ШедЭйр. Путь сердца - Стэлла Соколова

Демона первым заметил Эйрин.

Слегка задев Азара локтем, он показал глазами наверх.

Темный улыбнулся.

Низший демон лежал на колонне, свернувшись и спрятав голову.

Азар кивнул Эйрину и громко кашлянул.

Демон резко поднял голову и в тот же миг Эйрин метнул кинжал.

Тело демона упало на каменные плиты с глухим стуком.

Темный постоял еще несколько минут, на случай если демон был не один.

В зале повисла тишина.

Как только Азар убедился в том, что демон не имел сообщников, он повернулся к Эйрину и сказал:

— Оракул все еще действует, но сил у меня мало. Я не смогу долго держать врата открытыми. Поэтому — поспеши.

Эйрин кивнул.

— Я пойду первым, девчонка за мной.

Эйрин нахмурился.

— Это на случай, если я не удержу портал. У нее больше шансов найти Миру, ты же будешь слабеть с каждым днем. Согласись, будет печально, если ты помрешь в нескольких шагах от них?

— Я согласна!

Хана высунула голову из-за локтя Эйрина и во все глаза смотрела на Оракул.

Темный хмыкнул.

— Тогда вперед.

Подойдя к Оракулу, Азар взял у Эйрина кинжал и полоснул себя по ладони, как только выступила кровь, он резко махнул кистью, окропляя переливающуюся поверхность.

Внутри Оракула забурлил черный дым, золотые искры стали кроваво-красными. Поверхность пошла трещинами и через мгновение открылся проход в Мир Темных Богов. Азар расправил плечи и шагнул.

Со всех сторон к молодому Богу понеслись ярко-красные искры. Они впивались в его тело и лицо, доставляя мимолетную боль и возвращая утраченную силу.

Азара буквально разрывало на части от собственного могущества. Магия дарила ощущение полета, заставляла смеяться, презрев возможную опасность.

Сосуд, в котором до этого ютился Молодой Бог, вспыхнул алым пламенем, оплавляясь и стекая к ногам.

Азар вздохнул полной грудью и раскинул руки, отдаваясь во власть доселе неведомых ощущений.

Как только пьянящее чувство прошло, он оглянулся назад.

Вход начал закрываться.

Азар рассмеялся.

В этот момент Эйрин схватил Хану, которая шла немного позади Азара, за шкирку и выкинул наружу. Девушка сделала перекат и села на корточки. Подняв глаза она увидела, что вход практически закрылся.

Лицо побледнело, глаза с немой мольбой смотрели на Эйрина.

Не понимая причин его поступка она тихо прошептала:

— Почему?

Эйрин грустно улыбнулся и, за миг до того как проход закрылся, сказал:

— Потому что я люблю тебя.

Глава восьмая. Река Забвения

Империя Ардейл. Великая Пустыня. Древний Город.

Врата закрылись и в зале повисла тишина.

Я сидела на корточках, смотрела перед собой и не могла поверить в то, что произошло.

В горле встал ком.

Разве это справедливо? Почему он так поступил?

Я встала и подошла к Оракулу, который представлял собой огромное яйцо. Постучала по нему пальцем, в надежде, что он опять заработает. Потом, по-старинке пнула его ногой. Не помогло. Я начала злиться.

Вот значит как? Невеста — невеста, а сам меня бросил.

Я со всей силы ударила ладонью по Оракулу.

Зря наверно. Потому что он развалился.

Некоторое время я глупо смотрела на обломки.

Кто же знал, что он такой хрупкий? Из картона его что ли сделали?

Пнула ногой кусок того, что раньше было Вратами в Мир Темных и разревелась.

Обидно. И вы бы тоже разревелись, если бы с вами так поступили.

Я села на пол и обняла колени руками.

Вот найду этого и Эйрина, и тогда…

Я начала строить коварные планы мести.

Лучше уж это, чем просто сидеть и реветь как дурочка.

А слезы все равно текли и на душе было тоскливо.

Айрис сказал, что из Темного Мира нельзя вернуться. Значит Эйрин решил сбежать от меня?

Я встала и сжала кулаки. Злость поднялась волной, дыхание стало прерывистым и я выдохнула сквозь зубы.

Ну подожди у меня, женишок сбежавший!

Со стороны лестницы послышались легкие шаги. Так как Эйрин шел последний, в том, что здесь сейчас оказались незнакомцы виноват именно он. Он вообще во всем виноват.

Я спряталась за колону. В зале было темно, поэтому монстра я увидела не сразу, а в тот момент, когда наступила на его руку.

Я тихо присела и уперлась руками в каменные плиты.

Монстр что-то сжимал в руке. Я осторожно, двумя пальцами, потянула это что-то. Оказалось, что это игла.

Бедняга, сидел тут наверно вышивал в тишине и покое, а его убили. Ни за что ни про что.

Ладно-ладно, шучу. Не будет такой уродец вышиванием заниматься. Я положила иглу на пол и выглянула из-за колоны.

В зал как раз вошел, кто бы вы думали?

Их Высочество принц Айрис! В руке он держал факел, что позволило мне рассмотреть идущих следом. А следом за Айрисом топали Рейган, Лейрис и Алин.

Похоже, можно вылезать из своего убежища.

Я вздохнула и поднялась. Вообще, мне не очень-то хотелось видеть кого бы то ни было, но во всяком случае я не одна буду.

Обида на Эйрина напомнила о себе, но я сжала губы покрепче и гордо подняла подбородок.

Пусть видят, что мне все равно.

Сбежал и сбежал. Скатертью дорожка.

Когда я гордо выползла на свет, в мою сторону направили все оружие, которое только у них было. Айрис держал стилет, Рейган с Алином катоны, а у Лейриса на руке был маленький арбалет. Я такой у Рашны видела.

Интересно, где он его взял?

— Это всего лишь я. — Как можно более гордо произнесла я.

Алин сочувственно глянул на меня и сказал:

— А Эйрин где?

— Ушеееееееел…

Слезы опять потекли рекой и я отвернулась.

И ничего мне не обидно, это мне муха в глаз залетела. Ладно, слон.

Алин подошел ко мне и обнял.

— Ну что ты, девочка. Он же ради тебя…

Я оттолкнула Алина и закричала:

— Ради меня? Взял и бросил меня, ради меня?

Алин нахмурился и сухо произнес:

— Истерику прекратить!

Я хлюпнула носом и честно попыталась прекратить.

Ничего не вышло. Я конечно уже не ревела в голос, но слезы все равно текли и меня трясло.

Рейган с Лейрисом отвернулись и стали изображать Шерлока Холмса — рыскали по всему залу, переворачивали осколки разломанного мной Оракула и вообще делали все, что угодно, лишь бы не смотреть на меня.

Ну и не надо. Как будто мне доставляет удовольствие перед вами тут рыдать.

Айрис убрал стилет в рукав и подошел ко мне.

— Послушай, я бы тоже не взял тебя с собой.

Я опустилась на пол.

— Почему?

— Потому что, как ни странно — это опасно.

— Но я же воин.

И в самом деле, я же воин? Или он решил, что раз я стиль свой еще не создала — то и пользы от меня не будет?