И нет мне прощения - Татьяна Гармаш-Роффе

Манон, в свою очередь, набросилась с вопросами на них. Раз они ее искали, – то шли по ее следам! И должны были знать, что с ней приключилось!

У Киса не было никакого желания рассказывать Манон о ее ночных приключениях на бульваре, – эту щекотливую миссию он щедро предоставил Петру, а сам отправился ловить такси.

Он доехал с ними до дома Манон. Строго наказал обоим не выходить из ее квартиры, не открывать никому дверь и не отвечать ни на какие звонки – кроме его собственных или полиции – до дальнейших распоряжений. После чего Алексей пересел в свою машину и тут же набрал SMS Сереге: «Мы нашли Манон, она в порядке, уже дома».

Спустя минуту его телефон отреагировал. Громов, кто бы сомневался! В такую рань ни одна сволочь его не потревожит, кроме друга дорогого.

– Я хочу спать, – первым делом заявил Кис. – Уже ничего не соображаю. Не грузи.

Разумеется, чертяка не внял толстому намеку детектива и потребовал подробностей. Кис вяло пересказал этапы их шествия по следам Манон.

– А ты мое «мыло» прочитал? – спросил он на всякий случай, хотя был уверен в утвердительном ответе.

– Шутишь? В квартире этого парня уже шарят мои люди!

– Вот и позвони мне, когда будут результаты осмотра места преступления, – проворчал Кис. – А пока что я спать собираюсь!

– Ну ты гад! – нежно произнес Серега.

– Не хами.

– Так я от избытка чувств, скотина! Типа «спасибо за отлично проделанную работу». Правда, Генка обзавелся большим зубом, который точит на тебя.

– Ты ему напомни, малолетке, что получил бы он крепко по шапке, если бы пошел с нами незаконно вскрывать квартиру! И что я его от твоего же нагоняя спас, – проворчал Кис. – Серег, я уже у своего дома и иду прямо в койку! На шесть ближайших часов меня нет в природе. Даже для тебя, понял?

Серега понял и не тревожил детектива ближайшие пять с половиной часов. Это ведь почти то же самое, что шесть, верно?

Кис был не согласен. Он страшно ругался и посылал Громова по «неведомым дорожкам». Серега даже почувствовал себя чуточку виноватым. Но не настолько, чтобы оставить дружбана досыпать.

– Во-первых… – принялся излагать Серега…

– Двадцать минут. На душ и кофе. Я тебе перезвоню.

– Сибарит ты, Кис!

– Тебе сказать, кто ты?!

Серега и так наслушался, потому сдался.

– Хорошо, десять. Кофе можешь пить, разговаривая со мной!

Игоря дома не оказалось – выспался и куда-то ушел. Алексей сделал себе кофе и бутерброд с сыром, воткнул в телефон наушники, чтобы оставить руки свободными, и набрал Громова.

…Итак, хозяин квартиры «любовника» дал паспортные данные своего съемщика, но они оказались липовыми. Владелец данного паспорта умер пять с лишним лет назад, а паспорт его все гуляет по рукам. Существует подпольный бизнес документов, причем настоящих – украденных, потерянных или купленных у владельцев. Тот, кому нужно и кто готов платить (и кто знает, куда обратиться), может подобрать себе паспорт с близким возрастом и фотографией.

– С тебя ящик пива, – заявил Кис, который пиво не особо жаловал, на самом деле.

– Эй, я с тобой пари не заключал!

– Жмот. Ты просто знал, что проиграешь!

– А ты халявщик и вымогатель. Слушай дальше.

На ветровке кровь той же группы, что у Аиды. Анализ ДНК еще не закончили, но сюрпризов не будет: и так ясно, откуда эти пятна… Однако вряд ли удастся установить, кто надевал ветровку в тот вечер: вещь совершенно новая, воротник чистый (скорее всего, надевалась на свитер), никаких частиц под микроскопом обнаружить не удалось: ни перхоти, ни волоска. То ли убийце повезло, то ли он додумался ее хорошенько вытряхнуть.

Обувь из прихожей в данный момент проверяется на сходство с отпечатками следов на месте убийства Аиды – вдруг там стадо любопытных не все затоптало? И на состав почвы туфли тоже проверят, разумеется.

Отпечатки на ноже принадлежат покойнику. В квартире имеется множество отпечатков, что неудивительно, раз она сдавалась, но из свежих – только хозяйские. В картотеке МВД такие не числятся.

Документы самоубийцы никто не нашел. Машину тоже. Хотя Громов запросил сведения обо всех брошенных и неправильно припаркованных «Фольксвагенах». По дизайну ключа удалось сузить круг моделей. Такие выпускались несколько лет назад, потом фирма сменила дизайн.

Из трех ключей на связке ни один не подходит к замку квартиры.

Эксперты считают, что «художник» покончил с собой через день после убийства Аиды, то есть около трех дней назад.

Следов насилия на теле нет.

Почерковедческую экспертизу пока провести невозможно: сопоставить не с чем.

– Остальное, как говорится, покажет вскрытие, – закончил Громов.

– Я тебе насчет бумаги писал, – напомнил Алексей. – Откуда листок с прощальной запиской взялся, если в квартире нет ни одного блокнота?

– Вообще-то он мог один листок где-то раздобыть специально для записки. А ручка подходит. И цвет тот же, и отпечатки на ней нашего «художника».

– Хм… Пусть ваши эксперты и туфли, и ветровку проверят на ДНК. Принадлежат ли эти вещи парню с перерезанными венами.

– Кис, ты думаешь, что его убили? Что он не сам?

– Ничего я не думаю! Я размышляю. Это процесс, если ты не в курсе, а не результат!

– Ты чего злишься-то?

– Того. Тебе приготовили готового убийцу Аиды, просто душа радуется: можно закрывать дело! И Боря этот так удачно подвернулся мне со своими фотографиями.

– Леха, следов насилия на теле нет! Отпечатки на ноже его. Ладно, отпечатки легко сделать: вложить в руку умирающего рукоять, вот тебе и отпечатки… Но не мог же он добровольно подставить свои вены убийце? Он бы сопротивлялся! А следов борьбы нет.

– Посмотрим, что лаборатория скажет. Что у него в крови.

– Тут ты прав.

– Да и другие странности во всем этом есть… Надеюсь, ты не собираешься закрывать дело?

– Ох, как хотелось бы! Кишки вынимают… Хотя, согласен, есть кое-какие странности. Подождем, что покажут остальные экспертизы, а пока буду думать, как его личность установить, если машину не найдем. У тебя нет идеи?

– У меня идеи бывают, когда я думаю.

– Размышляешь.

– А размышляю я, когда мне не мешают!

– Главное, не забудь поделиться со мной! – Серега хохотнул и отключился.

Алексей обновил кофе, сделал еще один бутерброд с сыром и вернулся на рабочее место. Запустив компьютер, он открыл чистую страницу, напечатал жирную цифру 1 и задумался. Мыслей было слишком много, но касались они разных аспектов, и Алексей никак не мог решить, с чего начать. Однако пока он размышлял, как упорядочить хаос в голове, как организовать его по темам и пунктам, само по себе всплыло слово «инсценировка». И Кис не стал ему сопротивляться.

Вся эта хата наводит на мысль об инсценировке. Парень тут явно не жил, лишь иногда бывал. И зачем?

Причем снял он квартиру незадолго до того, как стал встречаться с Аидой. Да снял по поддельному паспорту! То есть парень этот изначально старался остаться анонимом.

Сомнений нет: это инсценировка! И Кис приписал к цифре 1 текст: «КВАРТИРА – ЛАЖА».

После чего напечатал жирную цифру 2.

Хорошо, инсценировка. Зачем, для кого? Не для Аиды, раз она тут не бывала, что детектив Боря подтвердил. Выходит…

Выходит, инсценировка была предназначена для Бори?

Но его нанял Гектор! А Киса навел на адресок «возлюбленного», между прочим, Боря…

Алексей быстро перебрал в уме разговор с детективом. Да, Боря трус и дурак, из жадности маму родную заложит, но только когда ничем не рискует (потому что трус)! А тут он вдруг явился к Алексею закладывать хозяина, да какого! Могущественного Гектора!

Нет, не случайно Боря заявился к Алексею Кисанову, ох не случайно! Гектор ему разрешил. А то и велел.

Отсюда, господа-граждане, вывод прост: Гектор организовал своей жене поклонника! По словам Бори, он изменял Аиде и, боясь гнева тестя, решил собрать на нее компромат. Решить-то решил, да только не на что оный компромат было собирать! Аиде, в силу ее характера, было трудно познакомиться и сойтись с мужчиной… И тогда Гектор, прекрасно знающий вкусы жены, подобрал подходящую кандидатуру на эту роль! Но позаботился об анонимности «любовника» на случай, если вдруг тесть начнет копать. Да, да, именно так! Впрочем…

Впрочем, можно предположить и другое объяснение: Гектор давно решил убить жену (хм, «избавиться»…) и продумал этот поистине макиавеллиевский план с тем, чтобы свалить убийство на любовника Аиды, которого он тоже убил… Но уж больно изощренно. Такие умники чаще в детективах встречаются, чем в реальной жизни. Так что вернемся к основной мысли.

Итак, Гектор подобрал для Аиды воздыхателя, соответствующего ее вкусу, и приставил детектива Борю за парочкой следить да снимки делать. И он же, без сомнения, послал Борю к Алексею… Ну конечно! Боря сказал, что узнал об участии детектива Кисанова из прессы! Кис прессу не читал и знать не знал, что в ней упоминается, – однако слить такую информацию журналистам могли только с Петровки, а там высочайше-строжайше было указано рты держать на замке!