"Фантастика - 2024". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) (ЛП) - Атаманов Михаил Александрович

Оглянувшись, он убедился, что встреча с артиллерийским снарядом сильно охладила боевой задор его напарника. Малыш валялся на спине, судорожно двигая торчащими во все стороны конечностями. Тяжелый скафандр сковывал движения и не давал ему встать на ноги. Наконец солдат вспомнил, чему его учили на тренировках, и, оттолкнувшись локтем, перевернулся на живот. Дальше о нем можно не беспокоиться. Смышленый юнец.

Дэн нехотя встал и пошел дальше, оставив за спиной глубокий отпечаток своего тела в грунте. Атака. Опять атака. Сколько их было в его жизни? Много. Каждый раз, когда жители какой-нибудь дикой планетки начинали тяготиться близким присутствием имперских рудников и пытались от них избавиться, Император с помощью «стеклянного» дивизиона аргументированно объяснял им, как они не правы. И каждая буква в неотразимых доводах Лучезарного была тяжеловооруженным солдатом, ходячей малогабаритной крепостью. Каждая фраза — эскадрой бронированных звездолетов. Каждый жест — ядерной бомбардировкой, а вздох — газовой атакой.

Сейчас две такие буквы из многословных речей Правдивого, пыхтя и хлюпая скопившимся в сапогах потом, добрели до гребня холма, чтобы донести веское слово Вечной Мудрости до неграмотных мятежников. Взрыв гранаты сбросил их обратно на склон.

«Я вам не мальчик и в царя горы играть не собираюсь», — прорычал Дэн. Он перевернулся на спину и начал, не считая и не глядя, швырять гранаты в сторону окопавшихся врагов. Его действия в точности скопировал напарник. Плотное облако высокотемпературной плазмы несколько минут пульсировало на вершине холма, превратив его в модель действующего вулкана. Когда, по расчетам Дэна, в том месте, где укрылся противник, не осталось ничего живого, даже бактерий и вирусов, он высунулся, чтобы оценить результаты своей деятельности. В лицевой щиток его шлема бойко застучали пули. Денис выругался. Придется идти в классическую атаку. Перебежками. А это, если учесть трехсоткилограммовый вес боевого скафандра, довольно утомительное занятие. Гидроприводы в шарнирных сочлениях локтевых и коленных сгибов здорово помогают при движении. Огромная тяжесть совсем не чувствуется, если идешь медленно и ровно, а вот если начинаешь прыгать, как лягушка, все эти прибамбасы только мешают.

А идти, гордо выпрямившись, им не дадут. Каждый раз будут сбрасывать гранатами со склона.

Дэн сделал знак напарнику и, пригнувшись, бросился вперед, выпустив из лучемета несколько неприцельных очередей Под ногами взорвались сразу три гранаты, и он плашмя бросился на землю. «Ужо доберусь я до вас», — уважительно пообещал Дэн и пополз вперед, попутно стараясь разглядеть обороняющихся. До бетонного бруствера, откуда на него сыпался град свинца и железа, оставалось уже не больше десятка метров, когда Дэн неудачно наполз брюхом на мину. Его подбросило вверх и перевернуло в воздухе. Приземлился он неудачно. На спину. Привод правого коленного сустава заклинило, и Дэн беспомощно заерзал, пытаясь вернуть себе нормальное положение.

У напарника дела обстояли еще хуже. Он умудрился провалиться в узкую, похожую на трубу яму и безуспешно силился выбраться оттуда, отчаянно призывая на помошь во всех радиодиапазонах.

Дэн нащупал кнопки управления, скрытые под защитной крышкой на левой руке, и отключил давление в коленном приводе. Теперь он мог двигаться, хотя и еще медленнее, чем прежде. Кое-как выпрямившись, он наконец увидел, как выглядят его враги. Они вылезали из бетонированных траншей, окружавших обгорелые обломки зенитной установки. Вражеские солдаты опасливо приближались нестройной цепью. В одинаковой серой форме и сферических, похожих на суповые миски касках они напоминали стаю ходячих бледных поганок, окружающих надломленный бурей дуб.

Дав им подойти поближе, Денис раздавил в руке активатор гранаты. Заряд взорвался прямо в ладони, и несколько атакующих превратились в почерневшие сморчки, а у Дэна отказал гидропривод локтевого сустава. Но правая рука действовала нормально, и для двух варваров это означало смертный приговор. Денис срезал их лучом бластера, и они, извиваясь, как посыпанные солью черви, опустились на землю. Выжившие предпочли трусливо отступить, и, к неудовольствию Дэна, ему снова пришлось идти в атаку.

Исход боя за холм был предрешен. Оставалось только догнать и перебить деморализованных солдат. Тогда можно будет доложить в штаб о победе и потребовать прислать замену ему и попавшему в западню напарнику.

Денис так сосредоточился на этих приятных размышлениях и на довольно замысловатом процессе перемещения своего тела, облаченного в тяжелый скафандр, что не сразу заметил возникшее перед ним препятствие. Как из-под земли впереди вырос огромный варвар, выряженный по последней феодальной моде: серая, как у простых воинов, рубаха украшена узором со множеством аллегорических сцен из местных мифов. На груди великана покоился золотой орден с рельефным изображением двух змей, разрывающих слона зубастыми пастями. К широкому, сплетенному из кожаных полосок поясу была пристегнута аптечка, снятая, очевидно, с мертвого имперского десантника. Рядом болтались пустой подсумок из-под гранат и ножны очень внушительных размеров. За плечами воителя развевался снежно-белый плащ, прошитый серебристой нитью. Денис улыбнулся: этот богатырь во всём его великолепии напомнил ему сказочного Илью Муромца, в то время как сам Дэн был похож на закованного в латы Кощея Бессмертного.

Взглянув в лицо противника, Денис утратил всякое желание веселиться. Вместо подобающей в такой ситуации ярости, ненависти или страха он увидел в умных глазах туземца чисто академический интерес ботаника к редкому растению и блеск юношеского азарта, как будто не у Дэна, а у него в руке был смертоносный лучемет.

«Сосунок! — пренебрежительно подумал Дэн. — Вышел с мечом против бластера». Как и любой имперский воин, Денис не был склонен играть в благородство и выстрелил в грудь врага, не терзаясь никакими сомнениями. Он должен уничтожить вооруженного противника, и тут не может быть вопросов или разночтений.

Раскаленный лазерный луч не дошел до цели. Его путь пересек меч, как по волшебству выскочивший из ножен воина. Разрушительная энергия бластера отразилась от полированной стали клинка и умчалась в небо.

«Отличная реакция!» — удивился Дэн. Он нажал на курок бластера и не отпускал его, выписывая лучом лазера изощренные кренделя. Но варвар как будто угадывал его мысли. Какие бы внезапные выпады ни делал Денис, блестящая сталь всегда оставалась надежной преградой между ними.

Обойма лучемета разрядилась. Дэн потянулся за запасной, но подключить ее не успел. Богатырь пошел в атаку. Удар его меча был сравним по силе с прямым попаданием кумулятивного снаряда. Ноги Дениса оторвались от земли, и еще до того, как упасть, он увидел, что сверхпрочная пластина на его груди разломилась пополам. Из этой трещины вырвались клубы пара от кипящего антифриза и брызнуло машинное масло из пробитого гидропривода. Разорванные провода заискрились праздничным фейерверком, и трехсоткилограммовая оболочка скафандра с живым человеком внутри плашмя рухнула на землю, взметнув ввысь фонтаны воды и грязи.

Над поверженным Дэном застыл варвар. Он широко расставил ноги и поднял меч, готовый в любой момент нанести завершающий удар. Денис понял, что проиграл этот бой и у него в запасе остались последние секунды. Он не успеет дотянуться до гранаты, не успеет перезарядить оружие. Он даже и не пытался сделать этого. Ему не хотелось тратить всю оставшуюся жизнь на подобную чепуху. Денис предпочел полюбоваться ярким солнцем, проглянувшим сквозь расступившиеся свинцовые тучи. Черные, белые и золотистые клочья облаков, расстрелянных лучистыми потоками багрового светила, мирно парили в синеве небесного аквариума, очерченного серой дождливой мантией. Нежно-розовые всполохи казались коралловой аркой, украсившей небесные ворота, распахнутые навстречу гибнущему солдату.

Варвар медлил. Он то ли растягивал удовольствие, то ли ему было неприятно добивать беспомощного, сломленного противника. Его серебрящийся на солнце атласный плащ хлопал на ветру подобно крыльям огромной хищной птицы.