Вся Робин Хобб в одном томе - Робин Хобб

также произносить разные слова, если вы получили красное или синее соответствие. Эпини и Пурисса вскакивали и делали несколько па победного танца всякий раз, когда им удавалось заполучить выигрышную комбинацию. Мне довольно быстро надоело подниматься на ноги и объявлять, что мне удалось заработать очко. Однако Эпини настаивала, что таковы правила и я должен их выполнять. Но тут дядя в первый раз проявил твердость и заявил, что ему, мне и Спинку достаточно поднять руку. Некоторое время Эпини дулась на нас, тем не менее однообразная игра продолжалась. Что может быть хуже, чем бессмысленное времяпрепровождение?

Дядя Сеферт умудрился спастись — он заявил, что маленькой Пуриссе пора ложиться спать. За ней пришла няня, поэтому он вполне мог бы отослать девочку вместе с ней. Думаю, он настоял на том, что должен сам ее сопровождать, чтобы больше не участвовать в дурацкой забаве.

Теперь, когда двое участников удалились, игра пошла быстрее, поскольку часть фишек оставалась невостребованной и элемент неопределенности стал заметно меньше. Мы сыграли еще две партии, и вежливый Спинк продолжал делать вид, будто получает удовольствие, но я больше не мог этого выдержать.

— Достаточно! — воскликнул я, поднимая руки в шутливой капитуляции. С трудом улыбнувшись, я добавил: — Твоя игра меня утомила, Эпини. Не пора ли сделать перерыв?

— Ты слишком быстро устаешь. Из тебя не получится хорошего офицера каваллы, если ты не способен долго заниматься даже такой простой игрой, — ядовито заявила она и с улыбкой повернулась к Спинку. — А ты ведь еще не устал?

Он улыбнулся в ответ.

— Я могу сыграть еще пару партий.

— Превосходно. Так и поступим!

Я рассчитывал на поддержку Спинка, но, лишившись союзника, вынужден был сдаться, и мы сыграли еще три партии. Во время второй к нам заглянул дядя. Эпини тут же принялась приглашать его обратно в игру, но он категорически отказался, мотивировав это тем, что ему еще нужно поработать с кое-какими бумагами. Перед тем как покинуть гостиную, он напомнил, что завтра Шестой день, поэтому нам нужно лечь пораньше, чтобы не проспать утреннюю службу.

— Еще несколько партий, — елейным голосом заверила его Эпини.

Я по-настоящему ужаснулся, поскольку больше всего мне хотелось поскорее закончить игру и отправиться на боковую. Дядя удалился, и мы закончили очередную партию. Собрав фишки, чтобы вновь расставить их на доске, кузина спросила:

— А кто-нибудь из вас участвовал в сеансе?

— В сеансе? — с недоумением переспросил Спинк. — У нас в Академии нет такого предмета.

— Нет, учеба тут ни при чем. — Эпини продолжала расставлять фишки на доске, бросая на нас внимательные взгляды из-под ресниц. — Я имею в виду спиритический сеанс. Вызов духов через медиума. Например, через меня.

— Какой еще медиум? — не понял я.

Эпини рассмеялась.

— Я медиум. Во всяком случае, я в это верю, поскольку именно так сказала медиум королевы, когда я в прошлый раз участвовала в сеансе вместе с моей матерью. Я начала развивать свой талант всего несколько месяцев назад. Медиум — это человек, обладающий способностью приглашать для беседы духов. Они на непродолжительное время как бы вселяются в его тело и получают таким образом возможность говорить. Иногда духи оказываются призраками умерших, желающих сообщить важные сведения живым. Иногда духи — высшие существа, возможно, старые боги, которых почитали до того, как пришел добрый бог, чтобы вывести нас из тьмы. А иногда…

— Ах, вот ты о чем. Я слышал об этом. Люди садятся в кружок в темноте, держатся за руки и пугают друг друга. Нечестивое занятие, девушке не следует интересоваться подобными вещами, — сурово заявил я.

На самом деле мне ужасно хотелось узнать об этом побольше, но я опасался, что кузина может себя скомпрометировать.

— Неужели? — Эпини бросила на меня презрительный взгляд. — Возможно, тебе следует повторить эти слова моей матери — сегодня она принимает участие в еженедельном спиритическом сеансе по личному приглашению ее величества. Быть может, сама королева пожелает узнать, что общение с духами — это «нечестивое занятие» для девушек. — Она повернулась к Спинку. — Ее величество считает, что спиритизм, которым «не следует заниматься женщинам», является наукой, ведущей к власти. А ты как думаешь?

Спинк посмотрел на меня, но я ничем не мог ему помочь. Разговор показался мне довольно странным — все это было совсем не похоже на легкомысленную Эпини. Мой друг втянул в себя воздух, и на его лице появилось такое же выражение, как в тот момент, когда кто-нибудь из преподавателей вызывал его к доске.

— У меня не было возможности поразмыслить на эту тему, но на первый взгляд ваша мысль кажется мне верной. Женщинам не рекомендуется заниматься точными науками и инженерным делом. Им запрещено читать полный текст Священного Писания — они изучают только отдельные части, предназначенные для женщин. Считается, что искусства и военная наука также недоступны представительницам слабого пола… Если рассматривать все это как дорогу, ведущую к власти, то тогда да, женщинам она закрыта.

— Какое это имеет значение? — Я развел руками. — Если науки, о которых идет речь, признаны неподходящими для девушек, то естественно предположить, что приобретение этих знаний, а затем еще и применение их на практике ни к чему хорошему не приведет. Зачем отцу разрешать дочери тратить время на учебу, если в результате она останется несчастной, обездоленной и разочарованной?

Эпини перевела взгляд на меня.

— Но почему женщина, обладающая знаниями, а следовательно, могущественная, должна чувствовать себя обездоленной или разочарованной?

— Потому что… ну, у такой женщины не будет ни дома, ни семьи, ни детей. У нее просто не останется времени на те вещи, которые делают ее женщиной.

— Однако у могущественных мужчин все это есть.

— Только потому, что у них есть жены, — парировал я. — Именно, — кивнула головой она, словно мои слова послужили доказательством какого-то важного факта. Я с трудом сдержал зевок.

— Мне уже совсем пора спать. Я пошел.

— И оставишь меня одну со Спинком? — недоверчиво спросила она.

Эпини сделала вид, будто шокирована, но я заметил, что она с надеждой посмотрела на моего друга. Он огорченно покачал головой.

— Нет, не оставлю, — спокойно ответил я. — Спинк тоже пойдет спать. Ты же слышала, что сказал твой отец. Нам нужно рано встать, чтобы присутствовать на утренней службе.

— Если