Лорд в серой шинели - Александр Конторович

Ловко это у них... ни одного лишнего слова.

Осторожно продвигаюсь по проходу. Он ведет вниз, периодически поворачивая из стороны в сторону. Воздух тут уже чище, это можно ощутить даже сквозь мокрую тряпку.

Возле очередного поворота останавливаюсь. На противоположной стене дрожит отблеск огня – в комнате горит свет.

Оба монаха уже здесь – прижались к стене. Задний оборачивается ко мне и делает вопросительный жест.

Так, поработаем детектором...

В комнате кто-то есть, и этот человек не спит, я слышу его движения. Что-то поскрипывает. Слышно напряженное дыхание – человек взволнован. Зелье не сработало? Похоже... А тот, второй, полез вверх на звоночек и дохнул этой смеси со всей дури. То-то он и полз – стоять уже не мог.

Хорошо, и где же этот неспящий?

Поскрипывает... что там может скрипеть? Кожа? А ведь и верно – кожа скрипит! Память тут же подсказала картинку – деревянная рама с натянутыми ремнями. Койка в помещении привратника. Стало быть – он лежит.

Почему?

Кровь на полу коридора!

Так он ранен!

Чуть сместившись вбок, наклоняю лезвие клинка – теперь у меня в руках примитивное зеркало. Не шибко хорошее – мешает узор на клинке. Но часть комнаты я вижу. Она узкая, кровать если где и стоит, то уж точно не поперек – не хватит места, чтобы человек лег, вытянувшись во весь рост. Значит, кровать стоит у стены. У какой?

В спину чуть толкает легкий ветерок – сквозняк?

Ага!

Если поставить кровать у стены, противоположной входу, – насморк обеспечен. Сон на сквозняке укреплению здоровья не способствует.

На пальцах поясняю монахам расклад. Они сближают головы, о чем-то шепчутся.

Чуть погодя один монах оборачивается в мою сторону и показывает растопыренную ладонь.

Пять пальцев – пять секунд?

Четыре.

Три.

Два.

Один...

Пошли!

Кувырком вкатываюсь в комнату.

Монахи уже здесь – опередили. И здорово!

Комната действительно узкая. И длинная – метров восемь.

Кровати, как я и предположил, стоят вдоль ближней к нам стены. Их две, и на дальней от нас полулежит здоровенный парень. Он ранен – вижу на бедре повязку, сделанную из разорванной одежды.

А в руках этот подземный житель держит арбалет.

В моей памяти всплывает совсем недавнее зрелище – щелчок выстрела, и переднего Кота отбрасывает в сторону...

Руки раненого перестают дрожать (еще бы – подержи-ка на весу этакую хреновину! Это тебе не ПМ в ручке подкидывать – здесь килограмма четыре как минимум!), и он вскидывает арбалет, выбирая цель. В этот момент всякое дрожание рук и их гуляние из стороны в сторону обычно прекращаются – стрелок прицеливается, и все его мускулы напрягаются. А попутно с этим и утрачивается возможность быстро смещать оружие из стороны в сторону, перенося точку прицеливания... За все надо платить. Для знающего человека, кстати говоря, это является признаком скорого выстрела. Оружие уже наведено, цель определена, и стрелок вот-вот нажмет на спуск.

Ага... нажмет... а вот цели-то как раз и нет...

Оба монаха плавными движениями ныряют куда-то вбок-вниз и исчезают из поля зрения стрелка. Арбалет дергается вправо – там уже пусто, перемещается влево – то же самое. После секундного замешательства стрелок выбирает новую цель – меня. Благо я никуда не прыгаю, а просто несусь к нему по кратчайшему расстоянию.

Но получить в лобешник толстенный подарочек (а арбалет заряжен тяжелым болтом – это я хорошо вижу) меня отнюдь не прельщает, и я тоже нырком лечу на пол, каждое мгновение ожидая услышать щелчок спускового механизма.

Кубарем пролетаю пару метров – выстрела все нет, выхожу вприсядку, пора уже и вдругорядь в сторону уходить...

И вижу, как вынырнувшая откуда-то снизу нога смачно долбит стрелка точняк в район морды...

Хрустнула кровать, злодея отбросило в сторону. Вывернувшийся сбоку второй монах (и как только он там оказался?) одним движением вышибает у него арбалет и буквально сворачивает оппонента в бараний рог.

Тот еще пытается трепыхаться – его рука рвется к шее. Ага, там у него кольцо!

Не придумав более ничего лучшего, поворачиваю клинок в руке и, подскочив к стрелку, плашмя луплю его по скуле.

Клинок все-таки не полкило весит, да и замах у меня отнюдь не женский – так что клиенту поплохело... Руки его обвисают, и он откидывается на стену.

Хрустят кости – это монахи заворачивают стрелку руки за спину. Один из них выдергивает откуда-то нож и резким движением распарывает злодею одежду. Срезает с шеи ремешок с мешочком и отбрасывает его в сторону.

– Ф-ф-у...

Оборачиваюсь назад – у выхода из коридора стоит Лексли. В руках держит арбалет. Это он прикрывать нас собирался?

Кот опускает оружие и вытирает лоб.

– Я уже собирался стрелять...

– Спасибо, – серьезно отвечает один из монахов. – Слава Всевышнему – не понадобилось.

Наверху вдыхаю воздух всей грудью – хорошо! Монахи и Коты все еще обшаривают подземелье, выволакивая на свет какие-то трофеи. Осматривают ворот, пытаясь распознать его назначение. А я сижу на лавочке, около входа в будку привратника, подставив лицо яркому солнышку.

Ну какого, скажите, рожна меня понесло в это подземелье?

Путаться под ногами у таких профи, как Коты и монашеский спецназ?

Да они и без меня слепили бы эту парочку, как слепых котят!

А вот шанс словить болт имелся. И весьма основательный!

Сбоку обозначается движение – брат Рон.

– Присаживайтесь, – киваю ему на лавочку, – тут еще полно места.

– Спасибо, – он садится рядом со мною. – Пить хотите, милорд?

– Хочу. И есть хочу тоже. У меня так всегда после драки – быка бы съел!

Монах понимающе кивает и достает откуда-то из-под рясы небольшую фляжку.

– Еды у меня нет, а вот жажду утолить можно.

Чуть кисловатый напиток приятно освежает горло. Эх, надо будет рецептик попросить – Мирна будет рада.

– Спасибо, – возвращаю ему полупустую флягу. – Ничего, что я так много выхлебал?

– У нас у каждого запас, милорд. Не волнуйтесь, хватит всем.

– Ну и славно.

– Должен сказать вам спасибо, милорд! Вы здорово помогли моим товарищам там, внизу.

– Да ладно вам... Под ногами не мешался – уже хорошо. Мне-то до их уровня еще, как до Пекина раком...

– Куда? – Рон удивленно приподнимает бровь.

– Ну... словом, далеко еще. Есть чему учиться.

– Не скажите, милорд! Так видеть и слышать в темноте – этого никто из нас не может. Да и ваш фокус с использованием клинка вместо зеркала – учтем!

– Дарю.

Подходит Лексли. Этот без долгих слов лезет за пазуху и вытаскивает сверток. Разворачивает его и протягивает нам обоим по куску хлеба с ветчиной. Для себя у него тоже кое-что остается.