"Фантастика 2023-203", Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Синицын Владимир Сергеевич

А ведь ещё три месяца назад казалось, что жизнь наконец-то улыбнулась ему во всю ширь, давая шанс провести оставшиеся годы в полном довольстве, ни в чём себе не отказывая. И, главное, чтоб ни одна тварь не смогла больше указывать: Така, пойди туда-то, Тика, сделай то-то. Ради такой перспективы можно вытерпеть всё что угодно. Так что надо успеть-таки подняться, прежде чем с противоположной стороны полигона подъедет доктор Айген на своём роскошном «Бой-Крузере» с целой бандой медсестричек на борту. И девицы – как на подбор. При наборе команды доктор, похоже, сначала измерял талию и бёдра, а уж потом только проверял, знают ли те, с какого боку в шприц игла вставляется. Девицы в белых бикини (а в чём ещё по такой жаре ходить) быстренько замерят пульс, кровяное давление, а потом, глядишь, доктор прикажет до жилого модуля своим ходом добираться, а это три мили, не меньше. Такое уже было, когда местный адмирал отказался автобус выделить. Видите ли, морские пехотинцы в кино отправились. В местном клубе премьера, видите ли. «Хрен с перцем» с Лизой Денди в главной роли.

Тика всё-таки дотянулся до каски, с трудом поднялся, опираясь на приклад винтовки, и, прихрамывая на обе ноги, доковылял до шеренги бойцов, заняв как самый низкорослый законное крайнее место на левом фланге.

Вообще непонятно, на кой хрен при тех задачах, что стоят перед подразделением, такая свирепая физическая подготовка, если всю эту полосу препятствий ничего не стоит снести одной только силой мысли, да так выровнять и утрамбовать, что строевой плац позавидует.

Стоп! Следует соблюдать крайнюю осторожность не только в словах, но и в мыслях. Кто этих докторов знает – может, они и мысли уже читают. А за такие мысли точно пристрелят без суда и следствия. На территории недоразвитых стран это просто делается. Был человек – и нет человека. Худшее преступление – слишком много знать. Джунгли здесь дремучие и бескрайние, искать в них кого-либо бессмысленно. Может быть, не стоило хитрить, когда вся команда проходила нейрокодирование. Всего-то и делов-то было – воткнул в уши беруши. Никто и не заметил. А ведь случайно с собой оказались. Купил в вестибюле отеля у портье в ночь перед вылетом, потому что рёв турбин взлетающих лайнеров не давал уснуть. Портье точно знал, какой товар здесь должен быть самым ходовым, и толкнул эти затычки для ушей аж за три фунта. Но, к его чести, стоит заметить: дерьмо не подсунул. Компактные, незаметные и полную тишину обеспечивают, хоть в ухо ори. Везёт, как всегда. И теперь, когда эти бравые бойцы превращаются в кукол-зомби, один только Тика ван Дебби всё слышит, всё видит и всё осознаёт. Только остекленевший взгляд изображать непросто – это требует особого мастерства, терпения и таланта. Кто другой точно спалился бы. Только не Тика. Теперь надо только придумать, как воспользоваться ситуацией к полному своему удовольствию. И тут не только пенсией пахнет, тут можно далеко пойти…А всех остальных послать ещё дальше!

– Нате-ка! – одна из медсестричек протянула ему запотевший стакан с водой и целую горсть разноцветных пилюль.

– Это зачем?

– Да не волнуйтесь вы так. – Девица нежно улыбнулась. – У вас пульс частит и давление зашкаливает. А ещё свист в лёгких.

– Это всё оттого, что ты рядом. – Тика погладил девицу по бедру и слегка притянул к себе. – Я волнуюсь.

– Открой рот, закрой глаза! – не сопротивляясь, потребовала девица, и тот послушно выполнил приказ.

Она тут же загрузила пилюли ему в рот, прижала к губам край холодного стакана и только после того, как он выпил, с легкостью выпорхнула из его объятий.

Ну и ладно. Ну и хрен с ней. Вечером Люпита придёт. Всего пять фунтов за полчаса удовольствия.

Стало легче – то ли от пилюль, то ли от воды, то ли от близости соблазнительной красотки, то ли от всего сразу.

– Оклемался? – Стоявший рядом капрал Клиренс ободряюще похлопал его по плечу. – Ничего, ещё пара месяцев, и из тебя настоящего солдата сделают. Одного только не понимаю: на кой хрен ты вообще нам сдался.

– Я тоже не понимаю, – непринуждённо соврал Тика, и тут раздалась команда подполковника:

– Направо! Правое плечо вперёд! За машиной доктора бегом марш!

Сбылись худшие предчувствия. И не похоже, что на этот раз комендант пожадничал, не дав автобус. Просто доктор сегодня прописал всему личному составу дополнительную пробежку. Что ж, ему виднее. А может, и к лучшему… Жирок никогда нелишне растрясти. За время пребывания на этой чёртовой базе уже килограммчиков шесть долой. Правда, непонятно, чьих тут заслуг больше – то ли режима тренировок, то ли Люпиты, с которой удавалось размяться в постели раза три-четыре в неделю. Помимо упругого тела, у неё есть ещё одно неоспоримое достоинство: она молчит. Молча делает своё дело, молча одевается, молча забирает купюру с тумбочки и молча уходит. С такой женщиной можно прожить долгие годы безо всякой нервотрёпки, драм и стрессов.

К счастью, машина доктора ехала медленно, так, что поспеть за ней можно было быстрым шагом, не переходя на бег, но и это после полосы препятствий давалось нелегко. Во всяком случае, когда бойцы, свалив у входа в столовую каски, подсумки, винтовки и бронежилеты, направились к столу, одна мысль о еде вызывала приступ тошноты. А вот пить снова хотелось страшно. Клюквенный морс. Два стакана. Или хотя бы бутылку минералки…

Пока остальные рассаживались за столом, Тика завернул к стойке буфета и потребовал у стоящего за ней вольнонаёмного из местных бутылку холодной минералки. Тот посмотрел сквозь него и нагло заявил:

– За столу садися, да. Она принести…

Внезапный приступ собственного гнева застал его врасплох. Тика не успел в полной мере сдержать желание раздавить мерзавца немедленно – так, чтобы мокрого места не осталось. Тот, схватившись за голову, с грохотом упал за стойку.

– Что это с ним? – спокойно поинтересовался проходящий мимо подполковник Зекк.

– Болеет, наверное, – отозвался Тика.

Опалённая шевелюра буфетчика уже показалась над стойкой, он, испуганно глянув на своего обидчика, дрожащей рукой потянулся к холодильнику.

Так… До поры следует быть осторожнее. Ещё не время. Ещё не время…

Тика выхватил из рук буфетчика бутылку, осушил её и швырнул в него так, что тот едва успел увернуться.

Недомогание тут же исчезло, на смену ему пришёл прилив сил и зверский аппетит. Если опять подадут печёных кузнечиков, то котёл точно полетит в сторону кухни, пробив бетонную перегородку, как крупнокалиберный снаряд. Но сегодня было рагу из спинки аллигатора с маисовым гарниром под острым арахисовым соусом. Так что можно обойтись и без разрушений…

Расправившись со своей порцией, Тика молча вышел из столовой и, прихватив своё снаряжение, двинулся к спальному корпусу, стандартной модульной конструкции с тесными, но отельными боксами для каждого обитателя. До вечернего блока занятий оставалось два часа, и надо было провести их с максимальной пользой – принять душ и поваляться на лежанке под потолочным вентилятором.

Когда он открыл дверь, оказалось, что внутри кто-то есть. В душевой кабинке шумела вода, из щёлочки под пластиковой задвижкой выбивался пар. Свалив в тесной прихожей амуницию, он снял винтовку с предохранителя и передёрнул затвор. Но, вспомнив недавний эпизод с буфетчиком, сообразил, что огнестрельное оружие ему не потребуется – кто бы там ни скрывался. Ему даже стало смешно и немного досадно оттого, что он только что испытал внезапный испуг. Пора привыкать к могуществу, привыкать к мысли, что рано или поздно из многочисленных обязанностей останется только одна – повелевать. Ну, ещё – карать тех, кто откажется подчиниться.

Однако испуг прошёл, а беспокойство осталось. Врождённое чутьё бессчётное количество раз помогало ему избежать угроз, которых, казалось, ничто не предвещало. Они возникали из ничего, на ровном месте, но он их всегда чуял заранее и успевал отреагировать единственно верным образом. Потому и жив до сих пор в отличие от многих товарищей по службе. И сейчас… Казалось бы, чего бояться на территории базы, которая окружена со всех сторон стенами, проволочным ограждением, системами слежения, минными полями, сторожевыми вышками и огневыми точками. Но неясная тревога не ослабевала, а Тика привык верить внутреннему голосу. Для страха не было ни малейшего повода, но ощущение угрозы нарастало с каждой долей секунды. Было совершенно ясно: если какая-то опасность действительно существует, то от неё просто так не убежишь, что неведомый ужас, который притаился за стенкой душевой кабины, настигнет его где угодно.