Гранд-адмирал. Том четвертый (СИ) - Модус Илья Сергеевич

— Есть, сэр!

Рубка содрогнулась от еще одного крепкого удара.

— Мощность дефлектора снижена до тридцати процентов, — сообщил оператор щитов.

Во рту гранд-моффа стало кисло.

Победа еще возможна… удручало лишь осознание своей давней и катастрофичной неправоты.

Имея связи с «Верфями Куата», он предпочел строить наиболее дешевые и массовые проекты кораблей — корветы и тяжелые крейсера, сделав ставку на противодействие легких сил Новой Республики.

Последние составляли значительную часть Флота обороны мятежников, в то время как их линейные силы были незначительны.

В этой трехмесячной кампании он убедился в том, что недостаточное количество звездных разрушителей напрямую влияло на его успехи.

Последний ударный кулак, который он сумел сформировать, фактически уничтожен.

Даже если он победит в этом сражении, то сил на штурм обороны Балморры, окруженной минными полями и орбитальными защитными станциями, у него уже не останется.

Как и не останется сил для полноценной обороны.

Противник наращивает свои линейные силы и имеет в этом деле большое преимущество.

Для этой атаки Кейну пришлось изыскать все возможные резервы, сняв разрушители и половину тяжелых крейсеров с охраны систем Содружества Пяти Звезд.

А фактически, единственное, что у него осталось в самом неприкосновенном резерве — это полторы сотни тяжелых крейсеров типа «Головорез», которые он «потерял в ходе охоты на рейдеры Новой Республики».

Демонстрировать их сохранность означает подписание себе смертного приговора.

Император не простит ему ничего.

Ни потери «Жнеца».

Ни сорванной операции по захвату Балморры.

Единственный шанс на успех — уничтожить остатки кораблей флота в этой системе и отойти в Хамбарин для перегруппировки и попытки нового штурма позднее.

Но что-то подсказывало гранд-моффу, что второго шанса Император Палпатин ему не предоставит.

«Клещи».

Именно это слово появилось в голове Аргентиса, когда он увидел маневр «Жнеца» и остатков тяжелых крейсеров.

Разворачивающийся звездный суперразрушитель и спешащие с противоположного от него направления корабли зажимали фланг соединения Дуплекса со стороны звездных крейсеров, концентрируя огонь на двух целях, вместо атаки разу всех кораблей.

И при этом, от остатков флотилии Сей’лар гранд-мофф отбивался противокорабельными ракетами.

Один за другим взорвались два звездных крейсера с левого борта суперразрушителя — залпы разорвали крейсера Новой Республики на части.

Безвозвратные потери соединения ботанов увеличились до тринадцати звездных крейсеров.

И новые ракетные залпы указывали на то, что «Жнец» не намерен отпускать свои старые жертвы.

Одновременно с этим готовя на заклание новые.

Левый отряд из пяти звездных разрушителей типа «Республика» оказались словно не у дел — «Жнец» вывел свою корму из-под их удара.

Теперь им приходилось догонять убегающую цель, которая встала к десяти кораблям Аргентиса правым бортом.

Блистающим практически полной артиллерией.

Наседающие тяжелые крейсера вносили больше неразберихи, чем пользы — их выщелкивали слаженные залпы республиканцев одного за другим.

Как и оставшиеся «Уланы».

Но Кейн, похоже и не думал, что поврежденные корабли могут кого-то уничтожить.

Он делал это сам.

Правый борт «Жнеца» разражался залпами турболазеров, ионных пушек и противокорабельных ракет.

Четыре залпа — и четыре звездных крейсера мон-каламари из правого отряда Аргентиса больше не отвечают классификации «боевые и боеспособные звездолеты атакующей линии».

Это просто обезображенные куски металла с запертыми внутри них разумными и окруженные спасательными капсулами вперемешку с разнородными порой еще даже горящими обломками.

Ослепительной вспышкой взорвался еще один звездный крейсер в соединении Сей’лар.

А следом ракетный залп смел начисто эскадрильи республиканцев, задействованные в отражении противокорабельных боеприпасов.

Последующий вскрыл три из четырех МС80b как консервные банки, обнажив их силовой набор и палубы.

Тысячи тел разумных оказались выброшены в открытый космос, где их ждала суровая и мучительная смерть.

— Дуплекс всем «Республикам»! — открыл канал связи адмирал. — Огонь по мостике «Жнеца». Из всех калибров!

Но, прежде чем его корабли исполнили этот приказ, новый ракетный залп с левого борта поразил флагманский звездный крейсер адмирала Сей’лар, разорвав его на две части.

Безвозвратные потери двух республиканских эскадр, насчитывавших в начале сражения тридцать звездных разрушителей и звездных крейсеров, в один момент увеличились практически до двух десятков.

В голосе командира «Жнеца» звучало ликование:

— Корабль Сей’лар больше не маневрирует, разваливается на куски! Мы все-таки достали эту блохастую ботанскую суку, сэр!

— Великоле…

Палубу под ногами перекосило, свет на мостике мигнул и померк, с потолка сорвалось несколько листов внутренней обшивки, приземлились они среди вахтенных.

Кейна бросило в сторону вместе с вырванным из палубы командирским креслом.

Гранд-мофф торопливо встал.

— Что случилось?

Командир «Жнеца» за долю секунды переключился с восторга на отчаяние.

— Рухнул дефлекторный щит по всему кораблю, сэр. Мятежники уничтожили нам последний генератор!

— Возможности обороны сократились на пятьдесят процентов!

— Рубка под обстрелом!

Ардус мельком подумал, что это у него самого мощность снизилась процентов на пятьдесят.

По крайней мере, так он себя чувствовал.

— Дуплекс ведет обстрел?

— Да, сэр! Броня пока держит, но…

Гранд-мофф посмотрел на корпус своего корабля, который мятежники, словно стая падальщиков, принялись беззастенчиво рвать на части.

Практически по всему протяжению корабля не осталось ни одного целого стометрового листа брони, который бы не был покрыт пробоинами, трещинами или не имитировал гейзер, выплескивая в беспощадный космос корабельную атмосферу, а порой и членов команды.

— Что с артиллерией? — хрипло спросил он.

— Противник отправил истребители и ведет прицельный обстрел по артиллерии и двигателям, преимущественно ионками…

— Я не это спросил!

Старший артиллерист виновато посмотрел на него.

— Сорок процентов, сэр, и снижается с каждой секундой. Наши пусковые установки под ударами…

По кораблю прокатилась крупная дрожь, словно «Жнец» был живым существом, которому хватило ума выйти на заснеженные равнины Хота и раздеться донага.

— Сколько потерь среди экипажа?

— Больше ста тысяч тысяч человек убитых и пропавших без вести, сэр… — отрапортовал вахтенный начальник. — Еще около ста десяти находятся в медпунктах с ранениями различной степени тяжести…

Все кончено.

Сквозь иллюминатор можно было видеть заходящие на штурмовку бортов истребители и бомбардировщики противника, выжигающие огнем пусковые установки.

Вибрация, которая сотрясала корпус «Жнеца» — это детонации противокорабельных ракет, подорванных прямиком в бортовых пусковых установках.

Кейн устало закрыл глаза.

— Передайте в отсеки — всем покинуть корабль.

Он не стал добавлять, что этот бой они проиграли.

Это было необязательно.

— Сэр, — видя, что Кейн направился к выходу с мостика, его окликнул командир «Жнеца». — Куда вы?

— У экипажа есть десять минут, чтобы покинуть корабль, — глухо произнес Кейн, застыв на мгновение перед разошедшимися в противоположные стороны переборками. — После этого я взорву «Жнец». Новая Республика не получит мой флагман.

Он обернулся, посмотрев на вахтенных.

— Вы превосходно сражались, — произнес он. — И заслуживаете того, чтобы ваш путь не закончился здесь. Сможете сбежать или попадете в плен — не возвращайтесь в Содружество. Очень скоро наш дом перестанет таковым быть.