"Фантастика 2023-185". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Буторин Андрей Русланович

— Ты с кем так разговариваешь, крылатый недомерок?! — прищурился Барлог. — Ты со мной так разговариваешь? Да плевать мне на твое задание! И на тебя плевать!

— Последний раз предупреждаю, — проговорил Витольд, делая мечом пробные выпады. — Уйди в сторонку, демон. Рассуждай логически — зачем тебе лишние неприятности? Тебе твоя шкура недорога?

Вполне возможно, что, будучи трезвым, Барлог действительно не стал бы лезть не свое дело, дорожа собственной шкурой. Но поскольку в бездонном его чреве булькал чистый спирт в количестве просто невероятном, рассуждать логически он не никак мог.

— Н-ну… — разминая руки, пророкотал демон. — Дежурство явно удалось. Бухла навалом, закуска… — он подмигнул мне, — имеется. Да еще и подраться повезло! Держись, обормот, сейчас я твою зубочистку-то пообломаю…

— Бей его, Барложик! — пискнул всплывший из цистерны Петре — Цеди кровь поганую, дружище!

И началось… Демон, взревев, обрушил на серафима копыта, но тот, ловко ускользнув, взмахнул крылами и поднялся в воздух. И атаковал Барлога сверху! Первый удар меча демон удачно отбил рогом, от второго увернулся и тут же сам перешел в наступление: дыхнул на Витольда огненным своим дыханием. Боевого мечника отнесло метров на двадцать в сторону. Но боевого задора он не потерял.

— В бой! — воинственно крикнул рыцарь, трепыхая опаленными крылами. — Иду на таран!

— Иди-иди, — пригласил Барлог, выворачивая с корнем фонарный столб и размахивая им как дубиной.

Как там у них сложилось дальше, я не досматривал. Самое время было, чтобы удрать, и я этой возможностью не мог не воспользоваться.

ГЛАВА 3

Наше возвращение к месту дислокации дивизии не было, надо сказать, похожим на триумфальное шествие победителей. Хотя бы потому, что Карась, которого я с большим трудом оторвал от цистерны, разучился прямо ходить и передвигаться мог исключительно на четвереньках. Правда, бегать на четвереньках у него получалось неплохо — настолько неплохо, что, подустав, я вскочил на него верхом, как на боевого коня, и остаток пути проехал в относительном комфорте. Петро ничуть не обиделся. Напротив, он так вошел в роль, что время от времени взбрыкивал и ржал.

В общем, Анна, выбежавшая встречать нас, лишь ахнула и открыла рот.

— Я так беспокоилась! — закричала она, всплескивая руками. — В городе такое началось!.. А вас все нету! Ой, товарищ Адольф, в каком вы виде…

Я оглянулся. Да… битва в самом разгаре.

Над Волынском полыхало зарево. То и дело до нас долетали тяжкие удары и яростные вопли. Когда дым немного рассеивался, в лунном свете можно было разглядеть рогатую макушку демона и снующего между рогов с резвостью аса-истребителя боевого мечника-серафима.

— Все нормально, — успокоил я Анну. — Разведрейд прошел успешно.

— Какие будут приказания? — осведомилась кикимора, старательно глядя в сторону.

Я наконец догадался спрыгнуть со своего скакуна и прикрыться шляпой. И отдал первые приказания:

— Этого иноходца немедленно в стойло!.. Тьфу, то есть на гауптвахту. Дивизия! Слушай мою команду. Готовность номер один! А мне принесите какие-нибудь штаны…

Двое леших повели под уздцы спотыкающегося Петра. Матрос пытался лягаться, протестующе ржал и пел лошадиную песню: «Кони в яблока-ах!.. Кони серы-ые!..»

И где он только ее слышал?

Подбежавший комиссар Огоньков деликатно заслонил меня от Анны и сунул в руки штаны.

— Предлагаю, — горячо зашептал он, пока я одевался, — этого несознательного, пьяного элемента лишить звания личного ординарца и понизить в пехотинцы! Позор какой-то! Мало того что ушел в самоволку, так еще и человеческий облик потерял…

— Разберемся, — пообещал я. — Который час?

— Рассвет скоро, — сказала Анна, взглянув на небо. — Луны уже не видно. Товарищ комиссар Адольф! Докладываю: дивизия готова к бою. Разрешите начинать штурм! Город Волынск будет наш!

— Трубите сбор всех частей! — приказал я.

Сборы протекали бурно. Будто грозовое небо, освещало нас зарево. Вокруг бродили встревоженные лешие, оттаптывали друг другу ноги и то и дело дрались, пытаясь самостоятельно построиться в шеренги. С булыжниками в руках метались всюду домовые. Оборотни, готовясь с первыми лучами солнца перевоплотиться из зверей в людей, возбужденно выли и щелкали зубами. Помимо всего прочего, и без того напряженную обстановку дополнительно будоражил пьяный Карась. Никак он не хотел спокойно сидеть на гауптвахте (то есть под телегой) — то и дело выбегал на пригорок, где расположился наш штаб, и, перемежая речь ржанием, взволнованно орал:

— Бр-рать приступом гор-род! Скор-рее! А то цистерны растащат! Впер-ред!

Пока я коротко обрисовывал обстановку, Анна ахала, а товарищ Огоньков хмурился и старательно конспектировал мою речь.

— Итак, — закончил я, — момент для штурма, конечно, идеальный. Барлог и Витольд усердно колошматят друг друга, а мы в это время спокойненько можем подобраться к ним поближе и открыть ураганный артиллерийский огонь…

— Нежелательно было бы артиллерией, — внес предложение Огоньков. — Все-таки лучше сначала эвакуировать мирных жителей.

— Пр-равильна! Нельзя артиллерией! — снова возникла на пригорке фигура матроса. — Там же стратегически ценные трофеи в виде цистерн! Пр-редлагаю эвакуировать цистерны! Аи, отпустите, псы!..

— Но с другой стороны, — продолжал я, стараясь не обращать внимания на дикие крики, с которыми матрос отбивался от настигшего его конвоя, — рано утром из города должен выехать гонец с секретным пакетом для Барона. Как утверждал сам Черный Барон, в пакете находится нечто очень важное для него. Вот бы этого гонца перехватить!

— И допросить с пристрастием, —добавил Огоньков. — Он ведь наверняка знает точное местонахождение Барона. Мы бы тогда одним махом покончили с этой сволочью!

— Мало у нас войска, — задумчиво выговорила Анна. — На битву с Барлогом и этим серафимом нужно двинуть полным составом. А кто тогда будет оцеплять город и ловить гонца?

— Пр-равильна! — заорал выскользнувший из рук леших Петре — Гонца! Гонца надо послать с ведр-ром! Пущай он потихоньку нам хотя бы ведро н-национа-лизирует!

— Немедленно прекратите безобразие, товарищ! — вскочил Огоньков. — Какой пример вы подаете подопечным!

Сведения о стратегических трофеях и впрямь запали глубоко в душу лешим, пытавшимся урезонить моего ординарца. Они и вовсе теперь не сдерживали Карася, а только переглядывались, чесали косматые затылки и высказывались между собой в том смысле, что действительно неплохо было бы отбить пару цистерн у противника.

Ну я разозлился!

— Все под трибунал пойдете! — закричал я. — Невзирая на рабоче-крестьянское происхождение!

— Успокойтесь, товарищ комиссар командир дивизии Адольф, — ласково попросила Анна, — Я сама их урезоню. Смирна-а! — гаркнула она. — Арестованного под руки принять! На гауптвахту сопроводить! И охранять до дальнейших распоряжений!

Лешие тряхнули башками, подхватили брыкающегося Карася и скрылись.

— Так какими же будут наши дальнейшие действия? — снова смягчив голос до медовой сладости, обратилась она ко мне.

Я вздохнул. Гонец, конечно, гонцом, но и с Барлогом нужно что-то решать. И с Витольдом. Если их вовремя не остановить, они нам еще устроят. Допустим, в битве победил Барлог. Сбрасываем со счетов надоедливого серафима и неторопливо занимаем город. Повязать перепившихся офицеров ничего не стоит, но что мы будем делать ночью, когда распаленный сражением демон снова выйдет патрулировать улицы? Или другой вариант: Витольд укокошил Барлога. И открывает на меня сезон охоты. Еще лучше. Нет, товарищи…

— Нет, товарищи, — сказал я. — Выступаем немедленно. Пока не выглянуло солнце и оборотни из боевой кавалерии не превратились в стайку безобидных граждан. Пока лешие, домовые и прочие воины не утратили боевой дух. Демон и серафим заняты друг другом, вот мы на них неожиданно и нападем. Если управимся к утру, тут же займемся оцеплением города и вылавливанием гонца.