Саньютта Никая - Сиддхартха Гаутама

то в этом случае монах пребывает в созерцании феноменов в феноменах, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив жажду и неудовольствие по отношению к миру. Увидев мудростью отбрасывание жажды и неудовольствия, монах является тем, кто пристально смотрит с невозмутимостью{938}. Поэтому, Ананда, в этом случае монах пребывает в созерцании феноменов в феноменах, будучи старательным, бдительным, осознанным, устранив жажду и неудовольствие по отношению к миру.

Представь, Ананда, как если бы на перекрёстке дорог была бы большая куча земли. Если бы телега или колесница ехала бы с востока, запада, севера или юга, она расплющила бы эту кучу земли. Точно также, Ананда, когда монах пребывает в созерцании тела в теле, чувств в чувствах, ума в уме, феноменов в феноменах, он расплющивает плохие, неблагие состояния [ума]».

II. Вторая глава

СН 54.11

Иччханангала сутта: В Иччханангале

Перевод с английского: SV

источник: "Samyutta Nikaya by Bodhi, p. 1778"

Однажды Благословенный пребывал в Иччханангале в Лесу Иччханангалы. Там Благословенный обратился к монахам: «Монахи, я хочу уйти в затворничество на три месяца. Никто не должен подходить ко мне, кроме того, кто будет мне приносить пищу, полученную с подаяний».

«Да, Учитель» – ответили те монахи, и никто не подходил к Благословенному, кроме того, кто приносил ему пищу, полученную с подаяний.

Затем, по истечении трёх месяцев, Благословенный вышел из затворничества и обратился к монахам: «Монахи, если странники-приверженцы иных учений, спросят вас: «В каком пребывании, друзья, в основном пребывал Благословенный в период сезона дождей?» то будучи спрошенными так, вам следует ответить этим странникам так: «В период сезона дождей, друзья, Благословенный в основном пребывал в сосредоточении осознанности к дыханию».

Вот, монахи, будучи осознанным, я вдыхаю, будучи осознанным, я выдыхаю. Когда я делаю долгий вдох, я знаю: «Я делаю долгий вдох»; когда делаю долгий выдох, я знаю: «Я делаю долгий выдох»; когда делаю короткий вдох, я знаю: «Я делаю короткий вдох». Когда делаю короткий выдох, я знаю: «Я делаю короткий выдох». Я знаю: «Ощущая всё тело, я буду вдыхать»... Я знаю: «Созерцая угасание, я буду вдыхать»{939}.

Если кто-либо, монахи, правдиво говорил бы о чём-либо так: «Это – благородное пребывание, божественное пребывание, пребывание Татхагаты» – то он бы правдиво так сказал [именно] о сосредоточении осознанности к дыханию.

Монахи, те монахи, которые [ещё пока] ученики, не достигшие идеала своего ума, которые пребывают в стремлении к непревзойдённой защите от подневольности: для них сосредоточение осознанности к дыханию, будучи развитым и взращенным, ведёт к уничтожению загрязнений. Те монахи, которые араханты, чьи загрязнения уничтожены, которые прожили святую жизнь, сделали то, что следовало сделать, сбросили тяжкий груз, достигли цели, всецело уничтожили оковы существования, полностью освободившись посредством окончательного знания: для них сосредоточение осознанности к дыханию, будучи развитым и взращенным, ведёт к приятному пребыванию в этой самой жизни, а также к осознанности и бдительности.

Если кто-либо, монахи, правдиво говорил бы о чём-либо так: «Это – благородное пребывание, божественное пребывание, пребывание Татхагаты» – то он бы правдиво так сказал [именно] о сосредоточении осознанности к дыханию».

СН 54.12

Канкхейя сутта: В замешательстве

Перевод с английского: SV

источник: "Samyutta Nikaya by Bodhi, p. 1779"

Однажды Достопочтенный Ломасавангиса пребывал среди Сакьев в Капилаваттху в Парке Нигродхи. И тогда Маханама из клана Сакьев подошёл к Достопочтенному Ломасавангисе, поклонился ему, сел рядом и сказал ему:

«Так ли оно, Господин, что пребывание ученика тождественно пребыванию Татхагаты, или же пребывание ученика – это одно, а пребывание Татхагаты – нечто иное?»

«Не так оно, друг Маханама, что пребывание ученика тождественно пребыванию Татхагаты. Напротив, пребывание ученика – это одно, а пребывание Татхагаты – нечто иное.

Друг Маханама, те монахи, которые [ещё] ученики, не достигшие идеала своего ума, которые пребывают в устремлении к непревзойдённой защите от подневольности, пребывают, [временно] отбросив пять помех. Какие пять?

* чувственное желание,

* недоброжелательность,

* лень и апатию,

* неугомонность и сожаление,

* сомнение.

Те монахи, которые [ещё] ученики… пребывают, отбросив пять помех.

Но, друг Маханама, что касается тех монахов, которые араханты, чьи загрязнения уничтожены, которые прожили святую жизнь, сделали то, что следовало сделать, сбросили тяжкий груз, достигли цели, всецело уничтожили оковы существования, полностью освободившись посредством окончательного знания – то пять помех [в их случае] были отброшены, вырваны с корнем, сделаны подобными обрубку пальмы, уничтожены так, что не могут более возникнуть в будущем. Какие пять? Чувственное желание, недоброжелательность, лень и апатия, неугомонность и сожаление, сомнение. Что касается тех монахов, которые араханты… то пять помех [в их случае] были отброшены… не могут более возникнуть в будущем.

И следующим способом тоже, друг Маханама, можно понять, почему пребывание ученика – это одно, а пребывание Татхагаты – иное. Однажды, друг Маханама, Благословенный пребывал в Иччханангале в Лесу Иччханангалы. Там Благословенный обратился к монахам: «Монахи, я хочу уйти в затворничество на три месяца... {940} ...Если кто-либо, монахи, говорил бы о чём-либо правдиво так: «Это – благородное пребывание, божественное пребывание, пребывание Татхагаты» – то он бы правдиво так сказал [именно] о сосредоточении осознанности к дыханию».

Таким способом, друг Маханама, можно понять, можно понять, почему пребывание ученика – это одно, а пребывание Татхагаты – иное».

СН 54.13

Патхама ананда сутта: Ананда (I)

Перевод с английского: SV

источник: "Samyutta Nikaya by Bodhi, p. 1780"

В Саваттхи. И тогда Достопочтенный Ананда подошёл к Благословенному, поклонился ему, сел рядом и сказал ему: «Учитель, есть ли такая одна вещь, которая, будучи развитой и взращенной, вела бы к реализации четырёх вещей? И четыре вещи, которые, будучи развитыми и взращенными, вели бы к реализации семи вещей? И семь вещей, которые, будучи развитыми и взращенными, вели бы к реализации двух вещей?»

«Есть, Ананда, одна вещь, которая, будучи развитой и взращенной, ведёт к реализации четырёх вещей; и четыре вещи, которые, будучи развитыми и взращенными, ведут к реализации семи вещей; и семь вещей, которые, будучи развитыми и взращенными, ведут к реализации двух вещей».

«Но, Учитель, что это за одна вещь… четыре вещи… семь вещей, которые, будучи развитыми и взращенными, ведут к реализации двух вещей?»

«Сосредоточение осознанности к дыханию, Ананда, – это одна вещь, которая, будучи развитой и