Целитель - Gezenshaft

и конкуренции, по сути, у них почти не было. Не популярен квиддич на нашем факультете. Даже у воронов он куда более популярен, но удивляться этому не стоит — они там экспериментируют с тактикой, анализом и прочими интеллектуальными вывертами. Вообще, у нас только слизеринцы и гриффиндорцы серьёзно относятся к этой игре, и если большинство змей видят в этом один из инструментов для победы в школьном состязании, бесполезном, кстати, как по мне, то гриффиндорцы — один из немногих способов лично для них занять первое место по итогам года. Но, я отвлёкся.

Загонщик — наш бывший вратарь, Герберт Флит. Второй загонщик — четверокурсник Эдвард Никлсон. Ну, обычный средний парень, разве что крупный среди своих одногодок, а летняя практика в боксе — его дядя-сквиб является крутым тренером — позволили парню проявить отличную работу рук, работу с битой. Да, как ни странно, но это факт — его хлёсткие у точные удар отправляют бладжер как из пушки и почти всегда в десятку, а навыки физических тренировок и чувства собственного тела в пространстве позволяют стабильно, как танк, летать на метле и пользоваться массой и инерцией во время полёта, чтобы вдарить по бладжеру действительно мощно.

Лианна Тайлер — полукровка не только как волшебник, но и по национальности. Она прошла на ловца. Не феноменально, но достойно. Не хватает практики, но отличные рефлексы. Эта полуазиатка говорила, что вообще решила попробоваться в команду сугубо из-за общения с Кэти Белл, девушки с Гриффиндора, ярой фанаткой этой игры, а заодно и её подругой.

Ну и я — вратарь.

Сначала новенькие возмутились, мол: «А чего вратарь не ходит на тренировки?». Разумеется, Тамсин им пояснила, что я в тренировках не нуждаюсь, а в командной работе вратарь не участвует, так что не мешайте нашему старосте спокойно жить. Этого было недостаточно, а потому я сел на только-только пришедшую по почте метлу, вторую версию Слейпнира, и показал класс, стоя на воротах — с моей реакцией и чувствительностью к пространству вокруг меня было невозможно ни пробить, ни обойти.

Почему я вообще вспомнил о подобном? Ну, просто гриффиндорцы, вон, тренируются, и по большей части достаётся Рону — он довольно посредственный вратарь. Не дано. Но он старается, и что самое важное — со всей самоотдачей. Я даже иногда видел его по утрам — тренировался в одиночестве, не щадя себя. Главное, чтобы его не сломала игра со слизеринцами — львы и змеи традиционно играют первыми.

В общем, в хорошем настроении я вернулся в гостиную, привёл себя в порядок и взялся за обязанности старосты. Например, утвердил назначенное Тамсин время тренировок, сгрёб пару документов и отправился к декану.

У мадам Спраут, которая уже давно бодрствовала и проверяла свои растения в оранжерее, я заверил пару документов и получил официальное разрешение на проведение тренировок в обозначенное мной время — поле для квиддича довольно плотно расписано, и каждые две недели приходится заново утверждать график, при чём всё это является задачей капитана и старост. А то за прошлые годы я много раз слышал возмущения гриффиндорцев, что, мол, Снейп, скотина, хитростью выбивает своей команде самый насыщенный график тренировок. А если подумать, то это слизеринцы активнее суетятся по этому поводу, подходя к своему декану в максимально правильное время.

Снова вернувшись в гостиную, я «выцепил» самых активных ребят с разных курсов и уточнил, как протекает их самообучение ЗоТИ. Выяснилось, что вполне и очень даже — благодаря моей идее и пусть скромному, но участию, практически весь факультет договорился между собой, кто кого учит, чему и где. Разве что пятый курс, наш, и первый пока что остались не у дел, но тут всё просто — мы решили, что будем учить молодняк базовым заклинаниям, когда Флитвик начнёт практику по своему предмету. Дело в том, что профессор отлично чувствует готовность учеников к чему-то большему, чем трансфигурация, в которой почти не используются жесты. Остаётся только ждать, когда профессор «даст отмашку».

Выяснив все нюансы жизни на факультете, я отправился вместе с остальными на завтрак. Но разве можно пройти мимо стены рядом с дверьми в Большой Зал? Нет, ведь именно на этой стене то и дело появляются всё новые и новые объявления в рамочках — очередные «декреты» Амбридж. Вот и сейчас некоторые из учеников наблюдал за тем, как наш завхоз, Филч, всё такой же немного неряшливый и с редкими седеющими волосами, слазил со стремянки, прибив свежий «декрет» к стенке.

— О чём пишут? — спросил я Гермиону, что стояла вместе с парой девушек со своего факультета, Алиссией, Лавандой и Кэти, и смотрела на это чудо бюрократической мысли.

— Это кошмар, Гектор, — выдохнула она.

— Что случилось? Привет, народ, — кивнул я остальным. — И тебе, кстати, доброе утро.

— Сомнительное утверждение, — качнула головой сестрёнка. — Амбридж запретила все нелегальные сборища и клубы.

Глянув на новый документ в рамочке, я быстренько пробежался взглядом по его содержанию. И в самом деле, запретила. Все внеурочные собрания, группы, клубы и прочую активность. Для продолжения своей активности, нужно получить разрешение на оную у Генерального Инспектора, то есть у Амбридж.

— Это вообще проблема! — возмутилась Алиссия. — Эта жаба точно не разрешит играть нашей команде. Слишком уж она зла на Поттера.

— И что теперь делать? — Гермиона резко повернулась ко мне. — Как теперь соби…

— Т-ш-ш, — я шикнул на неё, чтобы молчала. — Почему этот декрет вышел только сейчас? Ученики уже не первый день заняты самообразованием.

— Да сдал нас кто-то, — отмахнулась Алиссия и пошла вместе с другими девушками в Большой Зал. — Малфой, наверняка…

— М-да, создал он себе репутацию, нечего сказать… — покачал я головой.

— Так и некому больше, — словно само собой разумеющееся высказала Гермиона, — но девочки не правы в корне.

Гермиона умудрилась одним взглядом передать, что, мол: «Договор же!», на что я лишь кивнул с улыбкой.

— Думаю, кто-то просто подслушал. Как говорится, даже у стен есть уши, а учитывая, из какого серпентария пришла к нам Амбридж, при этом дослужившаяся без всякого покровительства до помощника министра — она точно не чурается грязных методов и точно умеет собирать информацию окольными путями.

— О чём беседуете? — к нам подошли вечно улыбающиеся близнецы.

— Я слышал, — продолжил мысль Фред, — слово «Амбридж»?

Вместо ответа мы просто кивнули на новое объявление в рамочке и отправились на завтрак, а то за всеми этими разговорами можно и без еды остаться.

— Дерьмо… — услышали мы синхронный комментарий близнецов за нашими спинами, а зайдя в Большой Зал — разошлись по местам за своими столами.

Стоило только появиться еде, как Джастин решил задать вопрос, интересующий его:

— И как теперь собираться?

— Я над этим работаю.

Ханна посмотрела на нас двоих.

— Вы о новом декрете?

— Угу.

— Меня больше беспокоит то, сколько придётся собирать бумаг на всякие мелкие клубы и прочее. А если Амбридж ещё и сопротивляться будет…

— Это