием обнимая рыжеволосого мальчика. Несмотря на то, что ему было чуть больше года, он её узнал и всем сердцем тянулся к девушке, которую часто видел по Скайпу.

— Пойдёмте, не будем создавать толпу, — сказал Егор, направляясь к транспортировочной ленте. — Катарина, где твои чемоданы?

Девушка оглядела проезжающие мимо сумки и довольно воскликнула, указывая на свой багаж:

— Вон та моя, та и вот эта!

Рассмеялась, смотря на шокированное лицо Егора.

— Ты точно к нам не переезжаешь? По моему, в нашем доме столько шкафов нет, чтобы все твои вещи вместить!

— Не преувеличивай, места хватит! — подмигнула сестре Амелия, следуя за мужем, увешанным чемоданами.

— Ну рассказывай! — заговорщицки сказала Амелия, когда они с сестрой остались одни. Позади остался вкусный ужин, обмен подарками и укладывание ребёнка спать, а теперь настало время для девичьих посиделок в гостевой комнате.

— Да что там рассказывать, — вздохнула Катарина, откидываясь на спинку кресла и поигрывая бокалом вина, — я тебе уже говорила, что отец решил вдруг породниться с Драгенштайнами. Хотя это для меня "вдруг", а они, оказывается, уже давно всё спланировали. Филипп уже несколько лет ко мне клинья подбивает.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И что ты будешь делать дальше? — посочувствовала Амелия. — Ты же понимаешь, что экспедиция — не панацея и тебе всё равно придётся вернуться домой. Нет, конечно, если захочешь — оставайся в России, я буду только рада.

— Да в том то и дело, что не знаю как поступить. Нет, меня конечно напрягает шантаж отца: наследства он, видите ли, меня лишит! Куда ему столько денег, если не на семью свою тратить? Хотя ты знаешь, — решила поделиться Катарина самым сокровенным, — это всё не главное… Я тебе иногда завидую!

— Вот так поворот. Что ты имеешь в виду?

Как объяснить сестре, что сегодня она чуть не задохнулась от нахлынувшей зависти, такого мерзкого и впервые испытанного чувства? Когда она увидела дом, наполненный уютом и любовью… Нежные и страстные объятия влюблённой пары… Ласковые подтрунивания и лучащиеся глаза… Звонкий детский смех, наконец… Вот где создавалось счастье! И мерилом ему было не количество денег или положение в обществе, а любовь и взаимопонимание двух истинных половинок, нашедших друг друга… Как же здорово было наблюдать как её миниатюрная сестра была окружена вниманием и заботой этого высокого широкоплечего мужчины, который по сравнению с ней выглядел, да и был по факту, нерушимой защитной стеной…

— Я учила тебя быть смелой в своих желаниях, бороться за свою любовь! А сама… Мне просто не кого впустить в свою душу, никто так и не тронул моего сердца…

— Ты хочешь сказать, что до сих пор… Так и ждёшь своего принца?! И ни с кем… — ахнула Амелия.

— Ты тоже думаешь, что я ненормальная? — усмехнулась Катарина. — Вот и Глория также говорит. А я… Я не могу себя пересилить и позволить кому-то большее, подарить себя. Не хочу размениваться по мелочам, мне нужно всё и сразу! Это странно, да?

— Это твой выбор, сестрёнка, и я его уважаю. Но… Вот какова вероятность, что ты встретишь ЕГО до своего возвращения в Вену?

— Примерно пятьдесят на пятьдесят…

— Почему это?

— Ну или встречу, или не встречу!

Амелия улыбнулась и покачала головой:

— Ты так избирательна и если не полюбишь кого-нибудь? Что тогда?

— Буду синим чулком с научным званием и кучей кошек, — рассмеялась Катарина. — А если серьёзно, я уже подумываю над тем, чтобы согласиться с предложением отца, только на своих условиях. Да и любовников никто не отменял… Правда ведь? Да и разводы, в конце концов существуют… Мадонне вот уже 55, а её другу только 22. А Шер? Насколько там она старше своего любовника? Так что, вполне возможно, мой принц ещё не родился…

— Кати, ты неподражаема!

Амелия рассмеялась, обнимая сестру. Кто она такая, чтобы судить её, когда сама сбежала из первого брака? Но ей очень хотелось, чтобы и сестрёнка повстречала достойного мужчину как можно скорее. И не обжигалась как она, не страдала.

— Я думаю ты примешь правильное решение, — сказала Амелия, поднимаясь и направляясь в сторону двери, — более умного и целеустремлённо человека я, пожалуй, не знаю. Хотя временами тебе это мешает, иногда просто нужно меньше думать…Спокойной ночи!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Но уже приоткрыв дверь, она лукаво улыбнулась и сказала, повернувшись к сестре:

— Хотя нет, спокойной ночи я желать не буду… Ты знаешь, в России есть одна традиция. Когда девушке предстоит ночевать на новой кровати она должна сказать перед сном: "Ложусь на новом месте, приснись жених невесте". Советую! А вдруг…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

И рассмеялась, глядя на удивлённое лицо сестры.

— Так что, неспокойной тебе ночи, родная, — подмигнула Амелия и вышла за дверь.

А Катарина, задумчиво допивая остатки вина, мечтала, что и у неё когда-нибудь будет подобный дом и обожаемая семья. Хорошо бы иметь любимого мужа, а если не судьба? Может не зря ей так везёт по жизни, компенсация судьбы за отсутствие любви, не иначе…