Охотники Смерти или Сказка о настоящей Верности - Джезебел Морган

Сын Ночи тенью выскальзывает из комнаты, словно прихватив с собой моё спокойствие. За спиной мастера тихо хлопает дверь.

– Что на этот раз вы поведаете мне интересного, мастер?

Заставляю свой голос звучать с насмешливым, взвешенным достоинством. Судя по вежливо сдерживаемой улыбке мастера и его добрым-добрым глазам, получается плохо. Он задумчиво оглядывается, словно ища куда присесть. Я с милой улыбкой предлагаю ему садиться на пол, ибо на кровати уже сижу я. Простенький и эффективный жест, показывающий, на чьей территории ведётся разговор. Представители Ночной Гильдии всегда очень тонко ощущают этот нюанс, оставляя за хозяином право на решающие слова, в независимости от того, в чью пользу закончился разговор.

– Думаю, вам будут интересны новости из столицы, niella.

Незаметно морщусь. Я не люблю, когда мои фальшивые имена используют в разговоре в их исконном значении. Niella с языка жителей восточной равнины за Сумрачными горами – одна редкая и очень коварная ягода, дурманящий аромат которой ядовит и способен свести с ума или уничтожить память, если человек не успел надышаться испарениями.

– Я с удовольствием послушаю, что твориться в Жемчужине Империи. – И позлорадствую над этим.

Холодно и бесстрастно улыбнувшись, мастер начинает пересказывать основные события, которые мы пропустили, мотаясь по глуши в попытке скрыться от своей же Гильдии.

– Несколько дней назад была уничтожена Цитадель Солнца, вторая из семи по значимости. Точные причины не известны, ибо владения гранда оказались… зачарованными неизвестным образом. Предположительно, имел место быть конфликт гранда с представителями Церкви.

Утвердительно молчу. Первой из-за своего нежелания подчиниться новой власти пала Цитадель Луны. Её просто сожгли, вместе со всеми, кто тогда там находился. Не щадили даже детей и женщин. Больше с церковниками никто не решался поспорить.

Кроме моего отца.

Из-за меня.

– Пресвятая Церковь выразила своё… недовольство политикой императора, что вызвало повышение активности оппозиции. – Змеиная улыбочка мастера тонко намекает, что и к этим событиями приложили руку ночные интриганы. – Несколько почти удавшихся покушений на представителей императорской семьи заставили Его Величество спешно спрятать своих родственников, однако, на сколько известно нашей Гильдии, – а известно вам почти всё, что творится в Империи, и уж гораздо больше, чем ты мне говоришь, мастер, – на Сиятельную племянницу императора и её сопровождающих было совершенно нападение на Звёздном тракте, – мастер внимательно следит за моим лицом и лежащими на коленях ладонями, ожидая какой-либо реакции. Ничего не дождавшись, он уточняет, – На том его участке, где он пересекает Степь.

Я продолжаю невинно улыбаться.

– Я понимаю, к чему вы клоните, мастер, – в некоторой задумчивости склоняю голову. – Мы действительно предпочитаем этот маршрут, направляясь с северных рубежей к предгорьям, но, увы, Сиятельную леди мы не встречали. – Из-под ресниц наблюдаю за неподвижным лицом мастера. – Но, – позволяю себе довольную улыбку, – я наткнулась на небольшую банду разбойников…

– И сколько же из них выжили после встречи с вами?

– Все, а некоторые даже излечились чудесным образом. Конечно же, я не поверила сказочке главаря о том, что у них был всего лишь маленький междусобойчик. В уплату моих услуг мне предложили один занятный документ, – невозмутимо достаю из внутреннего кармана моей куртки изрядно помятый пергамент. Встряхнув его, протягиваю мастеру, предлагая ознакомиться. С садистским удовольствием наблюдаю за изменяющимся лицом светловолосого человека.

Прелюдия сыграна. Он не может не понимать, что теперь он или уйдёт отсюда вместе с этим пергаментом, уплатив за него высокую цену, или не уйдёт вовсе. Впрочем, его это, судя по ровным цветам эмоций, ни капельки не волнует. В который раз убеждаюсь в лицедейском мастерстве этого человека.

– Разрешите вам сообщить, что те скульптуры, что остались от каравана, а так же мёртвые, полностью осушенные тела Сиятельной и её сопровождения, не могли… оставить разбойники. Имело место быть магическое вмешательство.

С независимым видом развожу руками.

– Неужели вы уличаете меня во лжи, мастер? Но ведь я всего лишь пересказала то, что мне сообщили романтики с большой дороги.

Любой человек, ранее со мной не общавшийся, может и купиться на искренность и лёгкую укоризненную обиду в моём голосе, но ждать такого от мастера… Глупо и неосмотрительно, даже если он сделает вид, что поверил.

– Разве вы не поддерживаете контакт с выжившими кровавыми ведьмами?

Оч-чень удобно, когда меня считают всего лишь их доверенным лицом. Но переиначенное имя клана меня бесит!

– Мне ничего не известно об их вмешательстве в эти события, если таковое имело место быть. К вашему сожалению (отнюдь не моему), Чародейки не ставят меня в известность обо всех своих действиях.

– Кто же может дать ответ за такое варварское и грубое преступление?

– Может быть, жрецы S'ien'ter? – Жаль, правда, что жрецы этих мирных божеств погибли вместе со своими богами одними из самых первых.

Мастеру, похоже, надоедает увиливать от разговора, и он напрямик спрашивает.

– Что вы желаете получить взамен?

А вот теперь я серьёзно задумываюсь. До этого мне было важнее выжать из него готовность ответить на мои вопросы, чем эти самые вопросы продумывать. Сейчас же главное не продешевить, но и не перегнуть палку.

– Информацию.

– Это я уже понял, – морщится мастер. – Что именно вас интересует?

Задумчиво барабаню пальцами по деревянной спинке кровати. Ловлю себя на том, что помимо воли выстукиваю простенькую мелодию, которую какой-то умник обозвал гимном Гильдии Охотников[22]. Что ж, это можно в некоторой степени назвать ответом подсознания. Переплетаю пальцы в замок, устремляю на мастера испытующий взгляд: ответит или нет?

– Мне нужна вся известная вам информация о Гильдии наёмников. Вся. Даже личные отношение её верхушки.

– Но вы же входите в эту Гильдию? – Мастер позволяет себе выразить некоторое удивление.

– Именно поэтому мне и необходима эта информация.

Мастер ненадолго задумывается, фильтруя факты. Надеюсь, ему хватит благоразумности не врать мне.

– Эта Гильдия в данный момент является одной из самых стабильных. У неё нет отбоя в заказчиках, ибо её услуги требуются всегда, – как впрочем и услуги интриганов и осведомителей из вашей Гильдии… – Внутренних разногласий не замечено, экономически и политически она является независимой, но упорно держится в стороне от Большого Двора, – сухой и скупой голос мастера чуть вздрагивает, но тут же выравнивается. – Но, думаю, вам интересно будет другая история, связанная с двум отступниками, нарушившими кодекс.