Телохранитель для невесты (СИ) - Коваленко Мария Александровна

Дима и правда будто куда-то собирался. Отдавая приказания, он снова включил телефон. Что-то написал. Потом отвернулся и, вероятнее всего, выругался.

Обманывать девочек и саму себя, что все в порядке, я не стала. Конечно, я не знала Штерна так, как они, но таким злым уже видела. В Иордании, когда неизвестные вломились в наш номер, и ещё в одну ночь, когда он забирал меня из люкса для новобрачных.

Оба раза нас могли убить.

— Я сейчас. — Больше не раздумывая, я бросилась к двери.

Паника цепкими паучьими лапами поползла по хребту. Один из шлёпок слетел с ноги. Но вернуться я себе не позволила. Беззаботное утро закончилось.

Глава 45

Дима

Я знал, что следующий шаг Шиммера будет скоро, но не ожидал, что настолько.

Деньги творили чудеса. Только мы вязали одних исполнителей, появлялись другие. Только успевали выбить из них информацию, третьи меняли нам планы и пускали коту под хвост всю прежнюю работу.

— Во сколько стало известно, что он выбросился из окна?

Саша уже изложил вкратце суть ЧП, и я перешёл к уточняющим вопросам.

— Звонок в скорую был в шесть двадцать, а в шесть сорок пять — в полицию.

— Это точно Швед? Опознание проводилось?

— Да, приехавший на место прокурор узнал его. Пересекались на нескольких процессах в суде. А в девять утра в морге подтвердил брат.

— И рабочая версия следствия, как я понял, далеко не убийство.

— Верно, суицид.

— Бл*дь! Все через одно место. Зря мы вообще этого козла из гаража выпустили. Пусть бы сидел до суда.

Последнее бесило больше всего. Ежу было понятно, что выйти в окно на своём двенадцатом этаже Шведу помогли. Не было у него настоящих причин сводить счёты с жизнью. Не было и смелости на такой шаг.

Шиммер просто-напросто подчищал следы, делал всё, чтобы никто не смог связать брачный контракт с заказом на Алису.

Пока Саша с Колей обсуждали, какую технику и подкрепление нужно будет привезти сюда, я включил телефон и набрал сообщение своему следователю. Видеозаписи с признаниями у него уже были. Пока дело не передали кому-то другому, нужно было выяснить всё об уликах.

"Автозамена" постоянно предлагала бесполезные варианты, мешала писать, но за пару минут я справился.

— Так… — закончив СМС, на радость паранойе, снова выключил телефон. — Будем надеяться, что бравые криминалисты не затопчут следы "гостей".

Саша, который приехал на место происшествия сразу после полиции, тяжело вздохнул.

— Никаких гарантий. "Глухарь" им точно не нужен, а дело тянет как раз на него, — сказал он без оптимизма.

— Это мы ещё посмотрим. — Я на миг прикрыл глаза. — Кстати, а что было в предсмертной записке? Ты слово в слово повторить сможешь?

— Э-э, секунду. — Саша полез во внутренний карман своей ветровки. — Вот! — Он передал мне сложенный вчетверо лист бумаги. — Я переписал. На мобильном есть ещё и фотография, если нужно…

— Сойдёт и так!

Отвернувшись от домика, я быстро пробежался по строчкам. Почерк у Саши был чем-то средним между медицинским и клинописью, но за несколько лет работы разбирать эти каракули я уже научился.

Ничего выдающегося или полезного для следствия в записке не было. Сопливый бред, поверить в который мог лишь тот, кто ничего не знал об убитом.

"Не могу без тебя жить. Не могу простить, что ты вышла замуж за другого. Алиса, это ты во всём виновата. Прощай".

Противно было от каждого слова. Диктовавший явно рассчитывал, что текст сообщения передадут Алисе. Следователь или прокурор — неважно кто. А Алиса, не догадывающаяся об истинной роли своего бывшего, впадет в аффект и начнёт делать ошибки.

Учитывая, сколько лет Швед дурил девчонке голову, расклад был правильный. С инстинктом самосохранения у Алисы была беда, а склонность винить себя в чужих проблемах зашкаливала. Она бы точно натворила глупостей и подставила себя под пулю.

— О том, что Швед уже успел открыть нам все детали аферы, напавшие могли не знать, — подтвердил мою догадку Саша. — Сам юрист, похоже, смолчал о нашей беседе, когда к нему пришли. Побоялся.

В ответ на это у меня не было ни одного цензурного слова. Вначале Швед помог Шиммеру оформить контракт на нужных им условиях. Потом додумался пустить убийц в собственную квартиру. А теперь мы лишились звена, способного соединить в цепочку брак и покушение.

Не сдерживая себя, я выругался. Хреновая ситуация стала ещё хреновее, а ведь казалось, что больше уже некуда.

Я очень надеялся завершить разговор без Алисы, но чей-то конопатый нос так и чуял неприятности.

— Здравствуйте, — раздалось за спиной, и мои парни дружно начали здороваться.

— У вас там, — повернувшись, я указал на домик, — утренние процедуры уже закончились?

— Да, все умыты и заплетены.

Коля с Сашей переглянулись, а я уставился на ноги девчонки. Левая, босая, утопала во влажной от росы траве, а тряпичный тапочек правой уже намок.

— Если простудишься, лечить тебя здесь некому. Быстро в дом! — Почему-то вид мокрых ног злил сильнее, чем смерть её бывшего.

— Скажи, что произошло, и я уйду! — Рыжая гордо выдвинула грудь вперёд. О том, что кое-кто второй день забывал надеть бюстгальтер, она, видимо, не подумала.

— В дом! — Руки так и чесались развернуть Алису на сто восемьдесят градусов и направить к двери.

— Дима, даже твои дочки поняли, что что-то случилось. Скажи мне, что, пожалуйста! — Приказной тон сменился просительным.

Смяв Сашину записку, я засунул её в карман. Рыжей совсем необязательно было знать всё.

— С кем-то из моих родных случилась неприятность? — До ответа Алиса не дотерпела.

— Нет.

— Что-то с Костей?

— С Костей всё в порядке. Трудится в поте лица.

— Тогда с кем? — Она обхватила себя руками.

— Со Шведом.

Можно было сказать прямо. Всё равно узнала бы правду. Только говорить о гибели бывшего вдруг оказалось непросто. С ним она была близка почти два года. Из-за него прыгнула ко мне в кровать первый раз.

— Юра… Его схватили?

Рыжая оглянулась на моих парней. Пугливо, будто ей стало неудобно.

— Его убили. — Тянуть резину не было смысла. — Сегодня рано утром. Следователь уже работает.

— Юру… убили… — Пухлая нижняя губа дрогнула.

Следом я ожидал поток слез. Стандартная бабская программа. Но Алиса лишь вжала шею в плечи и глубоко, словно собиралась прыгнуть на глубину, вдохнула.

Впервые я не мог прочесть по её лицу ни одной мысли. Больше всего это походило на растерянность, но ни одного признака паники, к счастью, не было.

— Это Шиммер? — спустя долгую минуту общего молчания проговорила она чуть слышно.

Я кивнул Саше, как знавшему больше всех.

— Мы думаем, что сработали наёмники банкира. Шведа выбросили из окна квартиры. Инсценировали самоубийство.

Алиса затрясла головой.

— Юра никогда на это не пошёл бы. Он слишком любил жизнь и… И себя.

— Уверен, следствие это докажет, — ответил я сам, пока Саша не ляпнул о записке.

— Но почему самоубийство? — Глаза Рыжей заблестели. Пусть Швед и предал её, но всё же отгородиться полностью она не смогла.

— Это всего лишь версия.

— А те, вчерашние двое… они что-нибудь знали? Может, они смогут вывести на…

— Стоп! — остановил я допрос, пока девчонка не вошла в образ детектива. — Следствие уже работает, — повторил снова.

Алиса ссутулилась ещё сильнее и опустила голову.

— Всё, успокаивайся. Подонок получил по заслугам. — Взял её под руку. — Давай отведу тебя в дом. Попьёшь чай, воду. Выкинешь из головы этого идиота.

В ответ она открыла рот, но так ничего и не произнесла. Вместо этого сама обхватила моё предплечье и послушно пошла рядом.

Идти с Алисой было невозможно. Босая нога поскальзывалась, тапок постоянно цеплялся за траву. Не заботясь о том, что подумают мои подчинённые и наблюдавшие из окна дочки, я подхватил Рыжую на руки и понёс.