Опасные иллюзии - Аманда Скотт

— Я не стану этого делать! — негодующе воскликнула Дейнтри. — Вы сами это прекрасно знаете. Понимаю, обращаясь с подобной просьбой, я вторгаюсь в вашу жизнь. Но если вам это не нравится, я откажусь от этого намерения и ничуть не обижусь.

Леди Офелия промолчала. Дейнтри едва сдержалась, чтобы не бросить упрек: — неужели она ей не доверяет? Позже Дейнтри обрадовалась своей осторожности — вечером тетушка принесла две тетради.

— Эти дневники охватывают тот период моей жизни, когда я начала выходить в свет и познакомилась с Томасом Девериллом и твоим дедом. Эти двое произвели на меня такое же впечатление, как и десятки других мужчин. Я считалась завидной невестой и находилась в зените славы, — добавила леди Офелия, гордо подняв голову.

— Не сомневаюсь.

— Ну, все это только благодаря богатому наследству, — усмехнулась она. — Когда я знакомилась с очередным мужчиной, люди начинали шептаться, передавая из уст в уста цифры моего состояния. Мне известно из достоверных источников, что теперь в лондонских клубах даже выпускаются информационные бюллетени о богатых невестах. Но благодаря стараниям моего отца и сэра Лайонелла Уэрринга мне удалось всех обвести вокруг пальца. Твой дед после этого называл моего отца сумасшедшим, ибо не верил в способность женщины самостоятельно распоряжаться своими деньгами. Нед Тэррант давал мне разные глупые советы, которыми я, к счастью, не воспользовалась. С годами он успокоился, убедившись, что с твоей бабушкой ему справляться гораздо легче. — С этими словами леди Офелия удалилась.

Переодевшись ко сну, Дейнтри выгнала из комнаты Нэнси и открыла первую тетрадь. Спустя час она убедилась в правоте тетушки — там не содержалось и намека на разгадку тайны.

Леди Офелия подробно описывала события, однако упор делала не на светской жизни или характерах людей, а на своем отношении к обществу, лишившему женщину всех прав и превратившему ее в молчаливое украшение мужчины. В дневнике имелись частые сноски на романы, авторами которых являлись представительницы слабого пола. Эти произведения, увидевшие свет шестьдесят лет назад, были совершенно незнакомы современным девушкам, а их аллегории — не-понятны.

Впрочем, Дейнтри всегда любила читать, вопреки запретам отца, и знала много романов, где героини вели себя не так, как подобает воспитанным дамам. Закрыв тетрадь и погасив свечу, Дейнтри долго лежала без сна, представляя, как мисс Бетси Сотлес — действующее лицо произведений Элайзы Хейвуд — вошла бы в светскую гостиную и как бы ее приняли в обществе.

После многочисленных ошибок Бетси все же удалось заманить в свои сети мистера Труворта. Однако смелые высказывания автора, мисс Хейвуд, об абортах, разводах, семейных узах, не говоря уже о сексуальной подоплеке отношений между мужчиной и женщиной, наверняка заморозили бы самые смелые языки прогрессивных людей современности. Таким образом, даже двадцать лет назад, когда пуританство было в моде, люди выражались более открыто, чем сейчас.

На прочтение двух тетрадей ушло две недели. Дейнтри старалась делать это незаметно и, не желая возбуждать лишнего любопытства, уединялась в библиотеке. Закрыв последнюю страницу, она поняла: ничего нового ей узнать так и не удалось. Правда, тетя Офелия подробно описала двух джентльменов, по очереди домогавшихся ее руки, однако сделала это в свойственной ей оригинальной манере. Леди Офелии, например, нравился Том Деверилл, но отнюдь не его политические взгляды. Сэр Томас являлся последователем Тобиаса Смолетта, стоявшего за укрепление монархии, лишение власти парламента и использование граждан в качестве пешек в шахматной игре. Том Деверилл явно мнил себя монархом с абсолютной властью, жена которого должна была слепо подчиняться его прихотям. Если характер сэра Томаса действительно совпадал с описанием, данным леди Офелией, то он был по уши в нее влюблен, раз позволил себе отвлечься от политики, что бы завоевать неприступную крепость в лице этой молодой особы.

Интересно, похожи ли устремления Гидеона на желания его деда? Вспомнив, как свирепо обошелся с ней Деверилл на второй день знакомства, Дейнтри решила, что наследственность-таки одержала верх, хотя сомневалась в его любви.

Судя по записям, леди Офелия с негодованием отвергла ухаживания четвертого графа Сен-Меррина, страстного охотника за приданым, который, шепча ей на ухо нежности, уже подсчитывал прибыль от выгодного брака.

В молодости тетя Офелия не пропускала ни одного бала, но, к огорчению внучатой племянницы, не сочла нужным писать о похождениях знаменитостей.

Закрыв вторую тетрадь, Дейнтри задумалась: есть ли смысл дальше изучать дневники? Очевидно, нет. Лучше составить список лиц, имеющих отношение к вражде, и попытаться опросить их.

В это время в библиотеку заглянула Нэнси.

— Вас ищет мисс Чарли, миледи.

— Значит, чтобы найти меня, она заставила слуг перерыть весь дом?

— Прямо в точку, — усмехнулась горничная. — Мисс Чарли удрала от своей новой гувернантки и теперь хочет отправиться в Сикорт-Хэд навестить мисс Мелиссу. Она считает, что вы согласитесь сопровождать ее, поэтому приказала оседлать двух лошадей. Приготовить ваш костюм для верховой езды?

Дейнтри отложила тетради и поднялась.

— Да, конечно. Кстати, Нэнси, ты не знаешь кого-нибудь, кто может пролить свет на ссору между Девериллами и Тэррантами? Речь идет о событиях шестидесятилетней давности.

Горничная озабоченно закусила губу.

— О, это произошло еще до моего рождения. Постойте-ка, моя бабка наверняка должна помнить об этом. Одно время она служила у Тэррантов. Если бы бабуля Попл умела писать, она сочинила бы много толстых книжек, вроде тех, что стоят у вас в библиотеке. Впрочем, бабуля знает свое место, а так могла бы кое-что порассказать.

Дейнтри понимающе улыбнулась, затем направилась в свою комнату, где ее уже нетерпеливо поджидала племянница.

— Разве ты не должна сейчас заниматься с мисс Пэрис? — строго спросила она у Чарли.

За время их пребывания в Маунт-Эджком в дом прибыла новая гувернантка, оказавшаяся, похоже, несколько лучше прежней.

— Мисс Пэрис сказала, что тетя Офелия хочет обсудить с ней наши уроки и позволила мне прогуляться. Конечно, — девочка хитро прищурилась, — я не стала говорить, что поеду в Сикорт-Хэд.

— Никуда ты не поедешь, — отрезала Дейнтри и повернулась спиной к Нэнси, чтобы та расстегнула ей пуговицы на платье.

— Но я обещала Мелиссе навещать ее как можно чаще. Тем более, мы не виделись с самого ее отъезда в Сикорт-Хэд. Пожалуйста, тетя Дейнтри.

— Нет, и не надо смотреть так умоляюще — меня этим не возьмешь. Если хочешь, можешь отправиться со мной в деревню, к бабуле Попл.