Проект «Геката» (СИ) - "Токацин"

Ипроновый стержень был поднят, и сразу же Гедимин увидел зелёную вспышку и услышал тревожный писк дозиметра. Пульсирующее излучение не понадобилось — твэл «зажёгся» без промедления, и оболочки из обеднённого урана этому не помешали. Гедимин, довольно усмехнувшись, проверил показатели — стержни грелись чуть сильнее обычного, но температура оставалась в рабочем диапазоне. Он выждал несколько минут; интенсивность омикрон-излучения, перевалив за обычный предел, продолжала расти. Она не пульсировала, и Гедимин, потянувшийся было к рычагу сброса, остановил руку. «Другой предел,» — предположил он, внимательно наблюдая за ростом. «Ещё немного… Всё, вышел на плато. Хм… Странно. Я думал, уран возьмёт часть квантов на себя…»

Он подключил анализатор. Ирренций внутри стержней медленно «выгорал», но внешние оболочки так же медленно перерождались. «Вот область синтеза,» — Гедимин поднёс к твэлу «щупы» прибора. «А вот тут — обратный синтез. И за счёт него такая интенсивность. Надо за ним понаблюдать…»

Он накинул на конструкцию экранирующий кожух и вышел. Хотелось сразу проверить стабильность твэла, но Гедимин заставил себя отложить опыты на неделю. «Пусть поработает в мирных условиях,» — думал он, чувствуя на коже привычное фантомное тепло — волокнистое «существо» засело в его лаборатории в момент запуска первого миниреактора и с тех пор оттуда не вылезало. «Дней через пять попробую встряхнуть его. А потом дойдём до Прожига. Откачаю из отсека воздух… Кенену лучше не говорить.»

17 марта 28 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

Резкий звон коммутатора застал Гедимина в коридоре рядом с лабораторией — он только успел выйти из-под защитного поля, из-за плотности блокирующего любые виды связи. Досадливо щурясь, он притронулся к шлему.

— Джед, где тебя носит? — возбуждённо спросил Кенен. — Быстро на космодром!

…Повреждённый барк, вытащенный космодромными тягачами на далёкую южную площадку, теперь состоял из двух крупных частей и одной помельче — метеороид, встреченный между Землёй и Луной, расколол его пополам. Сарматы-ремонтники стояли вокруг, озадаченно переглядываясь.

— Шли с неисправным «сивертсеном»? — спросил Гедимин, досадливо щурясь на остатки корабля. Восстановить его можно было, — несколько тысяч стяжек, дополнительный слой обшивки, — но область разлома навсегда осталась бы уязвимой и при неудачном старте снова разорвала бы барк надвое. «Корабли не регенерируют,» — мелькнуло в голове у сармата, вспомнившего, как зарастают «раны» мианийского крейсера.

— Да было у них поле, — отозвался Кенен. — Иджес выцепил данные с сервера… Поймали нейтронную мину, поле поглотило излучение и само выгорело, а дальше сработали осколки. Когда уже космос вычистят?!

Он потыкал в разломанный барк дозиметром и повернулся к Гедимину.

— Что скажешь, Джед? Я вот не уверен, браться ли. Много они не заплатят.

Гедимин пожал плечами.

— Скажи им, что собрать его можно. Или ставить стяжки, или… — он ненадолго задумался. — Или пересобирать заново. На первое хватит трёх дней, на второе… неделя, не меньше. Но на стяжках он долго не пролетает — ещё одна мина, разбалансированный антиграв на старте, и его снова порвёт.

Кенен задумчиво сощурился.

— Подожди, Джед. Дам им возможность выбрать. Макаки это любят…

…Сарматы покинули ремонтный ангар, оставив его под присмотром кларкских «копов». В этот раз экзоскелетчики-земляне вокруг не вертелись — корабль относился к лунному флоту. Сейчас он, частично разобранный, лежал в ангаре среди подготовленных к установке стяжек, а Кенен оживлённо переписывался с городским советом — выбивал заказы на балансировку гравитационных батутов. Гедимин настороженно косился на него, думая, что балансировать, если Маккензи договорится, придётся именно ему — только он из всего персонала базы мог сделать это вручную и за считанные минуты.

Сармат снова оглянулся на ангар на южном краю космодрома и недовольно сощурился. Кенен, с облегчённым вздохом прикрыв передатчик броневыми пластинами, ткнул Гедимина в бок.

— Ну что с тобой, Джед? Это было их решение, их выбор — и их корабль, в конце-то концов! Мы что, должны трястись над ним больше, чем его владельцы?

Гедимин качнул головой.

— Почему они так решили? Я не понимаю.

— Деньги, Джед, — со вздохом ответил Кенен. — Кларк — не такая уж богатая колония. А расходы у неё… Эй! Ты меня слушаешь?

Гедимин, забыв о собеседнике, остановился и медленно развернулся лицом на восток. Там, за всеми терминалами космопорта, напротив ангаров, сдающихся в аренду, стоял широкий купол прозрачного защитного поля. Под ним стояла одинокая «Гарпия», неизвестно как дожившая до этого дня; больше не было ничего.

— А… — Кенен проследил за его взглядом и, взяв сармата за плечо, потащил за собой. — Крейсер улетел. Интересно, продали его, или тот повстанец перебрался на Землю?

— Даже ты не знаешь? — недоверчиво покосился на него Гедимин. Кенен пожал плечами.

— Я тут не живу, Джед. Что-то происходит — мне не докладывают.

В баре Джона не было, и вообще людей было немного. Сарматы забрались в привычный тихий угол; Гедимин, равнодушно взглянув на разложенную на столе еду, подошёл к стойке.

— Ты, Джед? Давно тебя не видно, — кивнул ему Дэвид, поставив полупустую ёмкость в холодильник. Сармат скользнул взглядом по табло с показателями температуры — с прошлой настройки агрегат работал без сбоев.

— Винстон улетел? — спросил Гедимин. — Продал корабль?

Человек хмыкнул; его взгляд на секунду стал очень внимательным.

— Нет, в этот раз не выгорело, — ответил он. — Забрал свой крейсер и вернулся на Землю. Не знаю, как он его поднял, но повторить этот фокус больше никому не удалось. Ты, наверное, смог бы.

— Вернулся… — повторил Гедимин, сузив глаза. «Значит, он с реактором справляется. И… чего-то не говорит покупателям? Глупо. Он возвращает им деньги, платит неустойку, имеет дело с полицией… Из-за чего? Если не хочешь продавать корабль, так не продавай…»

— Ты что-нибудь слышал об электрических пиявках из Африки? — спросил он.

— Я не люблю животных, теск, — покачал головой Дэвид. — У нас они, к счастью, не водятся.

…Охранники информатория, болтавшие о чём-то в дверях, расступились при виде сармата, и он удивлённо мигнул, но тут же выкинул эту странность из головы. Машина, за которой он обычно сидел, была свободна; убрав с экрана рекламный баннер лунной колонии, сармат набрал в поисковике «электрические пиявки Африка».

«Население Нделе эвакуировано» — замигал перед ним первый же заголовок. «Войска удерживают рой в районе электростанции. Судьба персонала остаётся неизвестной…»

Гедимин, изумлённо мигая, развернул статью. На размытой фотографии вокруг крупной дизельной электростанции бушевал электрический шквал. Вокруг неё дымились обломки военной техники — от наземных бронеходов до лёгких бомбардировщиков. На трансформаторной подстанции висели гроздья багровых тел с вытянутыми кверху хвостами, ещё несколько тысяч метались в воздухе, создавая живой заслон и стену непрерывно сверкающих разрядов. Гедимин смотрел на всё это, пытаясь прикинуть суммарную мощность живых электрогенераторов, — получалось, что зверьки должны были обуглиться изнутри задолго до первой молнии.

«Вспышка агрессии со стороны электрических мутантов вызвана атакой вооружённых сил Восточного Блока на формирующийся рой, — к такому выводу пришла Комиссия по взаимодействию разумных существ», — прочитал Гедимин по следующей ссылке. К ней не прилагались фотографии, но, увидев, о чём речь в статье, сармат не закрывал её, пока не дочитал до последней буквы. «Служба планетарного контроля Мианийской Федерации направила на Землю комиссию для наблюдения за мирным процессом. Первое совещание её членов с Советом безопасности Солнечной системы… А, так они тут не из-за животных. «Проверка, проведённая в поселениях военнопленных…» Они тут из-за нас,» — Гедимин удивлённо хмыкнул. При слове «гетто» ему вспомнился Ураниум-Сити, и он продолжил читать, держа всплывшие картинки перед глазами. «Выдача спецодежды была саботирована в трети поселений… новые летние комбинезоны не были привезены… один комплект зимней спецодежды… отсутствие моющих средств…» — Гедимин озадаченно покачал головой. «Да, в Ураниуме порядка было больше. Не помню там проблем со стиркой. И одежду выдавали…»