Одиночка - Константин Калбазов

И еще. Перед каждым выходом Пошнагова в океан, она непременно провожала его. Нет, вовсе не подходила к прозрачной переборке шлюзовой камеры. Но они непременно обменивались взглядами. Он словно вручая ей свою жизнь. Она как будто убеждая его, что непременно о нем позаботится.

И вот сейчас, вместо взгляда Ирины, Сергей увидел ее фигуру, склонившуюся над пультом управления. Отчего-то данное обстоятельство показалось дурным знаком. Ведя столь опасный образ жизни, волей неволей станешь суеверным. Ну вот не понравилось ему ее поведение и все тут. Что-то защемило внутри. Захотелось наплевать на уже практически добытых гаудинов, вернуться в отсек и уйти из этого района.

Мысленно чертыхнувшись, Сергей резко (насколько это возможно в воде) отвернулся и двинулся на выход. Его ждет работа, которую нужно сделать быстро и без проволочек, если они все же хотят взять свою добычу. Остальное все из области мистики и душевных метаний, не имеющих никакого отношения к реалиям жизни.

Подплыть к первой лебедке, подхватить присоску прикрепленную к тонкому, но прочному тросу. Теперь двигатели на полную и вперед, к первой жертве. До нее не так чтобы и далеко, всего-то метров тридцать.

Судя по габаритам и спинному плавнику, это самка. Что же это увеличивает прибыль примерно на двадцать процентов. Приставить присоску к боку. Отжать кнопку. Секунда и присоска намертво прилипла к туше.

Разумеется, если действовать неаккуратно то можно и оторвать приспособление, но искин знает как нужно обращаться с добычей. Длинны троса вполне достаточно, чтобы давая слабину постепенно погасить скорость погружения, а затем начать подтягивать тушу к кораблю.

Следующее немаловажное действие, нужно прикончить гаудина. Причем сделать это с минимальными потерями и так чтобы не особо привлекать хищников. Сергей извлек нож и двинулся к дыхательному клапану, расположенному в верхней части головы.

Отточенное до бритвенной остроты керамическое лезвие, без труда пронзило кожу. Круговое движение, взрезающее клапан. Из под него вырвался пузырь с воздухом. Гаудин дернулся пару раз и окончательно затих.

Скорость погружения жертвы значительно увеличилась, но этим займется искин. Сергей же развернулся и двинулся опять к кораблю, за концом троса следующей лебедки. Времени совсем нет. Контуженные гаудины продолжают опускаться на глубину и время терять никак нельзя. Оптимальная глубина, на которой может работать акванавт до сотни метров, дальше так быстро не занырнешь.

Второй так же оказалась самка. Судя по всему снаряд подорвался точно в середине стаи именно там и держатся самки и детеныши. Самцы стараются находиться по периметру. Правда непонятно, как так случилось, что пострадал только один детеныш, ну да ему нет никакой надобности заниматься разгадкой ребусов.

Остался последний. Этот расположился неудачно. Сейчас он с кормы «Щуки» и в мертвом пространстве пушки. Конечно в случае необходимости Ирина сможет достать его нурсом или торпедой. Это возможно благодаря тому, что турели находятся на выдвижных манипуляторах. Вот только, использовать их для прикрытия акванавта, плохая идея. Очень плохая.

- Сергей не спеши. Дай мне развернуться.

Ирина недовольна и ничуть не собирается скрывать это. Еще чего! Этот чурбан, этот… Этот… Да у нее нет слов. Прибила бы паразита. Но это вовсе не значит, что она действительно готова это сделать. Более того, она как всегда подходит к своим обязанностям вполне ответственно.

- Пока ты будешь разворачиваться, он может погрузиться еще глубже,- недовольно буркнул Сергей.

- Не рискуй.

- Надеешься что очнется и уйдет, да Ириша?

- Ты дурак, Сергей. Если он очнется, то без прикрытия тебе конец. Прицеп мешает маневру, подожди немного. До конца разворота пятнадцать секунд.

- Слишком долго. Я пошел.

Ирина хотела было его обругать, но только беззвучно пошевелила губами. Чертовы гаудины. Да они прекрасны, равнодушно смотреть на них невозможно, но ей не нравилось то, что они встали между ними. А главное, понимая правоту Сергея умом, она никак не могла совладать с собой.

Вот наконец и третий гаудин. Хм, самец. Огромный детина. Вымахал на шесть с лишним метров. Может вожак? Да кто же их знает. Руки делают привычную работу. Приставить присоску. Отжать кнопку. Достать нож, предварительно надев темляк. Снаряжение акванавтов дорогое. Так что, лучше позаботиться о сохранности, иначе только на его восполнение и будешь работать.

Черт! Гаудин вдруг открыл глаз, напротив которого сейчас и находился Сергей. Огромный такой глаз, размером с тарелку. Но пока еще замутненный. Какого!!! Взгляд хищника быстро теряют мутность и обретает блеск возвращающегося сознания. Сергей как завороженный уставился на стремительно происходящую метаморфозу.

Наконец гаудин пришел в себя настолько, что осознал необходимость атаки противника. А противник… Сергей все то время, все три или четыре секунды, как завороженный смотрел в этот огромный глаз, переполненный ужасом.

У гаудина нет шеи, поэтому для атаки ему нужно повернуть все тело, или хотя бы две трети. Что самец и сделал. Сергею удалось избежать огромной зубастой пасти только благодаря тому, что хищник все еще не пришел в себя полностью. Промедли он еще пару секунд, соберись с силами и он оказался бы быстрее, чем сейчас.

А акванавт? Он дождался бы этого момента, просто потому что его охватил самый настоящий ужас. Даже наблюдать несущегося на тебя в стремительной атаке хищника, это совсем не одно и то же, что смотреть прямо ему в глаза. Причем, находясь в этот момент на расстоянии вытянутой руки и точно зная, что тот непременно нападет на тебя.

Конечно, в сравнении с человеком, гаудин и в данном состоянии был куда более проворен, чем человек. Но все же, куда медлительнее, чем обычно. Сергей успел выставить перед собой руки, уперевшись в верхнюю часть огромного клюва. Его как щепку, сорвало с места и буквально отбросило в сторону.

В какой момент он подал команду включить ранцевый двигатель, Сергей не понял и сам. Но случилось это как нельзя вовремя. Вторая атака, уже более стремительная и скоординированная для гаудина опять не увенчалась успехом, так как Сергей успел подняться над хищником.

Рука сама собой выпустила рукоять ножа, и выхватила игольник. Нет, он и не думал покидать судно без штурмового игольника. Мало того он и сейчас находится в креплении на его спине. Но в момент опасности и неминуемой гибели когда рассудок практически не работает и все происходит буквально на рефлексах, рука тянется к ближайшему оружию. Кстати, при данных обстоятельствах, на дистанции вытянутой руки, не такой уж и плохой выбор.

Практически без участия со стороны Сергея, и уж точно неосознанно, он оказался над головой очнувшегося хищника, с игольником направленным точно ему в темя. Все еще неосознанно он отжал предохранитель и нажал на спусковой крючок, ощутив хотя и упругую, но незначительную отдачу.

Предохранители на оружии акванавтов устроены таким образом что при первом нажатии, включается автоматическая стрельба, при повторном, короткие, на три иглы, очереди, при третьем одиночные. Это способствует спасению жизни пловца, хотя и ведет к перерасходу боеприпасов и энергии в кристалле. Но какие это мелочи.

Две секунды. Долгие и вместе с тем стремительные две секунды Сергей поливал из своего игольника голову гаудина, находящуюся под ним на расстоянии менее двух метров. Энергии игл было достаточно не просто для проникновения сквозь кости черепа, и поражения мозга. Они буквально разрывали плоть, нанося внушительные раны. Две секунды, и над изодранной плотью, образовалось кровавое облако.

- … Идиот, в сторону!!! Сергей, ты меня слышишь?!!

Крик Ирины буквально ворвался в его уши. Нет, искин сработал вполне штатно и он восклицания девушки звучали во вполне приемлемой тональности. Но в том что она кричит на пределе возможности голосовых связок, можно было не сомневаться. А еще, в ушах пульсирует кровь. Точки настолько мощные, что Сергей слышит ее ток по артериям куда ощутимее, чем голос подруги. Несколькими же секундами ранее он вообще слышал только шум собственной крови.

Хотя никаких сомнений, Ирина разрывается уже довольно давно. Иначе и быть не могло. На один из маниторов пульта управления выведено изображение с камеры на шлеме Сергея, поэтому она видела ровно столько же, сколько и он. И очень даже может быть, что ввиду эмоциональности натуры, пережила ту же гамму ощущений, что и он. Хотя… С Ириной нельзя быть до конца уверенным хоть в чем-нибудь. Взять тот же случай с покушением…

Приходя в себя, Пошнагов взглянул на свою руку, в которой все еще сжимал уже разряженный игольник. Нож так и болтается на темляке. Отчего-то подумалось, что если бы, гидрокостюм не был бы изготовлен из материала чем-то напоминающего кевлар, то он непременно пострадал бы от соприкосновения с бритвенно острым ножом.