Странник. Книга первая. - Игорь Чужин

Одни «рояли в кустах», как в хреновом фэнтези. Только мне этот рояль, скорее всего не поможет, а пришибет своей крышкой. Стоп, а ведь можно попробовать посмотреть на Стаса и Дэю. А что будет, если заставить Тулпара вспомнить моих родителей и подглядеть этот мысленный образ? Приступим.

— Тулпар, ты видел Стаса и Дэю?

— Да видел.

— Где и когда ты их видел? — продолжил я.

— Я их видел в Танорисе, двадцать лет назад на совете князей кланов.

— Что за Танорис?

— Танорис столица Танола.

«Вот те бабушка и Юрьев день», я тоже теперь цельный «прынц», этого только не хватало, для полного счастья.

— Тулпар вспоминай Стаса и Дэю, — приказал я и погрузился в транс.

Настроив свое восприятие на образы в голове пленного, я стал смотреть голографическое кино.

Вот я уже не Ингар, а маленький мальчик Тулпар, стою в большом красивом зале и держусь за огромную ладонь своего отца. Играет музыка. Мимо нас проходят могучие воины в красивых доспехах и шикарные дамы в изысканных платьях. Отец называет их титулы и имена, но я его не слушаю, а глазею по сторонам. Из этого блаженного состояния меня выводит подзатыльник отца.

— Не крутись по сторонам, а слушай и запоминай! — сказал отец. — Это твои будущие друзья и враги. От этих знаний зависит твоя дальнейшая жизнь.

Я перестал вертеться и стал внимательно слушать отца. Отец больно сжал мою руку и сказал:

— Смотри внимательно и запоминай! Видишь этих мужчину и его жену.

— Да папа.

— Это наши злейшие враги, князь Стас и леди Дэя. Обязательно запомни! Если я их не убью, то это должен будешь сделать ты, когда станешь воином.

Я посмотрел на высокую женщину в зеленом платье, она была красивая как моя мама. Женщина заметила мой взгляд и нежно мне улыбнулась. Покраснев, я прижался к отцу.

Рядом с женщиной стоял высокий сильный мужчина, в расшитой золотом безрукавке, с татуировкой на левом предплечье. Татуировка изображала желтую змею с капюшоном, обвивающую кинжал и синюю надпись под ней «ВДВ». Мужчина строго посмотрел мне в глаза, и я описался.

Меня выбросило из сознания Тулпара, и я буквально сел на задницу, с отвалившейся челюстью. Там в сознании Тулпара, на меня смотрел родной брат моего отца, Стас. Отец и Стас были близнецами. После школы их судьбы разошлись. Отец поступил в институт и стал обычным советским интеллигентом в очках, а Стас загремел в армию, где благополучно попал в ВДВ. Срочная служба закончилась поступлением в «Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище». Стас в детстве был моим кумиром. Всегда улыбающийся накачанный красавец был совсем не похож на моего интеллигентного отца в очках. Семью Стас не завел и за сына у него числился я. Приезжая на побывку дядя всегда привозил мне очень ценные для пацана подарки. То привезет пустые патроны от автомата, то ракетницу, один раз даже привез учебный снаряд от ГШ-23. Все ребята во дворе мне завидовали, когда мы с дядей по утрам делали зарядку. Голый по пояс Стас крутил «солнышко» на турнике, делал другие гимнастические трюки, а из окон украдкой смотрели девчонки, вздыхая по моему дяде. Мне ужасно нравилась татуировка кобры на его левом плече. Однажды я был нещадно выпорот отцом, застукавшим меня за попыткой наколоть себе такую же. Только через много лет, уже в институте, я украсил свое левое предплечье «Королевской коброй». Капитан ГРУ Станислав Столяров пропал без вести, где-то в очередной горячей точке на просторах планеты Земля, когда мне было семь лет. Как рассказывал его сослуживец, вертолет Стаса столкнулся с высоковольтной линией электропередачи и сгорел дотла. Труп дяди так и не нашли и причислили Стаса к пропавшим без вести.

Помню его фотографию в траурной рамке на стене в гостиной, заплаканных бабушку и дедушку, вдрызг пьяных друзей Стаса, пришедших его помянуть. На этой фотографии Стас был при всех своих регалиях, в капитанской форме и орденах и медалях. Я потом иногда плакал, глядя на этот портрет. Когда я вырос и поступил в институт, бабушка часто мне говорила, что я стал очень похож на дядю, и тайком вытирала подступившие слезы. Значит дядя тогда не погиб, а его закинуло сюда на Геон. Здесь дядя нашел свое счастье, влюбился, родил мне брата, стал князем, а эти суки убили его и его семью. Все кирдык лысому и его папаше, это теперь дело личное.

— Тварь, говори, зачем ты сюда приехал и сколько с тобой людей, где остановились? — зарычал я в лицо парня.

— Со мной еще двое, «наказующий» Колин и мой младший брат Улис. Они в городе остались.

— Что за «наказующий»? — отвечать!

— «Наказующий» Колин, палач клана, лучший воин. Колин не урожденный «Зорг», а принятый в клан изгой.

— Покажи мне их! — заорал я и схватил лысого за горло.

— Нет не надо, отпусти меня, — захрипел гаденыш.

Я вошел в транс и стал ломиться в мозг пленного. Тулпар отчаянно сопротивлялся, но я все сильнее давил на его ауру и наконец, сломил защиту. Мое сознание проникло в мозг Тулпара и передо мною на мгновение возникло лицо его брата Улисса. Меня снова выбросило из его сознания. Я вышел из транса и взглянул на Тулпара. На меня смотрели остекленевшие глаза покойника, из уголка рта, мне на руки, стекала струйка крови. Я в запале сломал ублюдку шею. Отбросив труп как тряпичную куклу, я встал на ноги и осмотрелся. За большим валуном тихо поскуливая, трясся от ужаса, «Первый». Ну и видок у меня, наверное, если даже шака чуть Кондратий не хватил.

— Хватит скулить, — приказал я шаку. — Собирай вещи, седлай лошадей.

Шак опрометью бросился выполнять приказание. От покойников нужно было избавиться. Я по очереди сбросил трупы в ущелье и, осмотрев место допроса, пошел к лошадям. «Первый» упаковал трофеи в узлы и приторочил их к седлам. Я сел на лошадь убитого гвельфа и направился к тропинке, по которой мы ехали в купальню. Шак поскакал следом, ведя в поводу лошадь Тулпара, нагруженную трофеями.

В таверну мы вернулись уже затемно. Во дворе «Железного кабана» нас поджидал Торвин.

— Я уже думал, что ты пропал и не появишься больше. Завтра хотел отправить людей на поиски в купальню. А тут ты появляешься на новой лошади и с кучей барахла. Где третью лошадь взял?

— Махнул не глядя, — ответил я.

— Когда отправляемся?

— Завтра с рассветом. Караван догоним на западной дороге, — просветил меня Торвин.

— Я пойду есть, голодный как собака, а потом лягу спать.

Глава 17. Чем «круче» герой, тем больше синяки

Торвин поднял меня еще затемно. Мы быстро умылись и позавтракали на скорую руку. Во дворе «Железного кабана» происходила обычная суета, которая предваряет отправку в дальнюю дорогу. Мои шаки запрягали лошадей в телегу, упаковывали вещи. Я подошел к ним и спросил, как двигаются дела.