Обратный отсчет: Распад - Токацин

— Мать моя пробирка, — повторил Айзек, нехотя разжимая пальцы. Гедимин, собравшийся уже разгибать их силой, облегчённо вздохнул и быстро спрятал накопители под броню.

— Как у тебя получается⁈ — Айзек на секунду впился взглядом в глаза ремонтника, но тут же отвернулся и быстрым шагом прошёл от стены к стене, а потом обратно. — Вот тебе и неуправляемые процессы… Давай сюда описание опыта. Завтра же покажу его Гварзе. А я ведь ещё тогда не верил — ну не могло быть всё так… по-идиотски!

Гедимин кивнул.

— Инструкции Куэннов, — медленно проговорил он, задумчиво щурясь на Айзека. — В них это должно было быть. Не могло не быть. Если они хотели передать вам эту технологию, они не могли забыть такой момент. Невозможно. Или они поражены эа-мутацией, или… эти инструкции у тебя?

Айзек резко мотнул головой.

— Нет! Точнее… не совсем, — пробормотал он, глядя мимо Гедимина, и тот озадаченно мигнул — опять начиналось что-то странное. — Гварза. Основные записи у него. У меня почти ничего нет.

— Ты же показывал мне их, — напомнил Гедимин, думая, что и самому Айзеку не помешало бы провериться на эа-мутацию. — Изображение Куэнна. Показания дозиметра.

Айзек нехотя кивнул.

— Да, дозиметрия… Это у меня осталось. Гварза… Он думает, что я чересчур… много всем доверяю. Основные записи — у него. Даже та картинка с Куэнном. Он её забрал после… того случая.

Гедимин сузил глаза.

— Я не понимаю ваших дел. Но твоему Гварзе пора прочистить мозги. Мне нужны ваши инструкции. Если не хочешь так и сидеть с кучей непонятных штук и тыкаться в них наугад…

Он оборвал фразу на полуслове — глаза Айзека и так потемнели, расстраивать его ещё больше не имело смысла — инструкции от этого в передатчик не закачаются.

— Сделаю, что смогу, — тихо пообещал Айзек. — После твоих опытов, добытых сведений Гварза должен понять… А пока — можно приходить сюда, к тебе? Хоть и без инструкций…

10 июля 18 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

— Что ж, мистер Ло… — протянул грузный «коп», задумчиво разглядывая личную карту Гедимина. Обращался он при этом почему-то к Ренгеру; сам Гедимин, всеми забытый, молча ждал, когда карта к нему вернётся.

— Ваш подопечный последние месяцы взялся за ум. Ни одного взыскания, даже поощрения… Неплохо, очень неплохо.

Гедимин с трудом заставил себя не мигать, — «коп» мог гораздо лучше понимать сарматскую мимику, чем обычная «макака». «Нет взысканий? Что, филки не написали ни одной жалобы? Надо же… Я думал, в офисе уже весь стол ими завален.»

— Продолжайте в том же духе, мистер Кет, — человек положил карту Гедимина на стойку. — И у вас не будет проблем.

— Мы за ним присмотрим,- без тени улыбки пообещал Ренгер, подталкивая сармата к выходу.

«Выбрались!» — Гедимин облегчённо вздохнул. Чем реже он выходил в «мартышечью» часть города, тем быстрее ему хотелось оттуда уйти. Вылазка прошла успешно — в тюрьму его пока не возвращали, а жалобы филков, как выяснилось, не уходили дальше ушей Айзека и Маккензи. «А странно,» — отметил про себя Гедимин. «Айзек — ладно. Но Маккензи… Видимо, я сильно ему нужен.»

— Спасибо, что проводил, — сказал он Ренгеру, забираясь в фургон. В этот раз транспорт достался тесный — пришлось сидеть на полу, придерживаясь за подвернувшиеся скобы, а проходить сквозь люк — практически ползком.

— Да какие сложности, — отмахнулся Ренгер, протискиваясь следом. — Ты всё ж таки ликвидатор… пока числишься. Наверное, ненадолго. Ты ведь уже не вернёшься?

Гедимин качнул головой.

— Вернусь. Вот достроим станции…

Ренгер недоверчиво хмыкнул.

— Да? Зачем тебе это, ремонтник? Там же твоя стая. У тебя даже глаза стали другие, когда ты к ним ушёл.

— Стая… — Гедимин недовольно сощурился. — Моих там — один Айзек. Я вернусь. Надо только работу закончить…

14 июля 18 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

— Это для Иджеса? — Айзек, наклонив голову, с интересом разглядывал миниатюрный предмет. Лучевой источник для минибластера был устроен просто — чуть обточенный до правильной шарообразной формы фрагмент накопителя с аккуратно просверленными отверстиями крест-накрест для фиксации. Больше ничего к нему Гедимин не прикрепил, решив, что обсидиан и экранирующие материалы Иджес добудет сам — а не добудет, так будет целее.

— Сможешь передать? — Гедимин завернул синюю «бусину» в обрывок ветоши и засунул в пакетик из-под «мартышечьей» еды. Накопитель не был заряжен и не «фонил» — со стороны мог сойти за кусочек стекла для очередной сарматской цацки.

— Да хоть сегодня, — ответил Айзек. — Каждый вечер мотаюсь в «Вайтрок»… Нет, пока ничего не скажу. Гварза расшевелился, но… в общем, придёт время — узнаешь.

Гедимин кивнул. Расспрашивать не хотелось — у Айзека и так при упоминании Гварзы, накопителя, экспериментов и реакторов темнели глаза, а вид делался совсем виноватым.

— Для Иджеса… — пробормотал сармат, убирая пакетик с «бусиной» в карман. — Гедимин, а ты уверен, что надо? Как бы он дел не натворил…

Гедимин махнул рукой.

— Там на каждом дроне торпеды, и все сделаны кое-как. С таким снаряжением — бластером больше, бластером меньше…

— Хм… — Айзек задумчиво пощупал обломок накопителя сквозь карман. — Как думаешь, из этой штуки можно сделать двухпучковый бластер? То есть — Иджес может сделать?

Гедимин кивнул.

— Ничего сложного. Любой механик может. Поставить линзы под углом… — он попытался прикинуть интенсивность пересекающихся лучей, потом — прочность амфитеатра и конструкций над ним, и невольно поёжился.

— Вот именно, — вздохнул Айзек. — Даже не знаю, говорить Иджесу или нет. Вроде бы надо предупредить, но не хотелось бы подать идею.

— Скажи, чтобы был осторожен, — отозвался Гедимин. — Стадион один, взорвётся — гонять дроны будет негде.