Паутина миров: Остров (8 книг) (СИ) - Шаман Иван

– Дорогая Хэй Лин, я так понимаю, вы сейчас перед старейшинами пытаетесь установить свой авторитет, на случай гибели брата? Можете этим сколь угодно заниматься, но не за мой счет. Вы еще живы, вы все, только потому, что я так решил. Вы нужны острову, так же как нужны своему народу, а значит и мне. Но не сомневайтесь, за оскорбления и подозрения вам придется ответить. Думайте, прежде чем говорить.

– Вот теперь я вижу истинного грозового дракона, призывающего дождь. – самодовольно улыбнулась Лин, а затем с достоинством поклонилась. – прошу прощения, владыка, за невольно нанесенное оскорбление, я высказала его в припадке переживания за брата. Разрешите мне и моим старейшинам удалиться из зала, чтобы не мешать вашим супругам? Будет досадно, если своим присутствием мы навредим брату.

– Куват, проследи чтобы они никуда не исчезли. Каждую секунду чтобы были на виду. Кто захочет вылить жидкость под циновку, развеять в воздухе порошок, затереть пасту из‑под ногтя меж досок – нещадно пресекай и веди ко мне. Позже я устрою допрос, дабы выяснить причастность.

– Вы не имеете права, мы старейшины клана Хэй и не подчинимся вашей воле! – выкрикнул Пуанг. – Я не уйду от своего ученика! Можете убить меня на месте!

– Хорошо. Можете остаться, но сядьте в углу и перестаньте кричать. – сухо сказал я, рассудив, что свидетель воскрешения нам действительно пригодится.

Через минуту зал опустел, а перед его вратами уже стояли на коленях все, кто мог быть замешен в происходящем. Еще раз взглянув на десяток телохранительниц моих супруг, которые жизнь отдадут, но не позволят упасть и волосу с их голов, я вышел к слугам.

– Хэй Лин отравлен, в моем доме. Каждый из вас будет утверждать, что не имеет к этому никакого отношения и вполне возможно – это действительно так. Но мне в любом случае придется влезть в ваш разум, чтобы оценить такую возможность. – сказал я, глядя на послушно склонивших головы стражей, поваров и слуг. – Расслабьтесь, как перед медитацией, и старайтесь не сопротивляться. Я все равно пробью ваш ментальный барьер, но при вашем содействии это будет куда менее болезненно.

Мне пришлось сильно преувеличить свои силы, ведь мысли в чистом виде я читать не мог. Больше того – я никогда не слышал о подобном. С другой стороны – когда тебе говорят – «не думай о белой обезьяне», что ты делаешь? Именно это. Предупредив, что я проникну в их разум, я тем самым заставил думать о самых плохих и постыдных вещах которые смогу там найти, а почувствовать стремления, и тем более вложить в чужой разум свою иллюзию – изучаемый Юань‑ци процесс.

В начале нужно было снять подозрение со стражников. Их мысли оказались просты и довольно бесхитростны и ко мне и сегодняшнему вечеру имели мало отношения. Все же война и трусость – идут бок о бок, а воинам Чщаси слишком часто приходится видеть смерти родных и друзей. Трусость, мало похожая на страх разоблачения, и близкая скорее к стыду, за то, что они не смогли предотвратить покушение. Все вполне естественно.

– Можете возвращаться на посты, позже я допрошу каждого отдельно. – сказал я, на несколько раз пройдя по мыслям солдат. Кто думал о проявленной трусости, кто о самоволке в дом удовольствий во время дежурства… требовать от воинов недавно пришедших из других кланов безукоризненного поведения не только бесполезно, но и вредно. Они должны привыкнуть к новым порядкам.

Со слугами все было сложнее. Кто подворовывал с кухни для семьи, отпечаток складываемого в подол мяса был почти виден в мыслях девушки‑адепта, кто недобросовестно относился к готовке, а один… гхм… повар, позволил себе приставать к подчиненным без их желания.

– Ты знаешь в чем твоя вина, не так ли? – произнес я, сдавив пальцы на голове повара. – Твое поведение недопустимо. Если ты хотя бы подумаешь о том, чтобы продолжить – отправишься во внешний караул. На два месяца. Ты все понял?

– Простите меня, господин, больше никогда, клянусь! – прижавшись лбом к полу запричитал настырный любитель молоденьких девушек. За мысли не наказывают, а жалоб от служанок не было. Все же некоторым он нравился. Не смотря на возмущение. Так что наградив его импульсом боли от Юань‑ци я продолжил ментальный допрос, и уже следующая девочка заставила меня отшатнуться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Можно ли считать влечение преступным деянием? Если это влечение на столько острое, что вызывает жжение. Если оно направлено на человека совершенно иного статуса и положения? Если… ты на него работаешь, каждый день принося чай ему и его супругам? Отвечать на это я ничего не стал, лишь слегка заглушил мысли молодой поварихи иллюзией работы и труда. Ничего, найдет себе другое увлечение, не зачем ломать ей жизнь из‑за первой влюбленности, а если Юн узнает – станет одним трупом больше.

Потратив несколько минут, я пришел к выводу что никто из слуг и стражи не виноват. Да, у них были свои недостатки, а кто без греха? Но к отравлению они никакого отношения не имели, честно выполняя свои обязанности и трудясь на благо клана Гуанг. Оставались старейшины, телохранители и сопровождающие. Ну и конечно мои супруги, и главный интересант, человек, который в случае смерти Акио получит больше всего выгоды – Хэй Лин. Хотя, как она могла это сделать, находясь в другом здании, мне непонятно.

Вернувшись в зал, я посмотрел на то как Аи и Юн продолжают поддерживать жизнь в Акио, который в противном случае должен был умереть уже несколько минут назад. Зрачки Аи опасно сузились, превратившись в крохотные точки, по напряженным мышцам, и впившимся в тело пациента ногтям стало понятно, что она находится на пределе своих возможностей, но из присутствующих лучше в Чжен‑Ци не разбирался никто. А госпожа Хотару еще не прибыла, судя по карте ее точка и быстро приближалась к главному дому. Минута, максимум три, и она будет здесь.

Юн тоже досталось – кожа посерела, видно выкачала из себя кровь для очистки ее у Акио. Супруга продолжала постоянно обновлять красную жидкость, а на полу, возле руки самозваного главы Хэй, уже разлилась небольшая лужица – использованное вещество. Девушкам понадобится отдых, а мне не плохо бы самому научиться подобным техникам. Иначе может возникнуть ситуация, в которой я их не спасу.

– Где они?! – выкрикнула Хотару, врываясь в зал с двумя помощниками, и я молча отошел в сторону, показав рукой. – Что? Юн! Я же тебе сказала, не напрягаться! В сторону, в сторону обе! – властно приказала глава лаборатории, и девушки обмякли, чуть не рухнув на пол. Подхватив их, я передал телохранительницам, которые бережно унесли супруг в наши комнаты.

Хотару с ходу полоснула скальпелем по груди Акио, и безжалостно запустила свои пальцы под кожу пациента. Закрыла глаза, на секунду, затем выпила крохотный бутылек с зельем, и обмакнув пальцы в лужу отработанной крови положила их в рот, задумчиво причмокивая губами. Мгновение и у нее в руках уже большой шприц, полный светящейся зеленоватой жижи. Толстая игла вошла в живот Акио, к кишечнику, и надавив всем телом Хотару впрыснула почти сто грамм эликсира.

– Ему можно сохранить жизнь? – спросил я, когда не увидел никаких изменений. Эльфийка хмуро усмехнулась, а затем положила ладонь на проткнутый живот. Кожа Акио из бледно желтой быстро приобретала зеленый оттенок. Затем его тело выгнулось дугой, глаза широко раскрылись, и он сипло вдохнул, закашлявшись.

– Жить будет. – удовлетворенно сказала Хотару. – А вот в сознание придет только через несколько дней. Так что, если ты… простите, вы, господин Валор, хотите его допросить – ничего не выйдет.

– Расскажите о яде, возможно это натолкнет меня на идею кто именно решился его отравить. – попросил я, возвращаясь на трон.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Это самое интересное. Мне такой яд неизвестен. – сказала Хотару, садясь передо мной, как положено старшей из подчиненных. – Я использовала собственную эссенцию жизни, безукоризненно подчиняющуюся приказам. Захватила его тело, своими силами, и заставила снова работать. Эффект хоть и временный, его организм не способен воспроизводить мою эссенцию, но перед выходом все функции, включая мозговые, будут восстановлены, если конечно нет критических повреждений мозга. Но это больше по вашей части, умениям Юань‑Ци.