Воля и разум. Части 1 и 2 - Экзар

Франкенштейн молчал. А двадцать первый тем временем говорил дальше.

"Впрочем, это и к лучшему. У нас дело именно к вам. Мы звоним, потому что хотим обсудить его с вами."

Блондин кидает на меня взгляд, и мне приходится обрывать контакт с М-21, чтобы сосредоточиться еще и на мыслях директора.

"Все слышала?"

"Ага. Идем на контакт?"

"Да."

- Конечно, я буду рад с вами встретиться, - улыбнулся директор. Точно, надо же успокоить Шинву и Ик-Хана. - Как насчет сегодня... Скажем, часа через два? Где вам будет удобней встретиться?

"Время нас полностью устраивает. Давайте встретимся на той стройке, где мы столкнулись в первый раз."

- Отлично. С нетерпением жду встречи, - ответил Франкенштейн и окончил разговор. Стоило ему только убрать телефон от уха, как мальчишки заголосили, спрашивая наперебой.

- Директор Ли, это те психи звонили?

- Директор, что им нужно?

- Нет, это, к счастью, не они, - донельзя мило улыбнулся оный. - Не нужно беспокоиться.

- Тогда кто?

- Звонил человек, который нашел телефон Юны. Кто-то случайно подобрал его и позвонил по номеру Шинву, потому что его имя чаще других встречается в списке звонков.

- А-а-а...

- Фух, я уж было перепугался.

- Ох, это у меня из головы вылетело, - улыбнулась я. - Я уж и думать о нем забыла...

- Да ничего, это нормально в твоей ситуации, - поправив очки, отозвался Ик-Хан.

- Точно! - подскочил Шинву. - Оказавшись на твоем месте, я, наверное, вообще головой бы повредился.

- Шинву, у тебя и так не все дома, - подколол его мелкий.

- Ик-Хан... ты...

- Спасибо, директор Ли, - поднялась я, давая знак, что пора бы закругляться. - Я сегодня же схожу за телефоном...

- Просто на всякий случай, я сам заберу его.

А, ясно. Чтоб ребята не увязались. Ладно, маска Љ3, "я - няшка". Должна же я хоть для приличия поспорить?

- Посылать директора за моим телефоном... Как-то неудобно.

- И правда, - поднялся Шинву со своего места. - Директор, мы с Ик-Ханом пойдем с ней, так что не о чем беспокоиться.

- Как-то странно это звучит, - подхватил Ик-Хан. - Посылать директора за телефоном, который где-то посеяла одна из учениц...

- Хм, - сделал задумчивый вид блондин. - Почему странно?

- Ну... это...

Действительно, ничего дельного на такой вопрос не ответишь.

- Это вполне нормально, - продолжил тем временем Франкенштейн. - Возможно, в другое время вы были бы правы, но сейчас нужно соблюдать осторожность во всем. Недалеко отсюда произошел невероятный по своей жестокости инцидент... И, хотя на первый взгляд, сходить и забрать телефон - дело пустяковое, вы не знаете, с кем вам придется иметь дело. Если бы я об этом не знал, другое дело. Но, раз уж я в курсе, то не могу просто закрыть на это глаза. Как на директоре школы Е Ран, на мне лежит обязанность оберегать моих учеников.

Убедительная тирада - мальчишки даже смутились немного.

- Ну да ладно, - встал блондин. - Давайте мы проводим вас по домам, а потом сразу же я отправлюсь на встречу.

- Мы - то есть вы с Рэем? - поинтересовался Ик-Хан. - Здорово. Пусть хоть прогуляется немного, а то весь день сидит в четырех стенах!

- Да, точно!

Глава 14.

По домам мальчишек мы развели быстро, а потом, не торопясь, отправились на ту самую стройку. Времени было еще достаточно, так что можно было и не бежать. И все равно, до туда мы добрались минут за сорок... Ладно, максимум за пятьдесят.

Еще через какое-то время явились эмычи. Как и мы, они не торопились.

- Ну здрасьте, - начала первой я. - Двадцать первый, надеюсь, я не сильно тебе надоела своими визитами?

Еще во время просмотра я заметила, что друг друга они предпочитают называть без буквенного обозначения. Да и звучит это совершенно иначе, как-то более мягко, что ли. Не так официально.

- Ты - моя личная головная боль, - усмехнулся он. Так, а что в эмоциях? Волнение, беспокойство и тень страха напополам с осторожностью. У обоих. А М-24... Оп-па. Внезапно, однако. В эмпатическом диапазоне он стал чувствоваться иначе, у него словно начала проклевываться аура. Что-то знакомое... Никак не могу понять, что именно.

- Вижу, ты прибавил в силе, двадцать четвертый, - улыбнулась я ему. - Поздравляю.

- Не я один, - голос модифицированного был сух. - И это одна из тем, на которую мы хотели поговорить. Ты заключила с нами контракт?

Стоп. Что?

- С чего это вы взяли? - склонила я голову на бок.

- Ты прекрасно знаешь, - прошипел седой. - Что ты с нами сделала, когда удаляла закладки?

Хм... А я с ними что-то делала? Прикрыв глаза, я скользнула в их память - и только восхищенно выругалась, мысленное, естественно. Как такое вообще возможно, а?

- Так, постой-постой, - я выставила перед собой руки. - Итак, твоя трансформация изменилась, двадцать первый, а способности двадцать четвертого к ментальному воздействию увеличились, да еще и болевой порог повысился... С болевым порогом, по крайней мере, все понятно. Болевая чувствительность тесно связана с индивидуальными психологическими особенностями каждого человека как отдельно взятой личности, так что нет ничего странного, что после приведения твоего сознания в порядок она повысилась...

- Карада, - прервал меня Франкенштейн.

"Люди не могут заключать контракты, если с ними предварительно не заключил контракт один из них. Это просто невозможно."

- Прости, - улыбнулась ему я и повернулась к эмычам. - Ребят, я действительно не заключала контракт. Возможно, управление вашими способностями завязано на некие психические параметры, которые после моего вмешательства начали приходить в норму. Другого объяснения у меня пока нет, слишком мало данных.

А ведь я уже встречалась с чем-то подобным, в одном мире, где магия и псионика являлись разными полюсами сил человека. Но сейчас у меня слишком мало информации, чтобы делать выводы! Хочу в лабораторию...

- Допустим, это так, - М-24 не сводил с меня внимательного взгляда.

- Оставим пока это, - покачал головой директор. - Зачем именно вы пришли?

- Мы хотим сотрудничать, - спокойно произнес М-21. Ну как спокойно... Эмоции его выдавали. - Мы хотим помочь вам.

- Помочь? - склонил голову на бок блондин.

- Вы знаете, что детям угрожает опасность, - продолжил модифицированный. - Конечно, это мы первыми напали на них, но нам-то известно, что ничего существенного они не видели. Если бы мы хотели убить их, мы бы не стали затягивать. У нас было достаточно возможностей покончить с ними. А после того, как появились вы, нам и вовсе стало не до этого. Нам нет никакого смысла конфликтовать с вами. Тем более, что к нашему заданию вы не имеете никакого отношения...

- Агент Джейк считает иначе, - прищурился Франкенштейн.